Цена его ревности. Книга 3 (СИ)

— Дади, мы сейчас быстро переоденемся и спустимся, — Санджей, смеясь, расцеплял руки бабушки на своей шее, — Верно, Ракеш? — повернулся он к брату и охнул.
— Что произошло? — едва не в один голос воскликнули все.
— У него высокая температура. Не думаю, что Ракеш сможет присутствовать на торжестве, — Вика сделала попытку отвести мужа в дом, но тот еле держался на ногах. — Я его уложу. Сейчас должен подъехать врач, я останусь в комнате, а вы переодевайтесь и спускайтесь. Нельзя, чтобы праздник был без владельцев компании или хотя бы одного из владельцев.
— Не говори ерунды! — оборвал ее Санджей. — Ты не сможешь его удержать, — он подбежал в брату, с другой стороны подоспел Анил, и они оба, миновав гостей, отвели Ракеша в спальню, помогли раздеться и уложили в кровать.
Раздавшийся от ворот автомобильный сигнал задержал устремившуюся вслед за мужчинами Вику. Она подошла к воротам узнать кто подъехал, и в это время зазвонил телефон Ракеша, а на экране высветился абонент «врач». Пассажир же автомобиля махал высунутой в окно рукой с зажатым в ней мобильным.
— Пропустите, — распорядилась Вика, и доктор, въехав во двор, выскочил из авто и в сопровождении медбрата, вслед за девушкой поспешил наверх.
Там он выгнал всех из комнаты больного и занялся осмотром.
— Вика, когда это началось? — меряя шагами коридор, спросил Санджей. — Почему ты молчала? Почему никому ничего не сказала? Не попросила помощи? Мы же не враги тебе и Ракешу.
— Что ты на нее напустился? — осадила жениха Айрин. — Посмотри, она сама едва на ногах держится, не хватает только нотаций.
— Что бы изменилось скажи я вам? — заставив спорщиков замолчать, раздался тихий голос Вики. — Большой пользы бы не было, если бы еще и вы провели бессонную ночь. Зато сейчас можете спуститься к гостям, чтобы не было скандала, что директора не соизволили присутствовать на собственном празднике.
— Что вы с сестрой за люди?! — вспылил Санджей. — Что за необъяснимая гордость, не позволяющая принимать ничью помощь?! — сестры переглянулись и слабо улыбнулись друг другу. — Я останусь здесь, пока не выйдет врач и не скажет, как у брата дела, — он прислонился к стене и скрестил руки на груди, всем своим видом выражая непоколебимую решимость оставаться на одном месте столько, сколько понадобится.
— Я так и знала, что вы принесете несчастье моим мальчикам! — ломала руки Чанда. — Я чувствовала, что с сыночком случилась беда! Ведь ты же не постилась и не молилась?! Верно?! И это в день, посвященный Савитри, спасшей мужа от смерти. Боги тебя наказывают за подобное пренебрежение, а страдает мой мальчик! Ничего такого бы не случилось, если бы он женился на индианке, чтущей наши традиции. Это ты во всем виновата! — сухой палец старушки, в обвиняющем жесте указал на пошатнувшуюся и ухватившуюся за стену Вику.
— Дади! Хватит! — прекратил Санджей поток обвинений бабушки. — Вика не виновата в болезни брата, я уверен, что она сделала все, что в ее силах, чтобы он поправился.
Чанда открыла было рот, но новую обвинительную тираду прервал появившийся в дверях доктор.
— Вирус не выбирает грешников или праведников. Человек просто заболевает, а миссис Виктория, действительно, делала все, что могла, чтобы остановить болезнь. Я это знаю, потому что консультировал ее прошлой ночью, — сказал он, поправляя очки в тонкой оправе.
— Так это вирус? — уточнил Санджей.
— Да, вирус. Хоть и в очень острой форме. Я поставил капельницу. Этот метод более действенный, так как лекарство вводится медленнее и непосредственно в кровь, что позволяет ему более полно и быстро действовать.
— Я хочу к нему войти! — Чанда сделала шаг к двери, но доктор ее остановил.
— Сейчас, после дороги, он очень слаб и, хоть опасности нет, утомлять все же не стоит. Господин Радж звал только жену. Вам же и самим не стоит беспокоиться, и его беспокоить. Принимайте гостей, развлекайте их, ничего страшного не произошло. Обыкновенный вирус. Я оставляю здесь медбрата, он будет следить за состоянием пациента. Заверяю вас, что господин Радж в надежных руках, — доктор говорил, а сам выпроваживал столпившихся в коридоре родственников, умудрившись подмигнуть Вике и глазами указать на спальню.
 
