Адептка его драконьей светлости (СИ)

Так и было со злополучным ректорским стейком. Вроде только подошла, а очнулась, когда уже натворила дел…
Это стихии делают меня непредсказуемой и немного легкомысленной. Но я — такая как есть, и мне очень хочется, чтобы мой избранник увидел меня настоящую, а не ту холодную и чопорную аристократку какой мне приходится притворяться чтобы соответствовать. А еще я учусь контролировать силу и верю, что обучение в академии пойдет мне только на пользу, чтобы там не думал вредный старикашка Ноа и мой не менее вредный братец!
И тут в голову пришла замечательная идея. Юрген говорил, что даже король читает «Шумный Парк», и если донести до него правду о шовинизме декана огневиков, то, возможно, Ноа попадет в опалу, и ему откажут в руке лучшей адептки академии!
А я твердо намерена стать лучшей! Главное, чтобы мне доучиться дали, а поможет мне в этом Ренар Арно! Ведь не позволит же он отчислить девушку, которую сам и скомпрометировал?
Или позволит?..
Щеки опять запылали, но я строго приказала им не шалить! Уже все свершилось, время отматывать назад я не умею, так что нечего заниматься самоедством и проникновенно жалеть себя. Пора выжать из всей этой ситуации полезное.
Решено! А ректору скажу, что это был спор или задание на посвящение в адепты! Юрген рассказывал, что у них такое было… Да, да, так и скажу. Задание, вот!
Но как же жаль, что это все было не по–настоящему…
Глупое сердечко, что же ты так трепещешь? Его светлость — родной племянник короля, ректор лучшей в королевстве академии, черный дракон Ренар Арно не для нас. Такие как он не женятся на простых адептках, даже на графских дочерях не женятся. Ему в жены наверняка приготовили какую–нибудь драконицу, красивую, высокомерную и породистую. Так что, хватит страдать, пора браться за дело!
Я достала из сумки (какое счастье, что я ее не потеряла!) чистую тетрадь и вывела заголовок моей будущей заметки: «Шовинизм в академии магии, или как трудно быть девушкой».
А дальше рука едва поспевала за мыслями…
«… Сколько одаренных адептов лишилась страна по вине некоторых высокопоставленных шовинистов? Несчастные талантливые девушки поведали мне, как именно проходили их испытания у одного очень огневого декана и вот, что я вам скажу! Ничего подобного не было у других членов приемной комиссии… Ведь господин Н, не будем называть его имя, даже не позволял девушкам прикоснуться к артефакту Силы! Вместо этого он подсовывал им или старый ботинок, или камень, или простой булыжник, или даже учебник по темной некромагии, говоря, что это и есть древний артефакт!
В этом году лишь одной адептке удалось пройти испытание у злого декана, назовем ее Л, и это та еще заноза, скажу я вам. Но именно к этой занозе проявляют интерес сразу несколько драконов! Особенно один черный дракон…
Хотите знать, как он кормил ее стейком? Читайте мою следующую заметку из самой горячей академии магии!»
Я перечитала написанное, получилось аж полторы страницы, а то что немного приукрасила, так это не вранье, а художественное допущение. Теперь главное придумать звучный псевдоним… Он обязательно должен быть мужским, потому что бытует мнение, что кроме любовных историй женщины ни на что не способны, а еще он должен быть запоминающимся, и не должен походить на мое настоящее имя.
Я хихикнула и вывела под заметкой «Ю. Справедливый». Запечатала письмо и быстро отправила магическим вестником, пока не передумала.
Ой, хотела бы я видеть лицо ректора, когда он будет это читать…
  
Глава 25
 
Ренар Арно
Ренар Арно спал беспокойно, ворочался и даже пару раз просыпался. Дело было вовсе не в рабочих проблемах, к ним он привык давно, как и к грузу ответственности. Суп тоже отмел сразу. Ну, в самом деле, желудок взрослого дракона способен переварить даже гранитные глыбы, не то что грибы с макаронами, хотя приправ можно было насыпать и поменьше. Даже у огнедышащих иногда случается изжога из–за пищи.
Причина его непонятного состояния с недавнего времени обучалась в академии. Его академии! И это он сам позволил девчонке поступить туда!
 
