Злой демон Василий (СИ)

— Точно, — он улыбнулся, посмотрев на группу охотников, — коротышки, как есть коротышки.
— Не хорошо дразниться, — улыбнулся я, пожимая ему руку. — Василий. Вы с ними встречались?
— Встречался. И даже на охоту ходили вместе. Васильев Семён Романович, будем знакомы. Нет, я не дразнюсь, фамилия действительно такая.
К нам присоединился Дмитрий Игоревич. Он с интересом посмотрел на охотников, хотел поправить кобуру с пистолетом под пиджаком, но не стал.
— Парни, вы на северном наречии говорите? — спросил Семён Романович у охотников, говоря на одном из языков демонов. Раньше я с этим языком не сталкивался, но, как это всегда бывало, легко понял и даже сильный акцент уловил.
Охотники переглянулись, затем вопросительно посмотрели на меня.
— Не говорят, — ответил я вместо них. — Вы это наречие в тёмном мире выучили?
— В сером, — ответил он. — Меня занесло в большой торговый город с труднопроизносимым названием на их языке. Ульбек, не слышал о таком?
— Нет, не доводилось. В общем, Дмитрий Игоревич, охотники согласились ловить собак в подземке. Только у них с русским языком всё плохо. Собеседников нормальных нет, вот и не учили. Только надо бы их экипировать. Вы на их обувь посмотрите. В такой по метро особо не побегаешь.
Обувь охотники носили по принципу, что смогли найти. Кроссовки, не всегда одинаковые, летние ботинки и даже сандалии. Что-то грубо зашито, что-то вообще напоминало работу Франкенштейна.
— С этим будет проблема, — задумчиво сказал Дмитрий. — Маловаты они для спецодежды. Если только детский мир ограбить.
— Чёрт, не подумал об этом вчера, — нахмурился Семён Романович. — Дайте минуту.
Он достал телефон, долго листал записную книжку, затем нажал кнопку звонка.
— Это Васильев, — он бросил взгляд поверх моего плеча на охотников. — Мне нужна крепкая военная обувь, комбинезоны и защитная экипировка для охоты на демонов. На дюжину человек. Да, как у них, только детского размера. Нет, я не шучу, мои бойцы метр сорок ростом и выглядят не старше одиннадцати лет. Нужно через час. Тогда поторопись.
Он повесил трубку.
— Генерал вчера помощницу назначил, — пояснил он. Судя по его тону, он или успел с помощницей поссориться, или просто не испытывал к ней симпатии. — Сказал, что специалист по решению любых вопросов. Вот пусть и крутится. За час она, конечно, не успеет. Хорошо, если к завтрашнему дню всё достанет. Сегодня они в таком виде смогут поохотиться?
— Охотиться можно и голым, — сказал я. — Смогут, иначе не вызвались бы. Не на людей же им в этом рассчитывать.
— И что, с голыми руками на них пойдут? — прищурился Семён.
— Парни, оружие покажите, — попросил я.
Охотники дружно полезли за пазуху, оттягивая ворот толстовок, как это делала Кити. Группа подростков с ножами и хмурыми лицами выглядела довольно жутко. Проняло всех, даже водителя автобуса, который потянулся, чтобы двери в салон закрыть.
— Внушает, — сказал Семён Романович, примиряюще поднимая ладони. — Моя промашка с одеждой. Завтра всё будет. А оружие и всё остальное уже ждёт их на месте.
— Хорошо бы так, — сказал я, попросив охотников оружие спрятать.
— Вредный ты человек, Василий, — Семён Романович совсем не обиделся, но галочку для себя поставил.
— Жизнь такая, — я развёл руками. — Едем?
Дальше тянуть время смысла не было, поэтому мы погрузились в автобус и направились на северо-восток столицы. Водитель, немолодой усатый полицейский, на кинийцев косился с опаской, но говорить ничего не стал.
Ехать пришлось долго, почти час. Если бы не перекрытые наглухо дороги, которые пришлось объезжать, добрались бы гораздо быстрее. Повезло, что в пробках не пришлось стоять. Охотники эту поездку восприняли спокойно, кто-то даже умудрился проспать всю дорогу. А посмотреть было на что. Я специально искал следы вчерашней атаки на город и их было много. Где-то сгорело несколько машин, недалеко от центра в хлам разгромили магазин с огромными витринами, а у одной огромной многоэтажки из стекла и бетона повыбивало почти все окна с той стороны, где она выходила на проспект. Видно, что бой здесь шёл нешуточный. Специфические следы пожара говорили, что в здании порезвились одарённые, способные управлять огнём. Возможно, постаралась та злобная семейная парочка, что сражалась с краснокожим демоном накануне.
