По разные стороны (СИ)
Девчонка не шевельнулась. Не сдвинулась с места, даже когда Рентар встал и подошел к ней, хотя он спал по обыкновению голым. Джин только опустила голову, уставившись на руки, и ушки под коротко остриженными рыжими прядями стали пунцовыми.
– Мне некуда идти, – ответила она сконфуженно, изучая собственные погрызенные ногти.
– Не говори ерунды! Села на поезд и поехала! Или ты умудрилась разругаться со своим приемным отцом?
Она лишь сильнее стиснула кулаки и плотно сжала губы. А ведь Джин не до конца оправилась – выглядела бледной и измученной, но из гордости не упомянула о плохом самочувствии. Лис сел рядом и поймал ее за руку.
– Джин, что случилось?
– Дядя меня проиграл…
Она пробормотала это так тихо, что лису показалось, будто он неправильно расслышал.
– Что ты сказала?
– Он проиграл меня в вист! Больному на голову уроду! – Джин выдохнула признание сквозь зубы, с силой сжав его пальцы. Затем вскинула голову, глядя на него горящими глазами. – Хочешь узнать подробности? Тот урод любил причинять боль. Вот это, например, след от веревок. – Она закатала рукав, открывая продолговатый белесый след на запястье. – Если долго висеть на вытянутых руках, то веревка настолько впивается в тело, что раздирает кожу до костей. А вот здесь, под ребрами, есть шрам от крюка, на который…
– Джин, хватит, – прервал лис, заставив оправить задранную рубаху, и крепко обнял.
Девчонку колотила крупная дрожь. Он осторожно поглаживал ее по спине, давая успокоиться, а у самого шерсть встала дыбом. Ставка на приемного ребенка – давненько он не сталкивался с такими делами. Конечно, официально подобные сделки не проводились, но достаточно было устного соглашения между сторонами, а мнение «ставки» вообще никто не спрашивал.
Интересно, в приюте, откуда забрали Джин, знали о пристрастии мистера Кормана к азартным играм? Помнится, директриса, подписывая разрешение на удочерение, охарактеризовала его как благородного джентльмена с большим сердцем. С каким удовольствием лис разбил бы ему башку!
Он вздохнул – и Джин тут же отстранилась, невероятным усилием воли взяв себя в руки.
– Не вздумай меня жалеть, – серьезно попросила она, заставив снова взглянуть ей в глаза. – Не надо. Я не сломалась.
– Верю, – согласился Рентар, заведя рыжую прядку ей за ухо, и наконец отпустил.
Ругаться расхотелось. Неудивительно, что она сбежала и вела себя так сумасбродно. Джин и раньше справлялась со стрессом дикими выходками, приводившими руководство приюта в тихий ужас.
– Как давно ты в Крейтоне? – перевел он тему.
– Около недели. – Джин уютно устроилась у лиса под боком, сцепившись с ним пальцами.
На Рентара нахлынула ностальгия. Словно они снова сидели на сеновале в заброшенном сарае и делились мечтами о будущем.
– А до этого где жила?
– На вокзале. – Джин отвела взгляд. – Но меня заметил констебль, и больше там ночевать не получится. Байка сказал, что можно к мамаше Синти попроситься…
– Ну уж нет! – отказал Рентар поспешно. Не хватало ещё, чтобы она оказалась в борделе. Мамаша Синти с удовольствием подбирала беспризорников с улицы и вряд ли прошла бы мимо Джин. – Останешься у меня.
– Правда, можно? Ты не думай, я не лентяйка! Отработаю. Я по хозяйству научилась и…
– Кошелек стащить можешь? – напомнил лис об их вчерашней встрече, и Джин окончательно стушевалась.
– Прости. Увидела тебя и не смогла сдержаться. Неудачно пошутила.
– А к братьям Киран зачем полезла? – Джин снова скуксилась, и Рентар вздохнул. – Ладно, проехали. – Он отошел к стулу, натягивая сваленную в кучу одежду. Это в одиночку он мог ходить по дому как заблагорассудится, а с молодой леди стоило соблюдать видимость приличий. Пусть даже она сто раз видела его без порток. – Завтрак приготовить сможешь?
– Конечно! Тебе какой завтрак? Изысканный аристократический или обычный деревенский? – шутливо предложила Джин.
– Из того, что найдешь на кухне. Там не разгуляешься, – остудил ее пыл лис и добавил: – Кухня на первом этаже, сразу за торговым залом. Я умоюсь и приду.
