Цена его ревности. Книга 3 (СИ)
— Я успокоюсь сразу после того, как ты уйдешь! — взвизгнула Вика и прислушалась. В коридоре было тихо. На всякий случай отошла от двери и открыла окно, из-за двери по-прежнему не доносилось ни звука. Понемногу она успокоилась, приоткрыла дверь и осторожно выглянула. Не увидев ни души, Вика снова закрыла и заперла дверь, после чего, совсем успокоившись, прилегла на кровать и, утомленная очередной встряской, незаметно для себя задремала.
Ракеш же, вернувшись в библиотеку, старался отогнать мысли о жене и сосредоточиться на будущей работе. Вынужденную паузу в делах, вызванную болезнью Вики, он решил использовать, чтобы вникнуть в новые обязанности и полномочия.
***Вечером, Айрин, вернувшуюся из офиса, где встретила только Анила и Лалит, поведавших, что дади, не успокоенная новостью о здоровье и благополучии внука, начинает паниковать, стоит Санджею хоть на полчаса пропасть из поля ее зрения, поэтому, во избежание нового приступа, молодой человек остался дома; встретила запертая дверь в комнату сестры.
— Уходи! Не хочу никого видеть! — услышала она голос Вики в ответ на стук и просьбу открыть. — А еще лучше — займись своей свадьбой и перестань меня воспитывать!
— Что с ней произошло? — спросила Айрин Ракеша, когда встретилась с ним, угрюмым и хмурым, в столовой за ужином.
— Вика считает меня виноватым в том, что вы с Санджеем не вместе и не желает меня видеть, а заодно и тебя. Она думает, что ты обидишься на нее и вернешься домой, а Санджей тогда вернется к тебе.
— Но ведь это не так, — недоуменно возразила Айрин, — Санджей остался дома потому… — начала было она, но Ракеш перебил.
— Да, я знаю, — устало сказал он, нехотя жуя содержимое тарелки и не чувствуя вкуса. — Но Вика вбила себе это в голову, а спорить с ней сейчас я не хочу, она сразу срывается на истерику. Пусть окрепнет, успокоится. Тогда и поговорим. Не ходи к ней, не нервируй. Когда захочет, спустится сама.
— Может, мне тогда, действительно, уехать? — задумчиво спросила Айрин. — Если Вике будет так спокойней.
— Не придумывай, — оборвал ее Ракеш. — Хочешь осложнить жизнь моему брату? Чтобы он разрывался между тобой и бабушкой? А потом тоже слег с нервным истощением? Вике надо просто успокоиться, и тогда все вместе сможем спокойно поговорить.
Убежденная его словами, Айрин вернулась в свою комнату. Перед тем как лечь спать, она позвонила жениху, но телефон не отвечал. Решив, что Санджей с дади, а аппарат оставил в комнате, чтобы не беспокоить бабушку, Айрин оставила попытки дозвониться и заснула.
***Вика не выходила из комнаты до самого вечера, только убедившись, что дом затих, она осторожно выскользнула в приоткрытую дверь и заглянула в спальню мужа. Не удержавшись перед искушением и неслышно ступая по густому ковру, она прокралась к кровати и, опустившись на пол, молча смотрела на спящего, запоминая дорогие черты. Просидев так пару часов, Вика, под пристальным взглядом мужа, направленным на нее сквозь ресницы, покинула комнату, в которой больше всего хотела остаться и спустилась к бассейну. Проголодавшись после купания, она заглянула на кухню, и к своему удивлению снова увидела блюдо с нарезанными фруктами, дожидающееся ее под стеклянным колпаком. Перекусив, Вика вернулась к себе до следующего вечера.
Такой распорядок стал привычным для Вики на все последующие дни. Ее никто не поджидал в темных переходах, никто ни в чем не ограничивал. Она бродила по комнатам, читала в библиотеке или плавала в бассейне, смотрела фильмы в кинотеатре, и, конечно же, искала тайник мужа с документами на себя и сестру, до тех пор, пока не начинало светать, тогда Вика запиралась в спальне, все еще надеясь, что сестра разозлится и уедет.
