Необычный подозреваемый. Удивительная реальная история современного Робин Гуда

Перед его глазами промелькнула спортивная сумка. Еще не осознав причины, сотрудник поднял руку, чтобы остановить конвейерную ленту. Содержимое сумки его почему-то насторожило. Сотрудник прищурился, а затем внимательно посмотрел на монитор. Что это? Или, точнее, что все это? В сумке лежала куча вещей, твердые части металлических механизмов, толстые провода и… неужели это пули? Или батарейки? Сотрудник резко отвернулся от монитора и немедленно позвал коллегу. Тыча пальцами в экран, они оба вглядывались в странную, но приобретающую все более зловещие очертания череду предметов в сумке. Ничего не говоря вслух, один из сотрудников нажал тревожную кнопку, завыла сирена, и ярко-желтая лампа начала мигать. Через несколько секунд послышался тяжелый стук сапог: это прибыло с полдюжины вооруженных полицейских.
После очень осторожного извлечения сумки из рентгеновского аппарата один из сотрудников службы безопасности указал на нее и потребовал выйти из очереди того, кому она принадлежит. Он рявкнул это сначала по-турецки, а затем, когда все промолчали, по-английски. Стройный, застенчивый, короткостриженый молодой человек в очках неуверенно поднял руку и без колебаний подчинился приказу подойти. Другой сотрудник службы безопасности уже осторожно открыл сумку и, надев пару латексных перчаток, просматривал ее содержимое. Он нашел и извлек ряд блестящих, неправильной формы предметов. Сразу стало очевидно, что они просто завернуты в фольгу.
Один из сотрудников службы безопасности потребовал объяснений. «Что это? Что это? Что это?» – повторял он, и молодой человек спокойно объяснил, что это просто части цифрового фотоаппарата. Сотрудник взял один предмет и с помощью пинцета стал осторожно разворачивать фольгу. Наконец всем взглядам открылось нечто длинное, металлическое и безошибочно узнаваемое. Это был ствол автоматического пистолета. Глаза у сотрудника расширились.
– Здесь пистолет! – крикнул он.
Вооруженная полиция тут же взялась за дело, стараясь быстро разобраться в происходящем.
– Полицейские посмотрели на меня, и я посмотрел на них, а потом они посмотрели на сотрудника службы безопасности, – описывает Стивен секунды перед тем, как его скрутили. – Помню, они сначала подумали, что там у меня бомба, и это их напугало. Они собирались уже эвакуировать людей из аэропорта.
Это была не бомба. У Стивена в сумке лежал мощный полуавтоматический пистолет браунинг. Стивен разобрал его, перемешал составные части с различной электротехникой, включая детали камеры и силовые кабели, замотал все вместе пленкой, а потом завернул эти мотки в фольгу в надежде таким образом обмануть рентгеновский аппарат службы безопасности аэропорта и контрабандой провезти оружие в Соединенное Королевство. Но фольга не исказила изображение на рентгеновском аппарате службы безопасности аэропорта.
– Я почему-то считал, что фольга отражает рентгеновские лучи. Но двадцатидвухлетний парень должен бы знать, как работают рентгеновские лучи. – Стивен хмурится от досады на себя. – В те времена я мог совершать настоящие глупости.
За неделею до того, как это случилось, 16 марта 2008 года, Стивен прибыл в Стамбул, собираясь купить пистолет – настоящий пистолет, мысли о котором так долго не выходили у него из головы. Стивен прилетел не прямиком из Великобритании. Через несколько дней после налета на банк HSBC в Ледбери и ограбления банка Barclays в Вустере он отправился в Европу. Сначала он вернулся в Дэчен Чолинг, где остановился в качестве гостя в старом замке. Во французской глубинке было туманно и тихо. 7 марта, вскоре после приезда, Стивен написал в дневнике, что все вокруг иначе по сравнению с прошлым годом: пусто, пасмурно, отчасти даже жутко. «Что касается Дэчен Чолинг, возможно, словами все и не опишешь. Разочаровывает? Да. Странно? Более чем. Тревожно? В какой-то степени! Почему? Люди, отсутствие людей, мерцающие огни…» – писал он. Чувство принадлежности к общине, которое Стивен испытывал минувшим летом, теперь, казалось, исчезло.
