Цена его ревности. Книга 3 (СИ)
— Что у вас тут за порядки? — недовольно ворчала старушка, вставая с дивана, где дожидалась внука. — Этот болван, — она махнула на консьержа, — отказался меня пропустить к тебе. Я говорила, что я твоя дади и ему не поздоровится, когда ты узнаешь, что он держит меня в коридоре, но ему все равно.
— Дади, он выполняет свои обязанности, что тебя к нам привело? — спросил Санджей, не делая попыток пригласить бабушку в гости.
— Мы что же, будем в подъезде разговаривать? Где твое воспитание, где твое гостеприимство? Я не жду ничего от твоей невесты, но тебя я так не воспитывала. Даже чаю мне не предложишь? — окинув взглядом покупки, поинтересовалась Чанда.
— Ты права, — сказал Санджей, перехватив заинтересованные взгляды проходящих мимо людей, — лучше говорить дома. Пойдем, мы как раз купили сладостей.
— Можем и поужинать вместе, — за ворохом пакетов, Санджей не заметил у бабушки еще и металлические контейнеры. — Все уже, наверное, остыло, но можно разогреть, — лучилась энтузиазмом Чанда. — Я уже довольно давно вас жду. Нельзя женщине так долго работать. Как она будет ухаживать за мужем, если до ночи пропадает в офисе?
Когда все поднялись в квартиру, Чанда с видом хозяйки расположилась на кухне, разогревая принесенную еду и используя Айрин в качестве официанта.
— Ешьте, ешьте, — усевшись за стол, Чанда подвинула молодым людям подносы. — Как знала, что у вас нет ничего подходящего. Вот и принесла сари, чтобы тебе, дорогая, было что надеть в пятницу и субботу.
— А что будет в пятницу? — растерянно спросила Айрин.
— Ты ей ничего не сказал?! — дади возмущенно повернулась к внуку. — Ладно, неважно, — она хлопнула по столу сухой ладошкой. — Эти сари — фамильные. Они передавались в нашей семье из поколения в поколение. На них очень дорогая ручная вышивка. Наденешь одно из них в пятницу, и придешь к нам домой. А сейчас мне пора, еще надо своих домашних накормить и проследить, чтобы все было подготовлено.
Чанда видела, что неурочным визитом в очередной раз испортила настроение противной иностранке и, возможно, поломала молодым людям планы на вечер. Поэтому могла покинуть квартиру внука с чувством полностью выполненного долга.
***Сунил направлялся в юго-восточную часть города, чтобы забрать документы и поделиться своими соображениями. Побережье в преддверии ночи было пустынно, только мелкие волны лениво лизали пологий, усеянный морским мусором и остатками рыбы галечный берег. Тем не менее парню удалось найти желающего подзаработать. Моряк, хоть и сутулился, но был необычно высок для коренных жителей этой местности. На вопрос Сунила о том, не мог ли бы он подбросить до острова, моряк только что-то неразборчиво, но утвердительно пробормотал и стал заводить мотор видавшего виды катера.
— Если подождешь, то получишь в два раза больше, — сказал Сунил, когда скрипя и чихая, катер притерся бортом к ветхому причалу.
Моряк опять что-то невразумительно, но утвердительно пробурчал. С поразившей Сунила ловкостью и гибкостью, он выпрыгнул на причал и стал пришвартовывать свою посудину. Парень пошел в непроглядную темноту острова, где, как ему было известно, находился заброшенный дом. А немного погодя, подождав пока пассажир отойдет достаточно далеко, но не позволив ему исчезнуть в ночи, в глубь острова крадучись направился и моряк.
— Проверку точно выдержат? — спрашивал Сунил, рассматривая документы. — Мне там не доверяют. Телохранитель девчонки постоянно за мной следил. Думаю, что так просто они не успокоятся и проверять будут серьезно.
— Как же оберегают его маленькую беленькую слабость, — просипел Кокради
— Очень оберегают, — подтвердил Сунил, — Телохранитель от нее ни на шаг не отходит. Даже верхом рядом с ней ездит. Тренер у нее женщина, с ней я бы справился, но с тем амбалом в одиночку не стоит связываться. Да и сама девчонка не производит впечатление спокойной и покладистой. Боюсь, что будет сопротивляться.
