Гороскоп (не) врёт (СИ)

- Самойлов и три миллиона, – смеётся Стефа.
- Зелени, – вносит ясность. – Именно поэтому я угонял тачки.
- Забавно, – смотрит пристально на допрашиваемого. – А где сейчас машины?
- На служебном складе, – мимолётно улыбается. – На другом конце города.
Киваю ребят, чтобы сгоняли и посмотрели. А этот пока посидит, до выяснения, так сказать.
  
Глава 20.
 
Стефания.
Поверить, что известный нефтяной магнат участвует в обналичке денег через салон, это как поверить, что хищный лев – это домашний котик. Хотя может если приручить его с детства, дать побольше молочка, мяска и чесать за ушком…
Стефа, хватит заниматься бредом. Думаю, Махров просто прикрывает свои кражи известным человеком. Тем более, что сейчас Самойлов у всех на слуху, после его последней сделки с иностранными партнёрами.
- Веришь ему? – вдруг спрашивает майор, когда мы заходим в наш отдел.
- Нет, – не совсем уверенно. – Не знаю, – пожимаю плечами. – Какой смысл ему врать? Угон то он признаёт. Туманно всё как-то, – вздыхаю. – А с другой стороны, зачем Самойлову, уважаемому человеку, заниматься этим, так ещё и с непонятным салоном автомобилей?
- Всё слишком мутно, - подтверждает. – Субботину я доложу, но его это не порадует.
- Это точно, – кивает.
Подпол точно будет в ярости, рвать и метать.
Могу сказать, что ребятам повезло оказаться на выезде. Субботин орал как ненормальный, слюна летела во все стороны, и мы с майором будет ещё долго обтекать. Парни позвонили через час, и сообщили что все машины, до одной найдены на складе, и кроме как вскрытой панели никаких повреждений нет.
Не уж то, это правда? Тогда что? Копать под Самойлова глупо и бессмысленно, это всё равно, что копать самому себе яму. В его штате юристов больше, чем у нас грязи на улице, а судя по тому, что вчера был дождь, её там предостаточно. Оставить всё как есть и пусть лишь Махров ответит за угоны? Тогда так мы себе следаки.
- Что делать будем? – спрашиваю у майора, переложив ответственность за выбор на него.
- Без понятия, – разводит руками. – Но ситуация проигрышная с любой стороны. Какой бы выбор мы не сделали, огребём по полной.
- Сто процентов, – вздыхаю.
И почему голос молчит? Где моё радио? Я бы не отказалась от помощи. Да, я бы сказала, что сейчас она мне необходима как никогда. Смешно! Не думала, что буду просить подсказки у собственного голоса.
- Все упоминания Самойлова, – влетает в кабинет Субботин. – Убрать! Отчёты переписать! – психует. – Допрос изменить! – вопит. – Оставить только угон! – проходит по нам взглядом. – Это понятно?
- Но это неправильно! – впихиваю своё «я». – И главное не законно!
- Золотарёва, - злобно. – Вот не влезай! Ты с кем тягаться собралась? – вопросительно кивает головой. – Карманная собачонка против льва? – саркастично. – И вообще это приказ! Выполнять!
- Но… - не успеваю возразить.
- Будешь лезть, – тыкает в меня пальцем. – Пойдёшь обратно за бумажки! – сверлит взглядом. – Или вообще вон из участка! – как всегда артистично хлопает дверь. Актёришка!
- Я не буду этим заниматься! – сверлю Орла взглядом.
Майор ничего не говорит, лишь уходит к себе в кабинет. Отлично! А главное так по-мужски! Трус!
Орёл возвращается через секунду с чистым белым листком.
- Пиши, – протягивает листок мне.
- Что писать? – не понимаю его действия.
- Заявление, по собственному, – серьёзно. – Потому, что чтобы ты дальше не сделала, как бы не копала под Самойлова, – кладёт лист передо мной. – Этим всё и закончится.
Я смотрю на него и не понимаю неужели он серьёзно.
- Ты думаешь, что ты сможешь пойти против системы? – риторически. – Сможешь! – говорит то, чего я совсем не ожидала услышать. – Но только не с этим бредом, над которым мы и сами угорали два часа назад.
Я понимаю, что майор абсолютно прав.
- Даже если ты доведёшь дело до суда, – с усмешкой. – То сможешь ли ты доказать, что вот этот рассказ — это правда? – кивает. – Сможешь ли ты перевесить очень тяжёлую – показывает пальцами жесть обозначающий деньги. – Чашу весов в свою сторону?
 
