Охотники Горелых земель 2 (СИ)

— Ну и ублюдок… — протянул он. — К слову, он меня видел. Так что можете сильно не стараться, он пойдет в расход.
— Вы его убьете? — со странной интонацией спросила девушка, про которую мы начисто забыли — до того она была тихая и незаметная. Видно, и дышала через раз. С другой стороны, она успела прикрыться каким-то покрывалом на манер тоги.
— А-ага, — ответил Эд, любовно оглаживая свой трофей.
Девушка встрепенулась, почти подбежала к посиневшему, сипящему телу и отвесила три увесистых пинка:
— Урод! Насильник!
— А у вас разве не все обоюдно? — удивился я.
— А если твоего десятилетнего братишку возьмут в плен, как ты думаешь, на что ты согласишься ради его спасения?
— О как, — почесал я затылок. — Эд, или ты действуешь сейчас, или мы тут втроем его до смерти забьем.
— Да иду я, — устало отозвался сонитист.
Действительно, волшебник спрятал коробочку в кожаный мешок, притороченный к бедру, и подошел к нам.
— А что это у тебя за коробочка? — поинтересовался я.
— Да так, ничего особенного, — выдохнул Эд. — Всего лишь ключи от моего дома.
— В смысле ключи? — скосил я глаза на коробочку.
— Может, потом обсудим? — нетерпеливо мотнула головой Лира.
— Да, пожалуй, что так. Монна Фольди, вы же не возражаете, если я нанесу визит вежливости?
— Всегда к вашим услугам, анди Моуз.
Эдвин присел на корточки возле поверженного, тяжело дышащего Модеста. Вздохнул. Приложил руку к его лбу. Все окружающие поморщились от резанувшей уши какофонии. Модест затих, а потом как-то потерял форму и, за неимением лучшего слова, растекся по полу. Ванесса ринулась обратно в соседнюю комнату, и почти сразу же до нас донеслись звуки неукротимой рвоты.
— А вы, собственно, что тут делали? В таких модных масках, — вскользь поинтересовался Эд.
Я окинул взглядом стол, с заляпанными натекшей с Эда кровью документами.
— Да, собственно, уже ничего. Все, что хотели, сделали. Ты, видимо, тоже получил то, за чем шел.
— У-угу, — протянул сонитист.
— Вы как-то не в форме, — с обеспокоенностью произнесла ведьмочка. Какая тактичность — сказать это человеку, с ног до головы покрытому кровью.
— Признаться, я очень-очень устал в последние несколько дней. Но мои старания вознаграждены. — и волшебник погладил рукой мешок на поясе.
— Неловко просить тебя об одолжении, но не мог бы ты помочь? Я тут немного наследил — расплавил замок. Не мог бы ты как-нибудь скрыть следы?
Эдвин, видимо, от усталости, емко прокомментировал это в стиле «фигня вопрос» и одним движением превратил стол в труху.
— Тогда на выход, дамы и господа? — предложил парень. Возражений не нашлось.
***
Первые проблемы начались, когда мы спустились по лестнице. Эдвин, шедший впереди, чуть грудь к грудью не столкнулся с резко выбежавшим на него стражником-вьюжником. Отмороженный только и успел, что коротко вскрикнуть — раздался взвизг какофонии, и наемник словно бы взорвался изнутри, заляпав своим богатым внутренним миром дорогие обои. Лира, словно эхом, негромко крикнула, когда на нее попали горячие алые капли.
— Монна, прошу меня простить, — виновато отозвался Эдвин. — Меня учили работать только так. Я умею и по-другому, но сейчас на это нет сил и времени. В свое оправдание скажу, что это должно быть безболезненно. Работаю высокими частотами.
— Вынуждена признать, что мы сейчас заляпаны по уши. Имею в виду ситуацию, — ответила Лира.
— Позже поболтаем, — сказал я.
Мы продолжили путь вдоль по коридору. Буквально через десять метров из колыхнувшейся стены вылез Дамиан.
Эдвин отреагировал бурно — вынул из ножен яростно взвизгнувший резонатор и уже замахнулся им. Дамиан по пояс провалился в пол и спокойно сказал:
— Я свой. Успокойся, волшебник.
— Джас, кто это? — напряженным голосом спросил Эд, никуда не девший резонатор.
— Наш приятель, Альбатрос, приставлен Отшельником. В данный момент, мы под его юрисдикцией. Он роккулу.
Эдвин тут же опустил кинжал.
