Обычная магия 2 (СИ)
— Рассказывай, что за история.
Руслан помолчал, кляня себя за то, что вообще начал этот разговор, но деваться было некуда.
— Мы как-то с родителями поссорились. Они тогда ещё не в курсе были… ну, всего этого, — он неопределённо махнул рукой, не зная, как точнее выразиться. — И решили, что меня надо спасать. Время психологов уже прошло — в детстве водили.
Руслан криво усмехнулся, но никто из Змей не улыбнулся в ответ: то ли не были знакомы с такой ситуацией, то ли были знакомы слишком хорошо.
Так внимательно и серьёзно на него раньше смотрели только родители. Но с другим выражением на лице.
— Ну и повезли меня к бабке в Рябиновку. Они как лучше хотели, честно! Папа думал, что если я перестану видеть всякое, это всякое тоже перестанет меня видеть… — в памяти возникли сугробы Рябиновки и отзвук того отчаяния, которое тогда заполнило его целиком. — Ну и бабка сказала, что может меня… м-м-м, ослепить как раз. Зашить «третий глаз» или что-то в этом духе. Вот у неё в шкатулке на здоровенной такой игле и сидел глазастый мелкий монстр.
Кобра накрыла своей ладонью пальцы Руслана и ободряюще сжала.
— И где в Рябиновке такая бабка живёт? — прищурился Полоз.
— Я точно не помню. Улица где-то посередине деревни, а дом ближе к краю. Крыльцо высокое. Дерево большое рядом с домом. Я особо по сторонам не смотрел. На той улице ещё заброшенный сарай был или что-то вроде того.
— И как ты спасся? — спросил Аспид.
— Ничего героического, — снова усмехнулся Руслан. — Убежал. Спрятался в том самом сарае. Потом меня приятель Бьёрна вытащил. Ладно, хватит об этом. Что было, то было.
— Нет, — возразил Полоз. — Не хватит. Какая-то бабка чуть не лишила тебя способностей, а ты говоришь «что было, то было»!
— Ну да. Не лишила же.
— Хотела. И могла. Это у вас там в порядке вещей, что ли? Вот так взять и лишить видящего дара! Ужик, Кобра, Аспид, вы тоже думаете, что это пустяки?
Змеи так не думали.
— Ты в спецотдел жаловался? — спросил Ужик.
— Вот ведь мерзкая бабка! — высказался Аспид.
Кобра молча кивнула. Вид у неё был несказанно мрачный.
— Это произвол! — громко сказал Полоз. — Нас твари жрут и люди не любят, а тут ещё и другие видящие будут гадить. Нет, так дело не пойдёт!
Он встал.
— Едем в Рябиновку! Разъясним этой бабке, что нельзя наших задевать!
— Стой, подожди! — Руслан никак не мог понять, как разговор дошёл вот до этого.
— Что «стой»? — взгляд Полоза был странным образом ледяным и обжигающим одновременно. — Она задела нашего. Мы этого не терпим.
— Бьёрн сказал: у неё есть разрешение спецотдела на работу.
— Да плевать на спецотдел! Они же вообще свою работу не делают! Ты сам видишь, что вокруг творится! И потом: ты долго собираешься Бьёрновым умом жить?
Полоз смотрел прямо на Руслана, и тот окончательно растерялся. Что здесь происходит? Почему его попытка поделиться чем-то личным превращается в какое-то безумие?
— Или ты думаешь, что лишиться способностей ерунда? — продолжил Полоз. — Если бы Кобру вот так ослепили или меня, ты бы тоже сказал: «Что было, то было»⁈
Руслан не успел ни слова вставить, как Полоз обвёл взглядом вскочивших Змей и спросил:
— Кто ещё думает, что можно вот так?
Аспид замотал головой. Кобра нахмурилась, сжав губы в тонкую нитку. Ужик, кажется, вздохнул.
— Едем в Рябиновку! Покажем всем, как надо своих держаться!
Руслан наконец тоже вскочил и сказал:
— Нет, так нельзя! Кому покажем? Бабке⁈ Она же человек! Она старая женщина!
От разлитого в воздухе напряжения онемели скулы и разболелась голова. Губы будто замёрзли, а левый глаз предательски слезился, придавая Руслану жалкий и глупый вид.
— И что? Если человек — значит, сразу хороший⁈ — Полоз недобро усмехнулся. — Ты дурак, Руслан, или только притворяешься? Едем!
Он вышел из комнаты. За Полозом молча проследовал Ужик.
Руслан поспешил следом, повторяя:
— Так нельзя! Вам она ничего плохого не сделала! И мне не сделала! Стойте!
