Попаданство с вакансией (СИ)

Мужчина встал, вышел из-за стола и поспешил с приветствием к Рэду.
— Дружище Рэдвурд, — пробасил, радостно пожимая руку Лесовому, — забыл нас совсем. Как вырвался в свои леса, так и ни разу не заглянул по-дружески на бутылочку настоечки, только по необходимости, только по делам.
— Коли так соскучился, так взял бы и пришёл ко мне в лес. Бутылочка настоечки и у меня найдётся, — с не меньшей радостью в голосе отвечал Рэд. — Вот, Кирений, смотри, каких я к тебе красавиц привёл. Знакомься. Моя правнучка Миллиирия Кэррогес. Надеюсь, ты её помнишь?
— Как же, как же. Дочка Вольдмара. Ишь, как выросла, и красавица в маму.
— И Миллина маммия Леополлия-Леокаддия Крюгерес с питомцами.
Кирений окинул меня внимательным взглядом.
— А в питомцах у нас кто? — спросил Кирений, показывая жестом, чтобы мы открыли корзинки-переноски. — И где же вы добыли этих тварюшек? — разгрёб на столе место под корзинки. — Ставьте сюда и рассказывайте.
Милли посмотрела на меня, вздёрнула вопросительно носик, я махнула рукой, мол, давай, рассказывай. Милли рассказывала, а маг подержал раскрытую ладонь над одной корзинкой, потом над другой, удовлетворённо кивнул и аккуратно закрыл.
— Сиротки, значит. Мокренькими, говорите, взяли. Вот бы матушку их да на чучело, чтоб студентам не голословно рассказывать, а показать можно было. Милли, ты не в этом году в Академию поступаешь?
— В этом.
— В этом, — повторил в полголоса Кирений. — Так, девочка моя, надо бы записи вести о развитии питомцев.
Милли сдёрнула с плеча рюкзак и достала тетрадь.
— Вот, сийр Кирений, — подала магу.
— Ну-ка, ну-ка. «Дневник развития леополей Лёвы и Полли», — прочёл на обложке. Медленно пролистал, внимательно вчитываясь в некоторых местах. — Молодец. Дед подсказал?
— Маммия, — с нотками гордости, ответила и зарделась.
— А маммия у нас кто? — вперил в меня пристальный взгляд. — А маммия у нас Леополлия-Леокаддия Крю-ю-югерес, — родовое имя моё словно пропел. — Имя красивое и грозное, говорящее. Что, Рэд, вот и возрождается род Крюгерес и его Сила? Истаяло проклятие грехтова Чернокнижника?
— Так и есть, друг Кирений. Не оставляет нас без своей благодати Праматерь. Помощь шлёт, да только мы не всегда принимаем её достойно, а, то и вовсе отказываемся.
Это же он о своём, наболевшем, о Теодоре Кэррогес, иномирянине.
— Молодцы, красавицы. Питомцы ваши абсолютно здоровы, развиваются правильно, — констатировал Кирений. — Даже немного опережают своих ровесников в дикой природе. Немного жирноваты, но это поправимо. Больше подвижности. По деревьям чтобы лазали, если в доме лестница есть, пусть больше по ней бегают. Игрушки им нужны. Сейчас мы их запишем, зарегистрируем магически.
Сел за стол, вписал в какой-то журнал и против клички леополек поставил магическую печать. Лёвка с Полькой поочерёдно дёрнулись, фыркнули, в корзинках сверкнуло.
— Вот теперь на них магическая метка, — сообщил Кирений. — А сейчас идём в зал определения Силы. Это тут же, в подвале. Рэд, я тебя прошу нам помочь. Мы не в полном составе.
Рэд согласился и мы двинулись по подвальному коридору, остановились перед большой, даже на глаз видно, что тяжёлой, дверью. Деревянная дверь открылась легко, но толщина её была внушительной. Из цельного дерева, точнее, пластины толщиной не менее тридцати сантиметров. Это, наверное, из «баобаба» выпилили.
Зал был где-то десять на десять метров и пустой. На мраморном сером полу выложен мрамором красно-коричневого цвета контур семиугольной звезды. В вершинах лучей крупные самоцветы. В каждой вершине свой цвет: красный, зелёный, синий, жёлтый, чёрный, голубой и коричневый. В центре звезды небольшой круг, куда предложили мне встать. Милли с леопольками оставили за дверьми. Кулон с «корнем» и браслет с шоргоном меня попросили снять. В зале находилось ещё трое молодых мужчин.
