Последыш. Книги I и II (СИ)

* * *
Обед прошел несколько более оживленно, чем в другие дни, и причиной тому была, разумеется, госпожа Злобина. Она аккуратно, но безошибочно раскручивала на беседу даже тех, кто говорить вовсе не хотел, и одним своим присутствием провоцировала остальных. Никто ведь не знал, что они с Барминым уже знакомы, а теперь по каким-то ее, как бы случайно и вскользь брошенным словам получалось, что она ему чуть ли не любовница. А это, в свою очередь, не могло оставить равнодушными ни княгиню Кемскую, ни его боевых подруг. Причем, непонятно было, кого это задело больше, Елену или Варвару. Кипятились обе, а Ия, соответственно, интриговала и наслаждалась плодами своих провокаций. Так что Игорь даже вздохнул с облегчением, когда обед подошел к концу, и он смог увести гостью на прогулку в парк. Правда, перед тем, как покинуть палас, Бармин успел шепнуть Варваре, чтобы сама не кипятилась и Елену успокоила.
— Эта женщина представляет влиятельные круги, — сказал он сестре. — С ней нельзя ссориться, но главное, она нам помогает. Поэтому не вмешивайтесь! Я вам потом все объясню.
Трудно сказать, поверила ему Варвара или нет, и, если все-таки поверила, то до какой степени. Но, выслушав, она кивнула ему в ответ, как бы принимая его объяснения, что было просто замечательно, потому что Игорь не хотел сейчас думать ни о чем другом, кроме предстоящего разговора. А разговор, к слову, получился хороший. Деловой — в лучшем смысле этого слова, потому что, для начала Ия в общих чертах обрисовала Бармину сложившуюся в империи внутриполитическую ситуацию, назвав заодно всех главных интересантов в деле возвращения ему графства, клана и Северной Марки.
От количества игроков в поле, что называется, рябило в глазах и дух захватывало. Тут тебе и Запад против Востока, и свои разборки между княжествами условного Запада. Местничество и зависть, борьба за лидерство и последствия давней вражды, восходящей иногда к обидам трехсотлетней давности. В общем, слушать женщину было интересно и одновременно страшно, а усвоить всю выплеснутую на него информацию — трудно. Так что Игорь даже обрадовался, когда политинформация подошла наконец к своему завершению, но, тем не менее, должен был признать, что, хотя бы в этом, Ия оказалась весьма полезна. Такой четкой картины происходящего в стране никто ему до сих пор не предложил. Ни бабушка, ни Ольга, ни Елена с Варварой. Ну а сам он был в этом деле пока еще слаб, как дитя.
«Учиться мне еще и учиться», — вынужден был он признать, выслушав урок до конца.
Но когда подошел к окончанию первый акт «Мерлезонского балета» [93], начался второй акт. И Бармин вынужден был признать, что Ия хороша не только, как любовница и «инструктор райкома», но и как «организатор всех наших побед», не говоря уже об «эффективном менеджменте».
— Теперь, что касается твоего вопроса о формировании дружины. Скажу сразу — ты молодец. Вынес из нападения правильные уроки и вовремя озаботился формированием собственного войска.
— Спасибо на добром слове, — усмехнулся Бармин, который не любил такого рода похвал. Есть что сказать, говори! А расточать по пустякам дифирамбы — пустая трата времени.
— Пожалуйста, — улыбнулась женщина, по-видимому, правильно оценившая интонацию, с которой прозвучала благодарность. — Но к делу. Тебе, Ингвар, сказочно повезло, потому что ты задал вопрос вовремя, то есть тогда, когда возникшую проблему можно решить одним движением руки. Несколько телефонных звонков, и вуаля!
— Вуаля — это что? — поинтересовался Бармин.
— В данном случае, вуаля — это милость богов, мой юный друг!
— В постели ты обо мне тоже так думаешь? — Устраивать из-за слова «юный» скандал, Игорь не стал бы. Но всегда стоит предупредить собеседника о возможных последствиях.
Женщина его поняла правильно. Остановилась, посмотрела в глаза и покачала головой.
