Охота на злодеев для плохо подготовленных (ЛП)

— Он ушел? — я посмотрела на него и Заиласа. — Но они одолели нас. Почему они… ничего не сделали с нами?
— Я почти освободился, — прорычал Заилас. — Я вытащил виш, но он уехал.
Эзра кивнул.
— Я не мог вытащить гарпун, но он пропал через пару минут, — он поднял руки. — Те голубые кольца тоже пропали. Думаю, он знал, что вот-вот потеряет преимущество.
Я осторожно села и коснулась головы.
— Я тебя исцелил, — сказал Заилас. — Ты не ранена.
— А ты? Тот гарпун…
— Не оставил раны.
Я посмотрела на его живот, но там не было кровавой дыры.
— Мелкие шипы тоже не пробили кожу, — сказал Эзра. — Они были не для этого.
— А для чего?
Заилас скривил губы.
— Это было как яд. Тело стало холодным, онемело и ослабело.
Я поежилась.
— Еще отрицание.
— Отрицание? — Эзра нахмурился. — Вот как.
Заилас помрачнел.
— Я не знаю такое слово.
— Это вид волшебства, — объяснила я. — Я не узнала его, пока не поняла, что их магия не действует на меня. Отрицание используют, чтобы остановить, отразить или стереть чью-то магию. Я мало знаю об этом, но я читала, что эти чары конкретные — они блокируют и убирают только что-то одно.
— Потому они не могли остановить мою аэромагию, — решил Эзра. — Они развили чары против магии демонов.
— Похоже на то, — я утомленно прислонилась к плечу Заиласа. — Они создали снаряжение против демонов. Их заклинания — цифры, и тот гарпун был номером девять. Думаю, чем выше цифра, тем сильнее заклинание.
— Как они сражаются так быстро? — спросил Заилас. — Ты говорила, волшебству нужно успеть накопить силы после использования чар.
— И мне интересно, — Эзра поправил перчатку, соединил стальные заклепки с костяшками. — Ни одно заклинание не может перезарядиться за секунды.
Я обняла колени.
— Вряд ли они перезаряжаются. Думаю, на них десятки каждого вида.
— Те браслеты? — понял Эзра.
— Браслеты, — пробормотал Заилас. Он повернулся назад и потянулся. Шорох, он выпрямился и поднял руку. — Это?
Я моргнула, глядя на сломанный браслет из стали в его руке.
— Где ты это взял?
— Сорвал с hh’ainun, когда придавил его.
Я взяла браслет и покрутила. Заклинания были вырезаны на металле, крохотные и поразительные. Мои губы двигались, пока я считала.
— Пять. Если на каждом по пять заклинаний, а на каждой руке было около пятнадцати браслетов…
— Сто пятьдесят, — посчитал Эзра. — А я-то хотел потратить все их чары, а потом серьезно напасть.
— Перед тем, как думать, как их одолеть, нужно понять, как их найти, — мои плечи опустились. — Ближе мы не стали.
— Наоборот, — уголок рта Эзры приподнялся. — Теперь у нас есть след.
Заилас нахмурился.
— Я не могу вынюхивать запахи из машин.
— Ты и не будешь, — демонический маг поднялся. — Встретимся тут завтра вечером. В восемь часов уже не должно быть машин и свидетелей.
Мои губы опустились.
— Но…
Он постучал по моему артефакту.
— Возьми это с собой. Это нам понадобится.
Я нахмурилась, он пошел прочь.
— Эзра!
Он оглянулся.
— Ты не сказал, — напомнила я. — Что вы с Этерраном хотите.
Красный свет вспыхнул в левом глазе.
— Мы покажем сначала Dīnen et Vh’alyir, что долг и оплата могут принимать много форм в этом мире, — Этерран улыбнулся, и это было не похоже на Эзру. — Особенно, раз он не одолеет этого врага без помощи.
Заилас прорычал под нос. Демонический маг прошел к тротуару и через миг пропал из виду.
Я прильнула к плечу Заиласа, сил не осталось.
— Мы просто должны были осмотреться и понять, что случилось.
Заилас хмыкнул.
— Ты не говорила, что место преступления — это место для засад.
Я закрыла глаза, покачала потрясенно головой.
— Я сама не знала, что так будет.
