Колизион. Шатер отверженных
Сознание с готовностью ухватилось за последний вариант. Что угодно, лишь бы оправдать собственное малодушие! Да, сначала надо проверить, точно ли принтер распечатал афишу именно ей, не произошла ли какая-то путаница. Но для этого прежде надо будет доехать до их нового пункта назначения, дать там представление – и только потом ждать новой афиши. А вот когда Кристина точно убедится, что никакой ошибки нет, тогда всем и расскажет.
Сразу стало легче дышать, даже несмотря на то что Кристина понимала, как иллюзорна отсрочка, которую она сама себе выторговала. Зато снова встала старая проблема: она по-прежнему не знала, какой дар получила от цирка, с каким номером ей выступать. Но сейчас даже угроза удаления не волновала ее так сильно, как желание любым способом избежать нежеланной роли директора.
– Эй, ты в порядке? – услышала Кристина рядом с собой голос Мануэля.
– Да… А что?
– Ничего. Просто ты застыла, глядя в одну точку, и уже довольно долго так стоишь.
– Я… задумалась. Очень много всего произошло. Нужно время, чтобы это все как-то уложилось в голове.
– У меня есть идея, – тут же предложил воздушный гимнаст. – Пошли ко мне.
Неожиданные слова Мануэля трепетом прошлись по всему телу.
– К тебе – в смысле, в ваш трейлер?
– Да. Мои соседи сегодня все на водительском дежурстве, кто в автобусах, кто в грузовиках, так что весь трейлер в нашем распоряжении, – проговорил воздушный гимнаст, а потом добавил с многозначительной улыбкой, от которой по всему телу Кристины пробежали мурашки волнения: – Помогу тебе уложить все случившееся в голове.
Выжидательный взгляд ярких светлых глаз Мануэля вызывал дрожь волнения и предвкушения, в голове закружился вихрь мыслей, хаотично сталкивавшихся друг с другом. Кристина не могла ухватиться ни за одну, она знала только, что не все мысли двигались в едином направлении. Одни скакали от восторга и советовали немедленно соглашаться, другие почему-то колебались и сомневались, задавались вопросом, а готова ли Кристина к такому шагу и к тому, что он подразумевает, и не стоит ли ей пока подождать…
– Ну так как? – подстегнул голос Мануэля.
– Я… – начала было Кристина, сама не зная, что собирается сказать.
Кто-то дернул ее за рукав. Девушка обернулась и увидела Апи; «обезьяныш» молча смотрел на нее просящими карими глазами.
– Да, Апи, что такое? – спросила она.
Апи шмыгнул и вдруг всем телом прижался к Кристине, словно искал у нее защиту… или пытался ее удержать. Девушка механически обняла «обезьяныша» и, почувствовав, как крепко стискивают ее тонкие детские ручки, вдруг снова вспомнила Кирюшу. Он изредка тоже подходил к ней вот так и пытался ее обнять – он, который обычно не терпел тактильного контакта! Но она всегда раздражалась и вырывалась, ей не было дела до страхов брата, и она не понимала, что может предложить ему утешение, просто находясь с ним рядом.
– Все будет хорошо, – внезапно охрипшим голосом сказала Кристина Апи, приобняла его и стала слегка покачивать. Встретилась глазами с Мануэлем, чуть пожала плечами, словно извиняясь, и почти беззвучно сказала: – Давай в следующий раз.
Ничего не сказав, воздушный гимнаст напряженно кивнул, резко развернулся и ушел. Глядя ему вслед, Кристина пыталась решить, верно она поступила или же совершила глупейшую ошибку.
* * *Кристина проснулась от того, что от резкого рывка трейлера упала на пол. Визжали тормоза, со стен сыпались маски и афиши, громко звякнуло и разбилось зеркало, разлетелось блестящими острыми каплями. Один осколок царапнул Кристину по щеке, но она едва ли это заметила, все ее внимание сосредоточилось на потерявшем управление трейлере, который несло по дороге и который, казалось, вот-вот перевернется!
Что произошло? Очень хотелось выглянуть в окно, окликнуть водителя или спросить соседок, но инстинкт выживания взял управление на себя и вместо этого заставил Кристину изо всех сил вцепиться руками в привинченные к полу крепления кровати и сгруппироваться в ожидании удара.