— Рэд, мы вдвоём берём по два луча, а остальные по одному, — распорядился Кирений.
Трое встали напротив вершин звезды, а Кирений и Рэд между двух каждый. Как я поняла, чтобы воздействовать своей Силой сразу на два камня. Правильно поняла. Засветились сразу все камни. От них в меня направились световые лучи, каждый цвета своего камня и обвились, словно живые, вокруг меня по спирали. Сначала лучи были одной толщины. Но вот жёлтый истончился, обвиваясь вокруг меня тоненькой змейкой в полтора сантиметра, и побледнел. Синий, зелёный, голубой и красный равной пятисантиметровой толщины. Чёрный светился слабо. Луча не выпустил. Коричневый луча тоже не выпустил, но светился неровным светом, пульсируя. Пульсация свечения камня вдруг резко усилилась. Казалось, что камень сейчас взорвётся. Из камня взметнулся ко мне широкий красно-коричневый луч и, буквально, завернул меня в кокон. Через несколько секунд всё погасло. Маги смотрели на меня с нескрываемым любопытством. Казалось, что они сейчас засунут меня под гигантский микроскоп, и начнут рассматривать, изучать.
 
— Ну, что, Рэдвурд? Как ты думаешь? Это она? — с волнением спросил Кирений.
— Я не думаю, я знаю, что это она, — усмехнувшись, ответил Рэд.
«А это ещё что за загадки? Кто такая ОНА и чем мне это грозит?».
— Что ж, нам остаётся только зарегистрировать мага — повелителя магических животных, — проговорил Кирений. — Леополлия-Леокаддия вновь среди нас. Но то, что открылось нам, не должно выйти за пределы этого зала. Клятву! — резко произнёс, обращаясь к молодым магам.
Зазвучали слова магической клятвы, а у меня мороз по коже прошёл и пупырышками вылез. Это что? Большая тайна? И что со мной будет?
— Не переживай, Лео, всё будет хорошо, — успокоил меня Рэд, словно услышал мои панические мысли. — Стефанс тебя в обиду не даст, всегда защитит, пока ты в силу войдёшь.
Странно. А причём здесь Стефанс? У него что, других забот нет?
— Сийра Леополлия-Леокаддия, поздравляю тебя, — проговорил Кирений. — Магией владеть ты сможешь только на бытовом уровне. Но нужно много тренироваться и учиться. Ты уже взрослая, зрелая, поэтому будет нелегко подчинить магию. А вот с необычными тварюшками и тварями управляться будешь легко. Кем ты в своём мире была?
— Животноводом и была, — ответила, нервно хихикая.
Меня отпустило, и пережитое напряжение вылилось в непроизвольный смех. Смех без причины — признак… Мда. Так себе признак.
— Сийра, имя у тебя сложное, — как бы извиняясь, проговорил Кирений. — Как можно тебя короче именовать, с твоего позволения?
— Сийра Лео.
— Сийра Лео, можем ли мы обращаться к тебе за помощью, если возникнет в том необходимость?
— Буду рада помочь, сийр Кирений.
— Спасибо.
Только бы вот самой разобраться, как и в чём я могу помочь и что я за зверушка такая — повелительница животных?
— Вы мне объясните, пожалуйста, о лучах. Цветовые обозначения стихий мне понятны. А жёлтый — это что?
— Жёлтый — это целительство, ментальное влияние и эмпатия, — принялся объяснять Кирений. — Если присутствуют все три способности, то луч будет широким и насыщенно-жёлтым. У тебя бледненький и слабенький. Целительство тут вряд ли присутствует. Ты посторонний взгляд чувствуешь?
— Если пристальный, то чувствую. И ощущаю, с каким настроем на меня смотрят.
— Это эмпатия. Ментальные картинки мамаши леополей ты видела. А сама посылать можешь?
— Не знаю. Пытаюсь общаться с малышами ментально, но понимают ли они, пока ещё не совсем понятно. Маленькие ещё, не отвечают.
— Вот тебе и ментальное воздействие, но только на уровне общения с животными. С людьми сложно. Они умеют закрываться.
— Да мне это и не надо, — отринула я такое умение. — Лишь бы мне в голову никто не лез.
— Рад был познакомиться, сийра Лео. Успехов вам в воспитании питомцев. Надеюсь, что мы ещё встретимся.
На этом мы распрощались с магами, и Рэд вернул нас домой.
В конце дня перед ужином Нортон привёл мне телохранителя. Нортону я доверяла полностью. Раз он привёл наёмника-мага, значит этот человек стоящий.