 
Однако на следующий день Стивен вроде бы начал понемногу осваиваться. Когда-то в буддийском ретрите он впервые определил для себя дальнейший путь, а теперь наметил его конечную цель. «Здесь так спокойно. И это дало мне время пересмотреть свои планы. После посещения Кадакеса и Барселоны мы отправимся в Турцию и добудем инструмент». Затем он отметил, что общая стоимость этой поездки составит около тысячи пятисот фунтов стерлингов, не считая примерно трехсот пятидесяти фунтов стерлингов, отложенных для покупки оружия.
«Посмотрел в Интернете, – продолжил он, – и, похоже, газета Вустера опубликовала два снимка ограбления с камер видеонаблюдения, оба четкие. Нам нужно быть осторожными». С новой строки он подвел итог записи: «Кстати, отлично выспался».
10 марта Стивен сделал еще одну короткую заметку:
«Второй день подряд отдыхаю, занимаюсь медитацией и чтением. Погода стала влажной и холодной, поэтому в основном нахожусь в помещении. Две мини-тренировки. Нужно подумать, как вывезти пистолет из Турции».
Из Франции Стивен, как и планировалось, отправился на юг в Испанию, а затем вылетел из Барселоны в Стамбул. Покопавшись в Интернете, он пришел к выводу, что там больше всего шансов найти настоящий пистолет. Поскольку законы о владении оружием в Турции значительно менее строгие, чем в большинстве стран Европы, оборот огнестрельного оружия – как нового, так и подержанного – там высок. Стивен прочитал, что оружие можно найти в каждой третьей турецкой семье, и оно в подавляющем большинстве нелицензированное и незарегистрированное. Направляясь из аэропорта имени Ататюрка в дешевый отель, забронированный на семь ночей, Стивен смотрел в окно трансферного автобуса на раскинувшийся вокруг него мегаполис: на проезжающие автомобили, высотные башни, минареты и купола, широкие, обсаженные пальмами бульвары и неясно вырисовывающиеся на горизонте между домами грузовые суда, движущиеся по Мраморному морю. Стивен удивлялся, почему не приехал сюда раньше. Он развернул листок бумаги с нацарапанным адресом и некоторое время смотрел на него, а потом осторожно убрал обратно в карман.
Стивен посетил туристические объекты. Дворец Топкапы. Голубую мечеть. Римские и византийские руины. Древние катакомбы. Бродя в одиночестве по городу, Стивен навещал уличные рынки и базары. Он побывал в Гранд-Базаре, обширном лабиринте крытых улиц, где расположены сотни и сотни магазинов, киосков и палаток, торгующих всем – от ювелирных изделий, ковров и антиквариата до одежды, тарелок, кондитерских изделий, выпечки, обуви и сумок. Тут кишели и отдыхающие, и местные жители, и пестрые цвета напоминали узоры калейдоскопа. Звуки музыки и быстрого, беглого говора продавцов эхом отражались от высоких сводчатых потолков, испытывая способность Стивена выносить громкие звуки, когда он курсировал по людным улицам и переулкам. В итоге он вышел с другой стороны базара на открытое место. Удаляясь от огромного сооружения, Стивен пошел по узким извилистым улочкам, все так же заполненным магазинами, но казавшимся более убогими, тихими и свободными от глазеющих туристов.
В конце концов Стивен нашел то, что искал: витрину магазина на тихой улице. Невозможно было ошибиться в том, что здесь продают. В витрине были выставлены десятки пистолетов, охотничьих ружей, ножей и биноклей. Сердце Стивена затрепетало. Он вошел в магазин и направился к прилавку, где за ним наблюдал турок средних лет.
Дальше возникла небольшая неловкость. Стивен запомнил несколько турецких слов и фраз, чтобы попытаться объяснить, что хочет купить пистолет, но продавец отвечал отрывисто и неразборчиво.
– Я помню, что мне пришлось отвечать на множество вопросов. Он бы просто так мне его не продал, – рассказывает Стивен. – Ситуацию усложняло и то, что он не очень хорошо говорил по-английски, спрашивал что-то типа «для чего тебе это нужно?». Помнится, я ответил – для стрельбы по тарелочкам.