 
Остановились мы недалеко от станции метро Сокольники. Если бы Дмитрий Игоревич не подсказал, я бы её и не узнал, так сильно всё вокруг изменилось. Полиция и военные перекрыли площадь и выставили ограждения, оставив свободным лишь небольшой участок перед входом в метро. Людей, кстати, было немного, в отличие от разной техники.
— Друзья, не разбегайтесь, — сказал я охотникам. — Побудьте пока рядом со мной, чтобы людей не нервировать лишний раз. Задачу все помнят? Надо собак ловить, а не гулять по метро, иначе не заплатят. Подойдите к делу серьёзно.
— Поймаем, — сказал внук старосты. — На две группы поделимся, чтобы быстрее было. А если вместе идти, то мешать друг другу будем. Нам бы копья и арбалеты. Ещё сети прочные нужны и топоры, чтобы колья для ям наделать.
— Придётся вам обойтись без арбалетов, — сказал я. — И без волчьих ям, а то людей в них угодит больше, чем собак. А хорошие копья сейчас достану. И ещё, если найдёте злобного демона, с кем справиться не сможете, возвращайтесь и зовите меня. Военные уверены, что кроме собак там ещё кто-то есть. Я буду ждать, у входа в метро.
Кинийцы дружно закивали, но с таким видом, что доверия не вызывали. На площадке перед метро, тем временем, Дмитрий и Семён Романович беседовал с кем-то из военных. Рядом стояли специфические длинные ящики с копьями и ещё куча разного снаряжения.
— Может, их в магазин какой-нибудь отвезти? — спросил Дмитрий Игоревич, когда я подошёл к ним.
— И день придётся потерять. Будьте уверены, что, попав в магазин и услышав о халяве, они передерутся друг с другом, испортят кучу одежды и до вечера ничего не выберут. Они не только выглядят как подростки, но и образ мышления у них соответствующий. И раз старосты рядом нет, придётся брать всё в свои руки. Да, они перед охотой никогда не едят, только воду пьют, поэтому вечером их надо хорошенько накормить. С этим справитесь?
— Накормим, — заверил меня Семён Романович.
Где-то полчаса ушло на то, чтобы организовать охотников, выдать им копья, большие ручные фонари и классические тесаки, которым пользовался спецназ. Оружию, тем более такому хорошему, кинийцы обрадовались больше, чем дети подаркам на Новый год. Я проводил их до спуска на станцию и пожелал удачной охоты. Надеюсь, что они не растеряли навыки за то время, что живут в большом городе.
Выйдя на солнышко, уселся на ближайший ящик, борясь с желанием скинуть рубашку и позагорать. Яркого и тёплого солнышка в другом мире очень не хватало. Дожди в Хуме лили постоянно, часто затапливая нижнюю часть города. Я долго привыкал к высокой влажности и духоте.
— Думаешь, справятся? — рядом сел Дмитрий Игоревич.
— Не сомневайтесь, — ответил я. — Лучше скажите, как дела в городе и в стране, в целом?
— Больших жертв среди гражданских нет. В отличие от четырнадцатого года, мы были готовы. В прошлый раз демоны начали выпрыгивать из сотен разломов прямо в конце рабочего дня, в самый час пик. Я тогда ехал домой из центрального офиса и видел, как толпы людей бежали по улице, спасаясь от демонов.
— А кто был? Тоже армия краснокожих?
— Самые разные демоны, с крыльями и без, монстры, похожие на крупных ящериц и собак. Они были словно обезумевшие, бросались на людей без разбору и не пытались спрятаться. Помнишь, ты говорил мне о странностях? Тогда был как раз такой день.
— Разломы открывались по всему миру или только в Москве?
— По всему северному полушарию.
— Обычно животные опасаются подходить к разломам, — сказал я. — Только если нет иного выхода и им грозит смерть. Я с массовым бегством зверей через разломы не сталкивался, но читал, что перед слиянием миров открывается много разломов. Может, звери чувствуют это и спасаются бегством, как крысы с тонущего корабля.