Он махнул рукой и ушел в ванную. А оставшись один, со всей силы саданул кулаком о стену, представляя, как разбивает рожу благородному мистеру Корману.
* * *Готовила Джин неплохо. Определенно, лучше, чем в свое время в приюте: каша не пригорела, а кисло-сладкая подлива из овощей добавила пикантный вкус. Правда, себе девчонка положила ровно одну ложку, а ему навалила целую гору. Недолго думая, Рентар поменял тарелки местами – с похмелья есть не хотелось, а магическое исцеление забирало много сил не только мага, но и пациента. Джин попробовала возразить, но под его внимательным взглядом уткнулась в тарелку, послушно принимаясь за завтрак.
Глядя, как гостья уминает кашу, не забывая при этом пользоваться ножом и вилкой, лис размышлял, что делать дальше. Конечно, еще один рот его не объест, но не стоит Джин валандаться с ворами.
– Чем планируешь заняться? – задал он самый закономерный вопрос.
– Попытаюсь найти работу, – неохотно ответила подруга детства, проглотив наколотый на вилку кусочек брокколи.
– Могу добыть для тебя рекомендательно письмо.
– Правда? Ты меня очень выручишь. Сам понимаешь, без письма сейчас никуда. – Джин подобрала подливу кусочком хлеба и отставила пустую тарелку в сторону.
Что-то было не так. Выплеснув боль, девушка будто отстранилась. Или он преувеличивал? Все-таки Джин не могла вечно вести себя как ребенок!
Впрочем, она и в приюте не слишком делилась с кем-то переживаниями. Только в него вцепилась, как репей, и ходила за ним больше восьми лет, как собачонка. Директриса даже думала записать их родственниками и выпустить вместе, благо, Рентар был на пять лет старше Джин и мог позаботиться о пятнадцатилетней девчонке. Но тут неожиданно появился мистер Корман, пожелавший взять Джинджер под свою опеку. Глупо было выбирать между полунищим существованием и возможностью вырваться в большой мир!
Знал бы лис, что всё так закончится, никогда бы не отпустил Джин от себя. Но сейчас оставаться с воровским посредником для нее было слишком рискованно. Он больше не бедный, но честный парнишка. Преступный мир и опасность переплелись в его жизни в тесный клубок, и незачем ввязывать Джин в подобные авантюры. Лучше уж подыскать ей мирную и спокойную работенку. В Крейтоне достаточно одиноких тетушек, ищущих компаньонок и готовых позаботиться о бедной сиротке. Главное, правильно подготовить сцену и обыграть спектакль.
– О чем задумался?
Оказывается, пока он размышлял, Джин успела убрать посуду и сварить крепкий кофе. Поставила перед ним чашку с ароматным напитком, а сама грызла лимонную карамель, наверняка купленную где-то по дороге. Вот и разгадка запаха, раздражающего чуткий нос! Но делать замечание из-за конфет было бы слишком мелочно.
– Надо сходить в одно место. Не хочешь прогуляться?
– А куда? – полюбопытствовала она, поправляя сползающий на плечо ворот.
– Узнаешь.
Уговаривать не пришлось. Джин явно давненько не была в Крейтоне. Она живо осматривалась по сторонам, интересуясь не только благополучными районами города, которые они миновали довольно быстро, но и его загнивающей темной стороной. Было бы на что любоваться! Трущобы встретили их привычной грязью и вонью. Терпеть их в другое время года было можно, но в летнюю жару лиса едва не вывернуло наизнанку. Отбросы, мусор, мусор, отбросы. А может, кто-нибудь откинулся в темном переулке, вот и воняет!
За всё время, пока шли по трущобам, Джин напугалась только один раз. И не когда к ней пристал покрытый струпьями нищий, выпрашивая монетку, а когда из горы мусора вылезла, попискивая, толстая крыса.
Выбравшись из очередного темного переулка, лис остановился у замызганного здания с кривоватой нечитаемой вывеской на входе.
– Ну вот, мы на месте. Постарайся не сильно привлекать внимание.
Старый бар, служивший притоном для карманников, грабителей и прочей швали, приличные джентльмены обходили стороной. А вот Рентар бывал здесь часто: лучше места, чтобы собрать информацию или связаться с нужными людьми, было не найти. К тому же здесь никто не обращал внимания на его пушистый хвост и уши, разве что подавальщица, хихикнув, торопливо протирала вместе со столом еще и стул, чтобы шерсть не слиплась от пролитого туда эля.