Трейлер продолжало нести и крутить по трассе; Кристина ожидала, что вот сейчас, уже через мгновение он, кувыркаясь, полетит по дороге, как это показывают в кино, и казалось, что все это длится целую вечность, хотя на деле едва ли заняло больше минуты. А потом – еще один рывок, сильный толчок, от которого Кристина больно ударилась коленом о край кровати, – и трейлер замер.
Переведя дух, Кристина с трудом поднялась. Ноги дрожали.
Взгляд хаотично метался по трейлеру. Риона, хоть и изрядно перепуганная, кажется, была в порядке. Себа сидела с крепко зажмуренными глазами, сжавшись в комок, а Кьяра трясла за безжизненную, безвольную руку Джаду, лежавшую ничком на полу, и испуганно повторяла ее имя.
Кристина быстро подошла к потерявшей сознание гимнастке – по крайней мере, она очень надеялась, что та всего лишь потеряла сознание, – и попыталась вспомнить хоть что-то из школьных уроков, на которых рассказывали, что необходимо делать в подобных ситуациях. Ну почему она почти ничего не слушала? Почему была так уверена, что навыки первой помощи никогда ей не пригодятся? Откуда вообще берется эта ничем не обоснованная уверенность, что с тобой не случится ничего настолько плохого, чтобы тебе понадобились эти знания?
– Она дышит? – испуганно спросила Кьяра.
Кристина присела на корточки и низко наклонилась над Джадой, пытаясь увидеть, как поднимается и опадает грудь, или услышать звуки дыхания. Но то ли стресс и паника были слишком сильны и из-за них она ничего не могла разобрать, то ли… то ли Джада и правда не дышала!
– Наверное, надо ее поднять… или перевернуть, – неуверенно предложила Риона. – Кровь есть?
– Кровь я не вижу, – ответила Кристина. – Но лучше ее не трогать; если у нее перелом, то мы можем сделать только хуже.
– Что вообще случилось? – подала голос наконец рискнувшая приоткрыть один глаз Себа.
– Не знаю, – ответила Риона.
Кристина тем временем уже подошла к водителю. Сегодня ночью их трейлер вел один из силовых акробатов, и сейчас он лежал ничком на руле. Понадеявшись, что он тоже просто без сознания, а не кое-что похуже, Кристина с опаской выглянула в окно; было страшно увидеть, что же стало причиной аварии. Они столкнулись с каким-то грузовиком? В них врезался другой автобус? Случилось стихийное бедствие, которое разметало весь цирковой автокараван?
Кристина оказалась совершенно не готова к зрелищу, которое ей открылось. Автобусы, грузовики, трейлеры и автомобили «Колизиона» разбросало по всей дороге, словно гигантские игрушки, – кто замер на обочине, кто посередине трассы, кто на встречной полосе. Одни машины стояли боком, другие – развернувшись на сто восемьдесят градусов, грузовик с каруселью с лошадками завалился на бок, мини-автобус с реквизитом для киосков съехал в кювет. Разбитые фары мигали, противно выла сработавшая на каком-то автомобиле сигнализация – и хрипела, заев на самой первой строчке песенки, опрокинувшаяся с грузовиком карусель.
По обеим сторонам дороги высоким забором, угрюмой стеной тянулся черный лес, а впереди, в темноте, куда убегала дорога, стояла, перекрывая трассу, шеренга огромных машин с включенными фарами. Высокие темные силуэты и слепящий свет вызывали отчетливое ощущение угрозы.
Кто перекрыл дорогу? И зачем? Это устроили именно для их цирка или же «Колизион» просто неудачно оказался не в том месте не в то время?
Кристина не увидела снаружи ни единой живой души. Пока никто не вышел из машин и автобусов «Колизиона»; не появились на улице и те, кто перегородил им дорогу.
Искушение вернуться обратно в трейлер, спрятаться под одеяло и подождать, пока кто-то другой, сильный и умный, со всем разберется, было как никогда велико. У цирка есть временный директор и есть десятки куда более опытных людей, чем она, – вот пусть они этим и занимаются! Да, Кристина совершенно точно не собиралась выходить и выяснять, что происходит.
Но хотя паникующий разум твердил одно, Кристина не без удивления осознала, что она тем не менее зачем-то спускается по ступенькам и скованно, будто тело принадлежит не ей, идет к источнику агрессивно яркого света от незнакомых машин… Какого черта?