— Серьезной проверки документы не выдержат, — мрачно проговорил Хариш. — Если проверка будет через нашего человека, то он тебя прикроет, а если в обход, то долго ты там не продержишься. Значит, надо поторопиться.
— У меня уже есть идея, — оживился Сунил и покосился на открытый дверной проем. Показалось, что там промелькнула неясная тень. — Здесь кто-то еще есть? — осторожно поинтересовался он.
— Разумеется, здесь мои люди, — подозрительно просипел Кокрадии. — Их здесь много, так что если ты задумал покушение, подумай еще раз.
— Нет, конечно нет, — похолодев, принялся заверять хозяина Сунил. — Боюсь, что нас подслушают.
— Некому подслушивать, все свои. Выкладывай свою идею, — тяжело дыша, Хариш даже подался к Сунилу.
— Мне понадобится помощь, — приободрившись, продолжал тот. — Я знаю тропу, где она ездит на лошади. И эта тропа подходит близко к забору. Если бы можно было послать туда пару людей и отключить камеры.
— Это можно устроить, — шумное сопение хозяина домика смотрителя заглушало тихие ночные звуки. Он набрал на телефоне номер и озвучил просьбу Сунила.
— Камеры я беру на себя, но людей у меня нет, — донесся из телефона вкрадчивый голос.
— Люди будут мои, — сиплый голос стал захлебываться от близости достижения цели, а Сунил продолжал озвучивать свой план.
— Я сам буду присутствовать на операции, — донеслось из динамика, и невидимый собеседник отключился.
— Ну вот и все. Будь готов завтра. Завтра ты доставишь мою Лакшми. Она принесет мне удачу, — Хариш в предвкушении снова принялся потирать влажные пальцы.
Сунил возвращался к причалу. В ночной тишине ему постоянно слышались странные звуки, напоминающие хруст гравия под ногами, но подойдя к катеру, он застал своего проводника мирно спящим на корме.
«Наверное, люди господина сопровождали», — подумал Сунил и, поднявшись на борт, грубо толкнул моряка в плечо.
— Возвращаемся, — сказал он осоловело моргающему со сна мужчине.
Глава 57. Ночная разведка
Наплававшись в бассейне так, что ноги уже не держали, а руки не слушались, Вика соизволила закончить с водными упражнениями и вернуться в спальню, заглянув по дороге на кухню и угостившись оставленными для нее фруктами.
Переодеваясь после душа, она размышляла уснул ли уже Ракеш и можно ли безнаказанно проникнуть и пошарить в его комнате. Определенный риск был, ведь, как она уже успела убедиться, даже когда муж спал, его инстинкты были настороже, а реакция молниеносна.
— Стоит ли подвергаться такому риску? — шепнула осторожность. Как ни странно, но она тоже присутствовала у Вики.
— Конечно, стоит, — ликовало тело, предвкушая близкую победу.
— Ведь она сама этого хочет, — вставила свои пять копеек честность.
— Неправда! — возмутилось упрямство. — Необходимо найти документы. Сколько он может обводить тебя вокруг пальца и творить все, что заблагорассудится. Ужин был таким, каким он захотел, и ты не смогла ничего противопоставить.
— Или не захотела, — как всегда редко, но метко и коротко подала голос честность.
— Ты должна очень хорошо взвесить все «за» и «против», — снова заговорило упрямство. — Я слабею, ты перестала меня поддерживать и слишком много воли даешь фантазиям.
— Мы и так все время заперты, дай нам хоть ночью порезвиться, — взмолились фантазии, обращаясь к упрямству.
— Сколько я еще буду вас слушать?! Я скоро сойду с ума, — прошептала Вика, сжимая раскалывающуюся от звучащей в ней многоголосицы голову.
— Пока не будешь в согласии сама с собой, — услужливо отозвалась честность. — Пока сама себе не сознаешься в том, что тебе нужно и важно то, что ты сейчас изо всех сил отвергаешь. Вот тогда тебя и престанут терзать противоречия.
— Нет, — собрав все оставшееся упрямство, заявила сама себе Вика. — Все это закончится, как только я уеду. Я не буду к нему подходить. Буду держаться от него подальше и просто поищу сейф, тайник — все, где можно спрятать документы. Я не позволю себе быть слабой.