Но разве у него был хоть один шанс? Какими глазами она смотрела на него тогда, на приемном испытании в кабинете Ноа! Она смотрела так, словно он, герцог Антейл, был ее спасением и последней надеждой, соломинкой между жизнью и смертью. О делишках декана и его ненависти к человечкам ректор был наслышан, но число не прошедших по его вине было незначительным. Жалоб не поступало, а род Ноа все еще мог влиять на политическую ситуацию.
Самки — вот камень преткновения. Каким–то непостижимым образом Ноа везло, и среди них драконицы рождались чаще, по этой причине другие дома не портили отношения с рыжими, ведь долг любого дракона отыскать свою истинную, с ней обрести счастье и воспроизвести на свет сильное потомство.
Жалел ли Ренар, что помог девчонке? О, да. Он уже дважды пожалел об этом.
Первый раз, когда на глазах всех студентов и половины преподавательского состава адетка Ри нагло, кусок за куском, съела его мясо. Конечно, о древних обычаях и традициях многие забыли, но в роду Арно еще помнили, что именно так, отбирая добычу, драконица предъявляет права на дракона. Самец всегда сильнее, крупнее и злее. Если он не захочет самку, то ей никогда не завладеть добычей дракона и им самим.
Ренар позволил. Почему? Одни боги знают.
Второй раз случился вчера, в тот момент, когда он не ждал. Человечка сама припала к его губам. Любая другая уже ехала бы в почтовой карете к своему хозяину, но Лесси Ри осталась безнаказанной. Почему? Герцог всегда платил за свои удовольствия, а прикосновение неумелых невинных губ было слишком сладким и томительно–прекрасным. Так пусть же его доброта станет платой за дерзкий проступок девчонки, ибо только дракон вправе решать, кому дарить свои поцелуи, и никак иначе!
Хотя, что там говорила матушка о человечках? Может, не такая уж плохая идея взять в жены представительницу низшей расы? По крайней мере, Ноа это частенько практикуют. Хмм… А вдруг в этом и кроется секрет рождения дракониц? Крохотное рациональное зерно в подобной чепухе определенно имелось.
На этом моменте сон сморил Ренара окончательно, и до самого утра пробуждений больше не случилось.
Надо ли говорить, что утром Его Светлость проснулся не в духе. Он был небрит, помят и подавлен, словно и не спал вовсе, а вел разгульный образ жизни. А ведь еще пару десятков лет назад…
Он вздохнул. Нет, дело не в возрасте, а в девчонке, поцелуй которой его так растревожил. Стоило все же остаться в академии и пообщаться с новым преподавателем, но вместо этого Ренар перепоручил его секретарю. А ведь к любому приказу Его Величества герцог всегда относился серьезно, дядя никогда и ничего не делал просто так. Зачем в академии появился граф Онери? А главное, кого он так неуловимо напоминал Ренару?
Ванна взбодрила дракона, но настроения не улучшила.
— Орс! — окликнул он слугу. — Кофе!
— И «Шумный парк», Ваша Светлость? — невозмутимо поинтересовался старый камердинер.
— И «Шумный парк», — согласился герцог.
К кофе подали ломти деревенской розовой ветчины, янтарный сыр со слезой, виноград и волованы с подозрительной начинкой. Его повар готовил отменно и очень обижался, если у хозяина отсутствовал аппетит, но с недавних пор Ренар стал подозрителен и дотошен.
— Что там? — спросил он у Орса, показав на одно из слоеных гнезд.
— Воздушный паштет из грудки каплуна и грибов.
И да, слуга был ни в чем не виноват, но выдержка отказала.
— Грибоф–ф–ф-ф? — почти прошипел Арно, его ногти стали удлиняться, трансформируясь в когти.
Но камердинер служил давно, ему приходилось видеть и не такое.
— Прикажете унести? — спокойно поинтересовался он.
— Немедленно! — выдохнул герцог, стараясь дышать ровно. Голос Орса, лишенный интонаций и эмоций, подействовал благотворно, и спонтанное превращение прекратилось. — Благодарю вас, — кивнул он слуге, уже покидающему столовую.