— Прости, Ингвар, зарапортовалась! — сказала после повисшей между ними паузы. — Возьмет время научиться общаться с тобой, как со старшим по званию. Но я справлюсь. Слово офицера!
 
— Принято! — кивнул Игорь. — Переходим к делу.
— Две недели назад погиб князь Городецкий, — начала Ия. — Глупо убился. Вылетел из седла во время охоты и сломал себе шею. А дальше так. Князь был еще нестарый, лет сорок ему было с небольшим, но жениться не успел, и прямых наследников после себя не оставил. То есть, бесхозным его имущество, разумеется, не осталось. Земли вокруг Городца, промышленный кластер в Нижнем Новгороде и все остальное переходит к его родным дядьям. Но там все люди сами по себе небедные, и у каждого давно сформирован свой штат слуг, своя охрана, своя дружина. Им чужие люди без надобности. А у Городецкого и в замке Балахна, и в городской усадьбе в Городце — полный штат и тех, и других. Повара, слуги и телохранители, плюс дружина. Если поторопиться всех этих людей можно выкупить одной сделкой. Это конечно морока и головная боль, их же на новом месте придется как-то устраивать. В особенности, семейных. Жилье, деньги на обзаведение, подъемные. Они все вольные, но податься поодиночке им некуда. Работу найти можно, но вопрос: где и когда. Выкуп всем обществом для них выход, иначе распустят с минимальным выходным пособием и без пенсии, если не успели скопить. Это твой шанс. Выкупить их у наследников можно задешево прямо с техникой и вооружением. Тысяч в триста обойдется сама сделка. Максимум — четыреста, если упрутся и станут торговаться. А потом, как выкупим, надо будет только людям зарплату платить, отчисления делать на страховку и пенсию, ну и обычные расходы на поддержание уровня боеготовности, на уход за техникой, то да се. Это всяко разно не более двухсот пятидесяти — трехсот тысяч в год.
— Сколько там людей? — спросил Ингвар, прикинув, что, если предлагают годный товар, то и денег не жаль. — Какие специальности?
— О деньгах не волнуйся, — успокоила его Ия, поняв вопрос Бармина так, как могла понять женщина, не знающая его истинных обстоятельств. А она их не знала, и это было просто замечательно. — Заинтересованные люди сделают тебе подарок на обзаведение, а потом, глядишь, вернет тебе император банковские счета и, хотя бы половину имущества, тогда сможешь содержать весь штат на свои деньги. Главное сейчас — успеть.
— Я тебя спросил, сколько и кто, а не о том, где денег взять. Будем считать, что этот вопрос решаем. Переходи к деталям.
— Вот как? — прищурилась Ия. — А ты, Ингвар, с каждым разом все интереснее и интереснее.
— Мы с тобой, Ия, всего второй раз встречаемся, — напомнил Игорь.
— Неважно, — отмахнулась майор. — Это я для красоты слога.
— Принято, — кивнул Бармин. — Так сколько и кто?
— Штат слуг, вместе с мажордомом, конюшим, завгаром, главным поваром, врачом, водителями машин и двумя техниками, тридцать семь человек.
Размеры замкового штата Игорь себе в общих чертах теперь представлял, и число, названное женщиной, его не впечатлило. Нормальный штат. Несколько больше, чем у его бабушки, но всяко разно меньше, чем у Глинского.
— Что с дружиной? — поинтересовался он.
— 12 телохранителей, — начала перечислять майор. — Они составляют отдельную группу со своим старшим. Пятьдесят дружинников, сотник и четыре десятника, три пилота вертолетов. Инженер по электронике, два техника и два оператора связи, военный фельдшер, оружейник с помощником, и еще семь человек — техники в гараже и в вертолетном ангаре.
— Есть вертолеты? Броня?
— Да, — подтвердила Ия, — два геликоптера, четыре колесных танка, четыре тяжелых машины сопровождения. Кортеж — шесть бронированных внедорожников и две бронированных машины представительского класса плюс мобильный штабной кунг на базе минивэна. Остальное по мелочам: тяжелое оружие, — минометы, гранатометы, станковые пулеметы, — радиоэлектроника, снаряжение.
— А сколько стоит конвертоплан? — поинтересовался Игорь, успевший полюбить это средство передвижения.