Попаданство с вакансией (СИ)

Отужинав, поблагодарили хозяев и похвалили повара. Подаваемые блюда были действительно очень вкусны.
— Сийр Ортоз, — обратилась я к управителю, — как давно у вас этот мальчик? Откуда он?
— Убогий-то этот? — сунулась с ответом Маргет. — Да четвёртый год, как ребята его из города притащили себе на забаву.
— Маргет! — одёрнул женщину Ортоз. — Он на кухне помогает. Так, по мелочи. Силёнок-то нет. Беспризорничал в городе, вот и подобрали. Я велел сюда привезти. А как давно в Грэфиксе появился, сказать не могу. Он не помнит ничего. Рассказать, чей и откуда, не смог. Только имя своё назвал — Ёс. Странное имя.
— А вам-то он зачем. Убогий же, да ещё и шкодливый.
— Маргет! — снова одёрнул женщину управитель. — В чём ты его шкодливость увидела?
— Мне Вайтерикс, сынок, рассказывал, что этот убогий, с кухни еду таскал. То пирог утянет, то кусок мяса.
— Так это ему сам повар давал. Он его подкармливал с моего разрешения.
— Ну, конечно же, его за стол с собой даже слуги брезгали садить, — сквозь зубы процедила Маргет.
У меня внутри всё кипело. Я еле сдерживалась, чтобы не наговорить этой бабе, то есть, сийре кучу ласковых слов.
Вышли всей командой во двор, выгулять леополек. Те, чувствуя напряжённость, витающую в окружающей атмосфере, разгуливать не стали, а быстренько управившись, запрыгнули в переноски.
Геррит увёл Варьяна ночевать к себе. Сказав, что так надёжней будет. Гостевые комнаты не запираются, а Варьян без магии. Но, я думаю, не поэтому. У нас достаточно магов, чтобы набросить на дверь комнаты Варьяна заклинание запора.
Пока Милли мылась, я сходила на кухню и договорилась с поваром, чтобы с вечера сварили не солёной каши, желательно на молоке. Указала необходимый объём, а утром приготовить свежего, пропущенного через мясорубку, мяса. Мылись мы под душем, так как ванну оккупировали леопольки. Легли спать. Милли быстро уснула, а я взволнованная, что, наконец-то нашёлся Ёсган, ворочалась и не могла уснуть.
Вдруг за дверями послышались приглушённые голоса. Сначала какой-то бубнёж, потом ближе более отчётливые слова и крадущиеся шаги. Я тихонько поднялась и прильнула к двери, на которую со стороны коридора Валодэр накинул заклинание запора. Судя по приглушённым голосам, разговаривали два паренька.
— Это что? Они все маги?
— Нет, тётка не маг. И этот, возница, тоже не маг.
— А на всех дверях запорные заклинания.
— Ну и что? Любой мог тётке с возницей заклинание накинуть. А ты, разве видишь? И когда у тебя магия проснулась? Почему скрыл?
— Когда надо, тогда и проснулась. Что? Только тебе владеть магией? Хозяин, когда школу окончу, обещал в Малую Академию направить.
— Ну-ну, — с ехидством нукнул. — Пансионка в своих комнатах спит. Вот бы к ней пробраться, да приласкать.
— Так семейное крыло под заклинанием. А то бы да-а-а, — протянул мечтательно.
— А ты причём? Она моей должна была стать.
Посетители ушли, ещё что-то говоря про какие-то сокровища, а я вернулась в кровать. Хорошо, что Геррит Варьяна к себе взял.
* * *
Утром встали на рассвете, оделись по-дорожному и прошли в столовую. Хозяева были уже там. Снова при параде. Они же собрались к герцогу. После завтрака, как управитель и обещал, он повёл Милли в сокровищницу. С Милли пошли Петрикс и Иллияр. А ещё четверо слуг. Вернулись через полчаса. Слуги несли большой сундук, окованный железом, запертый на висячий замок в форме куба. С торцов сундука имелись по две ручки-дужки, закреплённые свободно.
Милли шла, сердито хмуря бровки, у Ортоза тоже был недовольный вид. Даже у Петрикса с Иллияром были хмурые лица. Спрашивать, что случилось, я не стала. Дорогой вызнаю.
У крыльца уже ждал Варьян с коляской, норнисы Петрикса, Валодэра и Иллияра, ребята верхами. Сундук поставили на задок и закрепили специальными ремнями. Дворецкий вынес корзину Саттии, оставленную мной с вечера на кухне, подал Валодэру. Прощаясь, пожелал нам гладкой дороги. Хозяева на крыльцо не вышли, попрощались в холле. Они уйдут к герцогу порталом и через несколько минут будут уже там. Мы даже со двора выехать не успеем.