За ним шли Кобра и Аспид, и Руслан чувствовал, что все они согласны с Полозом.
— У нас полно других врагов, настоящих. Тварей всяких!
— Люди хуже тварей бывают, — прогудел Ужик.
— Или заодно с ними, — добавил Аспид.
В прихожей Змеи накинули куртки и обулись, не слушая Руслана.
Полоз вытянул из стойки за вешалкой биту. Достал биту и Ужик.
— Вы что, — задохнулся Руслан, — избить её хотите⁈
— Да нет, — мрачно усмехнулся Полоз. — Проучим. Тепличку побьём. Заборчик. Нельзя оставлять безнаказанными тех, кто причинил тебе вред. Или пытался причинить. Хочешь оставаться бесхребетным и за спиной учителя прятаться — дело твоё. А мы — другие.
Руслан понял, что убеждать его бесполезно, он не хочет слушать. Злая холодная ярость захлестнула Полоза и через него передалась остальным Змеям.
На улице Змеи вывели мотоциклы. В другой раз Руслан с удовольствием взялся бы рассматривать «железных коней»: чёрный у Полоза, чёрный с синим и серебром у Ужика, а там, в полутьме гаража, видимо, Кобрин — чёрный с красным.
За спиной и у Полоза, и у Ужика торчали рукоятки деревянных бит.
— Кобра, едешь?
Она шагнула к друзьям, потом оглянулась на Руслана. Несколько бесконечно долгих секунд смотрела ему в глаза, потом сказала:
— Я останусь.
— А я поеду! — встрял Аспид. — Ты ж не против?
Кобра покачала головой. Младший Змей проскользнул к дверям, по пути толкнув Руслана в бок.
— Я твой байк возьму? — обернулся Аспид. — И биту?
— Байк — нет, — Кобра покачала головой. — Биту бери.
Руслан понимал, что она очень хочет ехать со своими. Но не менее отчётливо он понимал, что это неправильно.
— Со мной поедешь, — отозвался Полоз, сев на байк.
Аспид радостно подпрыгнул. Тут же сморщился, поджав ногу, и захромал к угольно-чёрному мотоциклу. С полдороги вернулся, сунулся в дом и вскоре пришёл с чёрной битой, украшенной нарисованными молниями.
— Береги себя, — сказала Кобра ему в спину.
Когда Аспид устроился за спиной Полоза, тот спросил:
— Уверена, что остаёшься?
Руслан коснулся её пальцев: пожалуйста!
— Да. Прости.
— Как хочешь, — дёрнул плечом Полоз. — Решай сама, что тебе действительно надо.
Уже выезжая со двора, крикнул:
— Ворота закройте и идите в дом. А то простудитесь, неженки!
За чёрным мотоциклом выехал чёрно-синий, увозя мрачного Ужика. И Руслан с Коброй остались одни.
Кобра пошла закрывать ворота. Руслан помог ей. Неловкое молчание становилось всё более тягостным.
— Я знаю, что ты хотела поехать, но это неправильно, — не выдержал Руслан.
Девушка тут же повернулась к нему, посмотрела мрачно и недоверчиво:
— Почему?
— Та бабка не сделала мне ничего плохого. Да, хотела, но не сделала. И потом: её же мои родители попросили. Что ж, им тоже теперь мстить?
Кобра открыла рот, но тут же закрыла, сдерживая вертящиеся на языке слова.
— И биты… Кобра, они что — правда собираются избить старую женщину⁈
— Старухи, знаешь, тоже разные бывают, — процедила Кобра. — Предлагаешь из-за возраста им скидку делать? Пусть творят, что хотят?
— Конечно, нет! Если старуха или старик, например, нарушает закон, то ответственность будет нести так же, как молодой! Если человек в возрасте мерзко себя ведёт, то его не должны прощать только из-за возраста. Но ехать в другой город, чтобы запугать старую женщину… Нет, так нельзя!
— Полоз же сказал: её бить не будут.
— Кобра, а вы уже били людей? — не спросить Руслан не мог, хоть и не хотел знать ответ.
Она долго смотрела на Руслана, прищурившись, словно решала, надо ли вообще отвечать. Потом сказала:
— Били. Иногда выжить можно только так.
У Руслана сжалось сердце.
— Мне жаль…
— Да ты-то тут причём? — пожала плечами Кобра.
Налетевший порыв ветра заставил их обоих поёжиться. Погода испортилась: по темнеющему небу ползли тяжёлые тучи, предвещающие дождь в ночи.