— Мне надо с тобой поговорить, — перехватил Вику за руку отставший от всех и задержавшийся в коридоре Майкл.
Вика сначала посмотрела на свою руку, которую держал парень, потом на приоткрытую дверь, ведущую в спальню мужа, где виднелась стойка и трубки капельницы. Она резким движением выкрутила запястье из пальцев англичанина.
— Ты еще не понял, что я замужем? Мой муж болеет и сейчас мое место рядом с ним. О чем бы ты ни хотел со мной поговорить, все это может подождать. Не задерживай меня, я нужна мужу, — и скрылась за дверью, оставив ошеломленного ее словами Майкла одного. Немного подумав и пожав плечами, он спустился ко всем остальным гостям и нашел Тару.
  
Глава 79. Одни
 
Вика неслышно вошла в спальню и аккуратно, чтобы не побеспокоить спящего, прикрыла за собой дверь. Она нашла глазами сидящего в темном углу медбрата и вопросительно вздернула бровь. Тот успокаивающе покачал головой, давая понять, что с больным все в порядке.
— Пожалуйста, спуститесь на кухню и попросите кого-нибудь подняться сюда, — попросила она.
Как только, поклонившись, мужчина вышел, Вика придвинула кресло к кровати, присела и взяла руку Ракеша, стараясь не смотреть на тянущуюся к стойке тонкую прозрачную трубку. Пользуясь тем, что муж спит, она, не таясь, рассматривала его лицо. Вика слегка вздрогнула от неожиданности, когда крепкая ладонь сомкнулась вокруг ее пальцев.
— Ты пришла, — не открывая глаз, сказал Ракеш.
— Конечно, пришла. Ведь я обещала, что буду рядом, — Вика накрыла ладонью руку мужа.
— А где санитар? — по-прежнему не открывая, глаз спросил он.
— Попросила сходить на кухню.
Ракеш открыл глаза и осмотрелся — в полумраке комнаты они были одни. Слабый свет ночников оставлял темной большую часть спальни, его едва хватало, чтобы обрисовать контуры хрупкого силуэта, примостившегося рядом с кроватью. Но даже этого скудного освещения хватило, чтобы Ракеш увидел, что Вика все еще в дорожной одежде, а воцарившаяся в комнате аура, была именно той, которая окружала их в салоне авто и которая возникала всегда, когда они оставались наедине — особая, доверительная, с едва уловимым напряжением, тонкой стрункой звенящим на заднем фоне.
— Хорошо, что ты его отослала. Не хочу его здесь видеть. Иди ко мне. Тебе тоже надо отдохнуть, — он попытался подвинуться и потянуть Вику к себе, но она сразу же вскочила останавливая его и ловя покачнувшуюся капельницу.
— Лежи спокойно, пока все не прокапает. Я не устала. Со мной все нормально, да и медбрат сейчас вернется.
Только Ракеш открыл рот, чтобы спросить зачем, как в дверь осторожно постучали, это пришел медик со слугой.
— Я сейчас вернусь, — тихо сказала Вика и мягко освободила руку из пальцев мужа. — Принесите воды, сока, легкий ужин для господина Раджа, накормите санитара и приготовьте для него комнату. Вам нет необходимости всю ночь сидеть здесь, я останусь, а если понадобитесь, то позову, — обратилась она к медбрату. Тот с поклоном удалился. Ушел и слуга, закрыв за собой дверь и отгородив хозяев от гулко отдающейся в стенах музыки и гомона гостей.
— Спасибо, что снова избавила меня от них, — проговорил Ракеш. — Но тебе самой надо отдохнуть.
— Со мной все хорошо, — собирая силы, чтобы выдержать еще одну ночь, заверила Вика. — Ведь я спала в дороге. Сейчас принесут ужин, я тебя накормлю, как раз можно будет снять капельницу. И ты поспишь.
— Что там с вечеринкой? Все нормально? — спросил Ракеш, решив, не связываться с упрямством жены и не заострять сейчас внимание на том, где и когда будет спать она сама. «В крайнем случае, уложу ее спать здесь», — подумал он, глядя на Вику, на лице которой даже в полутьме ясно читалось утомление.