 
Едем домой!
— Милли, что произошло в сокровищнице? Вы все такие сердитые пришли, — завела я разговор, когда замок уже был вдали.
— Сийр Ортоз сначала не хотел пускать в сокровищницу Петрикса с Иллияром. Чтобы я одна зашла с ним и слугами. Но, Стеф, же, предупреждал, чтобы я одна с управителем не оставалась. И я не согласилась идти без Петрикса и Иллияра. Тогда он потребовал открыть сундук.
— Зачем?
— Хотел проверить, что в нём.
— Зачем?
— Маммия, ты умеешь быть многословной, — съёрничала дочь. — Вообще-то он предложил мне проверить, всё ли на месте. А когда я отказалась, он стал настаивать, чтобы я открыла сундук — может, что-то пропало. Я удивилась: «Это из-под дедушкиного замка?!». А он сказал: «Я хочу проверить содержимое сундука. Нет ли чего в нём лишнего». «Сундук укладывала мама и ничего, кроме личных вещей её и папиных в нём нет», — ответила. «Но в нём есть некоторые вещи, какие тебе не нужны», — сердито заявил он. Хорошо, что вмешался Петрикс. «Сийр Ортоз, ты не вправе предъявлять такие требования. Любая вещь в этом сундуке ценна сийрине, как память о родителях».
— Что же его так заинтересовало содержимое сундука? Скорее всего, он знает, что там лежит ценного, — стала рассуждать я. — Если бы ты вышла замуж за Геррита, то эти ценности стали достоянием семьи. Милли, может, и Стивер попытался жениться на тебе из-за сундука, а не из-за графства и титула? Управлять графством он всё равно не смог бы, уж если виконтством-то тётушка управляет.
— Да знаю я, что им надо! — раздражённо произнесла Милли. — Мама ездила с дедушкой Рэдом в банк замораживать счета, свой и папин. В завещании указано, что только я их могу разморозить, произнеся тайное слово. Оно записано на бумаге, что лежит в сундуке. А ещё там папины бумаги с разработками усовершенствования порталов и обработанные портальные камни готовые к зарядке.
— Девочка моя, Милличка, успокойся, — обняла я Милли, вытирая платочком выступившие слезинки. — Ну их, к грехту! Ты мне вот что скажи. Кто эта Маргет? Нам её так и не представили.
— Маргет? Экономка. Она ещё при папе начала работать. И любовница сийра Ортоза. Его когда назначили опекуном и графом-управителем, он сразу её к себе приблизил. Они сначала тайно встречались. Он-то сразу в папины апартаменты вселился. А три года назад открыл для неё мамины. Она ждёт, когда он ей предложение сделает, к алтарю поведёт, а он не спешит. А тот двадцатилетний верзила, что пинал Ёсгана, и кому досталось от Варьяна, её сынок Вайтерикс. Ходили слухи, что Вайтерикс сын управителя, не признанный. Он тут всеми ребятами командует. Владение магией у него только на бытовом уровне, и способностей никаких ни к чему нет. Его даже в Малую Академию не приняли после школы. Я прошлое лето здесь не показывалась из-за него. Он каждый раз пытался меня где-нибудь зажать. Заявил, что через меня графом станет.
«Так это он ночью с дружком по коридору прогуливался с мечтой Милли приласкать».
— Милли, а Ёсгана ты здесь не видела?
— Нет. Я последние пять лет на хозяйственном дворе и не бывала.
Назад едем тем же путём, мимо садов, полей и знакомых гругов и…
На дороге сидит драгбер. Высунул язык, пускает слюни и подметает хвостом дорогу.
— Сийра Лео, тебя встречают! — весело крикнул Иллияр.
Сошла с коляски и пошла к недопёску.
— Ну, что, дружок? — почесала за ухом. — Ты решил нас не отпускать? Нам домой надо.
Он сидит, а я стою — мы одного роста. Как такую махину с дороги убрать?
— Чем ты его приворожила? — подъехавший пастух недовольно окинул нас взглядом. — Издали вас увидел, узнал и побежал встречать.
— Малыш, — погладила пёсика по голове. — Пропусти нас. Нам ехать надо, а тебе работать.
Кое-как уговорила. Пропустил, проворчав на прощание своё раскатистое «др-р-рабр-р-р-р».