Малакай и я (ЛП)

— Ого!
Я видела подобное в кино или на заставке рабочего стола моего ноутбука, но увидеть это в живую и так близко... Огромные зеленые верхушки деревьев, бесконечно тянущиеся ввысь, великолепные горные вершины, некоторые даже покрытые снегом.
— Не Нью-Йорк, но тоже недурно, да? — рассмеялся он, гордо кивая головой.
— Да, недурно, — прошептала я, открывая окно, и пусть ветер тут же растрепал мои волосы, мне было все равно. Придерживая их рукой, я заметила дорожную вывеску, мимо которой мы проехали.
— Добро пожаловать в Либер Фоллс... Откройте себя заново, — прочитала я вслух.
— Цепляет, да? Лет десять назад сюда мало кто приезжал... Что за?!
— Что? — Я посмотрела вперед как раз в тот момент, когда из-под капота начал валить дым. — Нет!
— Извините! Мне очень жаль, но придется съехать на обочину, — сказал он, свернув на обочину, и припарковавшись, прежде чем выскочить из машины. Я смотрела, как он отмахивается от клубов дыма, вырвавшихся из под поднятого им капота. Дым даже проник в салон авто.
— А-ах! — Я закашлялась и, как только я вышла из машины, у меня зазвонил телефон. — А... Алло?
— Эстер? Ты в порядке?
— Нет, я не в порядке, дедушка. — Я опять закашлялась, отходя подальше от машины. — Куда ты меня отправил, дедушка? Мне кажется, это место меня ненавидит! Предполагалось, что дорога сюда займет четыре часа... но прошло уже семь... семь с половиной часов, а я все еще пытаюсь добраться до места! Почему? Потому что мое такси сломалось прямо возле озера. Не говоря уже о том, что я сегодня ничего не ела. У меня раскалывается голова. И сигнал на моем мобильном телефоне периодически пропадает.
— Дыши.
Я сделала глубокий вдох.
— Я дышу, и это не помогает.
— Дыши еще.
— Дедушка.
— Эстер.
Вздохнув, я сделала так, как он сказал.
— А теперь еще раз, и на этот раз повернись направо.
— Направо? — Я повернулась. — Что я должна увидеть справа?
— Я не знаю, я никогда не был в Монтане, — ответил он, смеясь.
— Дедуш...
— Я никогда там не был, но слышал, что там красиво. Это так?
На этот раз я поняла, что он пытался сделать, и это сработало. Иначе и быть не могло, ведь кругом я видела потрясающей красоты природу.
— Это действительно так, дедушка. Чувство, будто я попала в один из романов Генри Дэвида Торо.
— В который?
Конечно же, он спросил об этом. Задумавшись, я спустилась по тропинке к воде, я процитировала для него, чтобы он понял, о какой книге я говорю: «Я ушел в лес потому, что хотел жить разумно, иметь дело лишь с важнейшими фактами жизни и попробовать чему-то от нее научиться, чтобы не оказалось перед смертью, что я вовсе не жил».
— Уолден. — Счастливо вздохнул он. — Надо бы мне перечитать.
— Мне тоже. Думаю, это будет вполне уместно, раз уж я оказалась в такой глуши, а не в каком-нибудь небоскребе крупного города типа Лондона, — поддразнила я.
— Не пойму, ты обвиняешь меня в чем-то или просто дуешься, ведь я всего лишь отправил тебя провести время с твоим любимым автором.
— И я взволнована... но с другой стороны, узнать, что твой любимый автор — мудак, не самое приятное чувство.
— Не выражайся!
— Прости. Узнать, что твой любимый автор — придурок... не самое приятное чувство.
— Малакай... — вздохнул он — Как я уже говорил, Малакай хороший человек с...
— С трудным прошлым, — закончила я за него — Я знаю. Я ведь веду его фансайт.
Имелось в виду, что я знаю его биографию... которая была очень короткой. Он родился в приходе Сент-Джеймс, штат Луизиана, второго ноября, тридцать лет назад. Он жил там до девяти лет, пока его мама не загрузила вещи в машину и не переехала в Нью-Йорк с мечтами о карьере на Бродвее. Почти годом позже она встретила моего дедушку на кастинге Отверженных, однако вместо какой-нибудь мелкой роли второго плана дедушка утвердил ее на роль Фантины. Одна из величайших постановок всех времен, именитый режиссер и множество людей, считающих, что она недостойна этой роли, должно быть, и стали причиной того, что она сломалась. В ночь перед премьерой она напилась, и у него не было другого выбора, кроме как уволить ее. На следующее утро она совершила самоубийство. С тех пор дедушка приглядывал за Малакаем. Я уверена, что он понимал, что это не было его виной, но дедушка все же не мог просто забыть об этом. С тех пор жизнь Малакая протекала вполне стандартно. Он пошел в Принстон после школы, изучал английский язык и историю искусств и опубликовал свой первый роман, который быстро стал бестселлером, за месяц до окончания обучения. После этого он буквально пропал со всех радаров до происшествия на прошлой недели.
 