Вот оно бессилие правды! Я ничего не смогу сделать имея в арсенале только этот разговор. Да если честно мне и предъявить нечего, есть слово Махрова против слова Самойлова. И слово второго здесь точно весомее.
- Не думай, что ты умнее всех тут, – усмехается. – Если Самойлов и правда виноват, то он обязательно ошибётся, – сминает лист и выкидывает в урну. – Тогда мы будем рядом, и задержим его. Но ты не сможешь принять в этом участие, – не сводит с меня взгляд. – Если будешь гражданской.
Ладно Орлов всё-таки очень умный мужик, и вообще-то и не трус вовсе. Хорошо, что не успела наговорить ему гадостей, а я ведь могла.
На удивление Махров с радостью соглашается забрать прошлые показания, и даёт новые, не упоминая нашу многомиллионную занозу. Знаю, что совесть будет мучить меня до тех пор, пока мы не выясним всё про Самойлова. И я не знаю, могу ли я доверять Орлову в этой не простой задачи, учитывая отношения с дочерью нашего фигуранта и личное отношение майора к Льву Геннадьевичу… Нужно быть аккуратнее с этой птицей, мало того, что я не уверенна в его надёжности, так я начинаю втрескиваться в него по самые уши. М-да, фиаско Стефа, фиаско…
  
Глава 21.
 
Алекс.
Я ненавижу прикрывать чью-либо пятую точку, а уж семейку Самойловых тем более, но тут, не то чтобы другой выход был.
Я пошёл на эту авантюру с увольнением на свой страх и риск. Если бы Стефа всё-таки решилась уволится, то я бы, наверное, валялся у неё в ногах и просил передумать. Я отчётливо понимал, что нам нечем тягаться с Самойловым, но и такого хорошего сотрудника как Золотарёва я терять не хочу. Прикольно, что я всем, включая себя, пытаюсь доказать, что она обычный штатный сотрудник, хотя уже несколько дней пускаю по ней слюни. Особенно, после ужина с моими родителями, ещё никто не мог поставить маму на место, даже отец, побаивался её, а Стефа заставила её замолчать лишь одной короткой фразой. Она одержала победу без боя. Стефания смогла покарить меня своей стойкостью и умением быстро реагировать совсем в необычных ситуациях.
Сегодня на горизонте снова замаячила Малышева со своей псиной. Предлагает встретится. А что я? В принципе не против, должно пойти на пользу, хотя бы перестану забивать себе голову Золотарёвой. Меня раздражает настойчивость Дарьи, и её прилипчивость, но как я люблю говорить – это лучше, чем ничего. Кстати, заметил, что все мои женщины, очень настойчивы, может это меня притягивает в них?
Иринка проходит, покручивая пальцем у виска.
- Чего? – тоже советник нашлась мне тут.
- Ничего! – цыкает. – Самый глупый поступок, что я видела – отворачивается. – Ну, конечно, после женитьбы на Самойловой.
- Ой, не умничай, – напрягаюсь. – А то поедешь к родителям.
- А вот угрожать мне не надо, – показывает язык. – Кто ещё если ни я скажет тебе правду?
Бешусь, потому что понимаю, что сестрёнка права, так ещё и правда мне не нравится. Вляпался!
Иринка уходит в комнату, но не до конца закрывает дверь, поэтому я отчётливо слышу её телефонный разговор.
- Как насчёт батутного центра? – спрашивает сестра у собеседника. – Отлично, там как раз есть отличное кафе, – после ответа другого абонента продолжает разговор. – Тогда скоро увидимся.
- И с кем это мы собрались? – спрашиваю через дверь.
- А вам разве не говорили, что не хорошо подслушивать чужие разговоры? – ехидно.
- Это не снимает моего вопроса, – с нажимом.
- С подругой, – повседневно.
- С какой? – не унимаюсь, потому что чувствую, что сестрёнка мне что-то не договаривает.
- С прилежной, – смеётся. – Много будешь знать скоро состаришься, – хохочет. – А и так уже не молод, – подкалывает.
- Ирка! – специально бешу сестру, потому что знаю, что она терпеть не может, когда её так называют.