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ
Стоя у кофейного столика, я смотрела на записи. Клод и Наживер. Варвара Николаева и усиленные кровью демона големы. Дядя Джек и Амалия. Я, мои родители и гримуар Атанас. Заилас и загадочный Двенадцатый дом. Амулет Валъир, который был «ключом ко всему».
 
Я взяла свою копию фотографии юного Клода. Принтер зажевал бумагу, белые тонкие линии тянулись по лицам двух мужчин.
Я искала в лице альбиноса отличия от тех близнецов. Мог кто-то клонировать этих суперохотников на демонов? Они изобрели зелье против старения? Они были бессмертными? Я не удивилась бы, если за двадцать лет они отточили технику сражения с демонами до идеала.
Я прочла больше об отрицании, потому что не понимала, почему никогда раньше не слышала, чтобы так боролись с магией демонов. Как оказалось в прошлый Хэллоуин, когда почти все демоны охотились на Тахеша, мифики не были готовы биться с демоном, который управлял своей магией.
Я быстро нашла известного волшебника отрицания из пятидесятых, который изобрел лучшие отражающие чары в современной истории, но кроме его работы, никто не придумал, как бороться с магией демона. По простой причине. Чтобы изобрести контрмагию, нужно было подробно изучить оригинальную магию. А никто не мог изучить магию демонов, потому что какой демон позволит такое?
Но волшебники-близнецы изучили магию демонов, и у меня была хорошая теория, как: Наживер. Двадцать два года назад одна из жертв волшебников видела крылатого демона, то есть, у Клода уже был контракт с Наживером. Он мог одолжить демона волшебникам для изучения за двадцать лет.
И результат? Идеальный арсенал заклинаний, которые могли остановить демона.
Потирая виски, я отошла от столика и направилась к спальне. Я прошла в дверь и резко застыла.
Заилас сидел на моей кровати, полотенце было на голове, он вытирал волосы. Он был только в темных шортах, даже без пояса. Было видно его красноватую кожу цвета ириски в каплях воды от душа.
Я кашлянула, желая тщетно, чтобы лицо не краснело, но жар уже был в моих щеках.
Он снял полотенце с головы, волосы торчали в стороны. Он лениво моргнул.
— На?
— Нужно поговорить.
— Хм, — он бросил полотенце на пол. — Сейчас?
— Да, сейчас, — я подняла брошенное полотенце, стараясь не смотреть на мышцы его ног. — Одевайся, и мы поговорим.
— Я одет.
— Ты почти голый.
Он пожал плечами, и я фыркнула. Я многое отдала бы за такое спокойствие.
Я спрашивала его до этого, нужно ли ему что-то для стирки вещей и ухода за броней, и он нахально сообщил, что для этого у него есть виш. Я не верила ему, пока он не провел алым заклинанием по одежде, и я увидела, как пыль и грязь упали на пол. Другое заклинание убрало дыры, а третье — вмятины на броне.
Удобно.
— Я думала, — начала я, нервно теребя его полотенце. — Те волшебники используют Аркану, созданную, чтобы остановить твою магию. Но если мы объединим магию, она станет чем-то новым. И их отрицание не должно сработать.
— Я пытался, ваянин.
— Знаю, — я игнорировала боль от его напоминания о нашем плохом доверии. — Я понимаю, что ты не хочешь, чтобы я знала все в твоей голове. Но, может, мы сможем дойти до того, что ты сможешь делиться некоторыми мыслями со мной, как я делаю с тобой.
Он молчал, пока я сжимала полотенце. Поняв, что я делаю, я опустила его на край кровати.
— Я думала… — снова сказала я, но медленно и неуверенно. — Мы проводим много времени вместе, но я мало о тебе знаю. И ты мало знаешь обо мне. Может, если мы поговорим больше… о себе… сможем узнать друг друга лучше и доверять больше.
Он посмотрел на меня, задумчиво хмурясь. Моя ладонь поднялась к его лицу и замерла. Я робко убрала прядь влажных волос с его глаз, отчасти ожидая, что он отобьет мою руку.
Он просто смотрел, и я знала, что он имел в виду, когда говорил о «мыслях в глазах».
— Что думаешь? — спросила я.
— Хм.
Я закатила глаза от его ответа, поправила еще прядь его спутанных волос. Он не возражал, и его растрепанные волосы месяцами вызывали у меня желание взяться за расческу. Я потянула еще прядь, распутывая ее, мои пальцы задели один из его небольших рогов.