— У меня будет к вам сотня вопросов, — сказал он.
— У меня лишь чуть меньше, — кивнув, ответил я.
 
— Впереди около пятнадцати рядовых Холодных сердец, — словно бы невзначай заметил Дамиан, выбираясь из жидкого пола, опираясь руками на твердый.
Эдвин емко охарактеризовал ситуацию. Донные духи, как же я скучал по этому парню.
— Ну, в принципе, я справлюсь, — вздохнул Эдвин, — Вот только вас всех попрошу удалиться.
— Будешь работать особенно жестко? — спросил я.
— Нет. Будете мешаться, — честно ответил Эдвин.
— А я предлагаю просто поделить обязанности, — подал голос роккулу, как и всегда, сохранявший полное спокойствие. — Я беру на себя всех, кто не пройдет прямо к Синице и Сипухе.
— Синица и Сипуха? — переспросил Эд.
— Монна и анди, — обвел нас двоих рукой Дамиан. — Мы на заданиях, как правило, пользуемся позывными. Монна — Синица, анди — Сипуха.
Да, Ранф расщедрился на позывные. Он сказал, что моя маска очень похожа на характерную мордочку этих пустынных сов.
— Что ж, идею понял. Ты не пропускаешь Отмороженных, я крошу тех, кто все-таки прошел.
— Быстро уловил.
— Что там улавливать, — отмахнулся волшебник.
— Занимаем позиции, — скомандовал посерьезневший Дамиан. — Они уже идут.
Роккулу простер руку вперед, и небольшой участок стены перед поворотом выбух здоровенным полупрозрачным пузырем. Приглядевшись, я заметил, что сразу за обоями вился целый вихрь пузырьков. Роккулу умеют кипятить воду?
Ответ был дан практически сразу.
Не успело мое сердце сделать и пять ударов, из-за поворота вылетели первые три преследователя. Обычные парни и мужчины, разного возраста, но с кучей объединяющих признаков — длинная голубая прядь в волосах, облегающая летная одежда с сложной ременной перевязью по всему телу и короткие, толстые дробовики в руках. Я надеялся на луки, конечно, но, видать, они не до конца Отмороженные.
Завидев нас, наемники тут же кинулись в нашу сторону. Один из троицы несколько поотстал, что-то агрессивно втолковывая подчиненным. Когда Холодные сердца поравнялись с вспухшим пузырем, Дамиан коротко махнул рукой. Пузырь лопнул, и в стражников ударила тугая струя яростно шипящего, раскаленного пара. Раздались визги заживо свариваемых.
Из клубов пара раздался выстрел, сопровождаемый дульной вспышкой. Одновременно с ней Эдвин пустил волну звука, настолько плотную, что она искажала перспективу. По мере своего стремительного полета стена выбивала окна. Пули, столкнувшись с волной звука-воздуха, просто остановились и попадали на ковер, будто семена диковинного растения.
Я, решив не оставаться в стороне, пустил в уже рассеивающийся пар череду искр-гиль. Раздавшиеся звуки боли и беспомощные хрипы были мне наградой.
Нежеланной наградой. На краткий миг я задумался. Желал ли я им смерти? Нет. Убил бы я их? Да. В моем сознании образы серьезного преступника и обычного наемника Холодных сердец стояли очень и очень близко.
Из пара, всего в сорока-тридцати метрах от нас, вышли уже пятеро охранников. Сжимая свои дробовики одной рукой, другой они ставили в воздухе перед собой плотные белесые вихри воздуха. На пробу я запустил в них дюжину искр. Все они попали в щиты, закрутились в потоке воздуха и попали кто куда — в стены, потолок, пол, вылетели в оконные проемы. Я начал нагнетать взрыв недалеко от их строя. Как только приблизятся, я тут все взорву. Причем взорву умно, направив волны давления, жара и раскаленных газов в их сторону.
Около моего уха раздался выстрел — Лира выцеливала уязвимые точки в обороне ровного строя Отмороженных, пока без особого успеха.
— Эй, Альбатрос! — крикнул Эд. — Я знаю эти щиты. Их даже звуковая волна не возьмет. Есть идея?
— Есть. Надо уходить, пока не подоспело следующее подкрепление.
— Отличный план. А главное, лаконичный! — скепсис в голосе волшебника можно было намазывать на хлеб. Строй наемников еще раз огрызнулся свинцом, и сонитисту снова пришлось пустить звуковую волну.