***Дади также не теряла времени даром — заполучив внука обратно в свои руки, она ни на минуту не выпускала его из виду. Под предлогом того, что телефонные звонки вызывают панику и учащенное сердцебиение, Чанда попросила внука не приносить к ней мобильный, а когда замечала у Санджея отсутствующий вид и желание вернуться к себе, то всегда находила для него неотложное поручение или очень важную просьбу, и в конце концов попросила слуг принести ей сотовый внука — мальчик все равно большую часть времени проводит в спальне бабушки.
Глава 86. Ох уж эта дади
Дни шли своим чередом, Санджей узнавал о невесте только от кузена и его жены, через них же передавал, что очень скучает, но приступ очень подкосил дади, и она все еще находится в критическом состоянии. Вика вела ночную жизнь, а Ракеш запирался в библиотеке.
Суббота, как ей и положено, наступила, вместе с ней наступило и Викино восемнадцатилетие. Айрин проснулась в радостном возбуждении, сегодня появилась долгожданная возможность вызвать сестру на разговор. Уж перед чем, перед чем, но перед шоколадным тортом она устоять не сможет. С детского сада торт был любимым лакомством Вики, за которое она могла продать душу. Сначала его пекла мама, а после — Айрин, пока не уехала учиться, и сейчас решила выманить сестренку из добровольного заточения с помощью этого безотказного средства. Но прежде Ирина должна была сделать еще кое-что, что откладывала все время со дня переезда к Ракешу, отговариваясь сама перед собой, что сейчас слишком много дел и пока не до этого. А причиной беспокойства стала задержка, которых никогда раньше не было. С каждым днем Айрин все четче вспоминала разговор с женихом в ночь возвращения. Она достала тест и скрылась в ванной, откуда появилась, спустя несколько минут со счастливой улыбкой на лице и пластиковым футляром в руках, в окошках которого ясно виднелись две полоски.
Не терпелось поделиться с женихом переполняющей радостью. Айрин нисколько не сомневалась, что Санджей будет счастлив узнать о скором отцовстве, поэтому, не откладывая больше, набрала заветный номер.
— Любимый, доброе утро, ты не представляешь, какие у меня новости!!! — переждав несколько гудков и дождавшись, когда поднимут трубку, защебетала Айрин, но раздавшийся сварливый голос немного остудил ее пыл.
— Сомневаюсь, что это ты ко мне обращаешься словом «любимый», дитя мое, — тихо злорадствуя, ответила Чанда — не зря она вчера задержала внука далеко за полночь. Сейчас он еще спит, иначе бы обязательно ответил на звонок противной иностранки, да еще задавал бы неудобные вопросы — что его телефон делает под подушкой бабушки.
— Ой, извините, — спохватилась Айрин, — Доброе утро. Могу я услышать Санджея?
— Дочка, разве тебя не учили, что звонить чужим женихам неприлично, — спросила старушка медовым голосом.
— Как чужим? — обомлела Айрин.
— Вот так, он сейчас готовится к свадьбе.
— Не верю! — воскликнула Ирина, оседая на кровать. — Передайте ему телефон, я хочу услышать это от него!
— Как неприлично вешаться на шею мужчинам, — недовольно заявила Чанда. — Неужели не поняла, что он не хочет с тобой говорить, поэтому отдал мне телефон и попросил сообщить о свадьбе.
— Не верю, — повторила Айрин.
— Какая же ты настырная, — подосадовала дади. — Сынок вернулся домой. Он понял, что ошибся с тобой и попросил найти ему невесту. Желающих было хоть отбавляй, поэтому сговорились быстро. Быстро же провели все ритуалы. Разве он тебе звонил все это время? Неужели тебе надо все объяснять? Ни одного влюбленного мужчину нельзя удержать вдали от возлюбленной против его желания. Я думала ты умнее. Возвращайся домой, дитя мое, забудь моего внука устраивай свою жизнь на родине.
Пластиковый футляр выпал из ослабевших пальцев Айрин, а дади, прислушиваясь к ее молчанию, поздравляла себя с удачно реализованным планом.
— До свиданья, дочка, — как сквозь вату услышала Айрин сладкий голос Чанды и продолжала сидеть сжимая в руках умолкший телефон. Ей сейчас, как Вике, захотелось свернуться клубочком и забиться под одеяло, чтобы никто не трогал. Она легла на кровать, прижав руку к животу, а перед глазами мелькали часы и минуты, когда была счастлива, когда была вместе с Санджеем.