— Эстер? Эстер?
— А? — Я встряхнула головой, отрываясь от своих мыслей и возвращаясь в реальность. — Извини, я задумалась на минутку. Я так устала, да еще и это такси... — Я посмотрела направо, а потом налево. Нет. Не может быть. — ДА ВЫ, НАВЕРНОЕ, ИЗДЕВАЕТЕСЬ!
— Что? Что такое?
— Такси пропало!
— В каком смысле пропало?
— В смысле пропало! — кричала я, стоя посреди дороги и уставившись туда, откуда мы приехали. — В смысле его здесь нет! В смысле я застряла непонятно где, без багажа, без бумажника! У меня даже куртки нет. ДЕДУШКА!
Ответа не было. И не то, чтобы ему нечего было ответить, просто на моем телефоне пропала сеть.
ДА ЛАДНО!
Кипя и дергаясь от злости, я повернулась и подумала, что я, наверное, проклята, потому что дорога была абсолютно пуста… Я боролась с начинающимся приступом паники и постаралась думать ясно. Я не знала, что еще делать, поэтому решила просто думать.
— Ладно, Эстер, дыши, — подбадривала я себя, стараясь дышать через нос. — Вот так, продолжай дышать... продолжай дышать. Ты в порядке. Ты в порядке. Это все выглядит, как типичное начало романа Стивена Кинга, но ладно тебе, уверена, уровень убийств в Нью-Йорке намного выше.
Я замолчала. Я пыталась почувствовать себя лучше или хуже? В любом случае, каким бы ни был уровень убийств, это не имело значения, если бы вы были тем человеком, которого убили!
— И зачем я заснула?
Я даже не знала, как далеко отсюда было хоть что-нибудь! Но была вероятность, что город был недалеко.
Вернуться было бы безопаснее.
Нет. По каким-то причинам я чувствовала, что идти назад было неправильно. Я была недалеко от места назначения. Я справлюсь.
Непонятно откуда такая уверенность, и почему я вообще решила, что смогу найти чей-то дом. В смысле, я ведь находилась так близко к лесу только в Центральном парке!
— Тьфу! Звучит не очень оптимистично, — пробормотала я про себя.
Обернувшись, и взглянув на озеро, я снова спустилась к воде, в надежде, что мой телефон поймает сеть там, где я говорила по телефону недавно. И, тем не менее, даже не появилось ни одного деления индикатора сети. Только слова «нет сети», будто издевающиеся надо мной.
— Не все, кто блуждает — потеряны, — прошептала я про себя и подошла ближе к озеру. Я не была уверена, что идти вдоль дороги было лучшим выбором... особенно после прочтения «Автостопперов» Тедди Грея.
Солнце уже садилось, а значит все, кто рыбачил у озера, собираются пойти по домам. И они пойдут вдоль берега, так? И большинство домов должны находиться у озера, так? Я имею в виду, зачем жить возле озера, если не хочешь видеть озеро...
Не знаю, как долго я шла, но я не видела ни домов, ни лодок, ни рыбаков, а, в конце концов, и солнца. Вместо того чтобы искать помощь, я подошла к скалам у озера и села.
Я пробормотала про себя:
— Либер Фоллс, сейчас я не чувствую особого гостеприимства.
МАЛАКАЙ
 
— Она там?!
Я не знал, что сказать ему помимо правды.
— Нет.
— МАЛАКАЙ!
— Альфред, я найду ее, хорошо? Просто... просто давай я тебе перезвоню.
Я быстро повесил трубку. Мне не нравилось слышать его таким. В панике и страхе. Он всегда был уравновешенным, и мне нужно, чтобы он оставался таким же. Наклонившись вперед, чтобы завести мой мотоцикл, я увидел рябь на поверхности воды. Затем что-то маленькое, слишком маленькое, чтобы я мог разглядеть в темноте, отскочило от нее. Это озеро было искусственно созданным водохранилищем. Так что, кроме незначительных волн из-за ветра, причиной ряби могли быть только кто-то или что-то, брошенное в воду.