Попаданство с вакансией (СИ)

Зашли в лавку готовой женской одежды. Я купила себе парочку ночных сорочек типа комбинация длиной почти в пол с широким кружевом по подолу и кружевной вставкой на груди: салатную и красную в комплекте с пеньюарами. Сорочки отправились в кошёлку.
И ещё в одной лавке мы застряли и не сразу смогли выбраться. Лавка зелий для мытья волос и тела. Правда, тут были и другие зелья, но нас интересовали именно эти. Тут уж развернулась Милли. Ароматы-то я тоже выбирала, а в остальном была профаном. Ванны у меня дома не было. Поэтому подолгу отмокать негде было. Только когда наезжала в гости к городской подруге, та пыталась мне привить любовь к приёму ванны с разными гелями, шампунями, пенками. Вот она-то уж как заляжет в своей джакузи, так за это время ужин может протухнуть.
Милли придирчиво читала этикеточки на флакончиках и бутылках, на которых был расписан состав, из коего приготовлено зелье, разглядывала на цвет, встряхивала. В общем выбирала со знанием дела. Парни тоже выбрали себе по несколько разных средств и для Варьяна.
Понравилось мне облуживание и упаковка нашего приобретённого товара. Все флакончики, бутылочки были составлены в корзинку с крышкой и отправлены с разносчиком по адресу.
Продукты сегодня решили не брать. Готовить не на чем. Купили только молоко для питомцев. Им варить не нужно. Поужинаем и позавтракаем в ресторанчике или едальне, что рядом с домом. Там видно будет. Отправляемся домой. Варьян там, наверно, запурхался принимать поступления приобретений.
Варьян со своей задачей справился на «отлично». Кровати установлены в наших двух спальнях, напротив точно в таких же апартаментах, и в двух одиночных «номерах» — гостиная и спальня. Постельное бельё стопками лежало на кроватях. Там же лежали банные халаты, полотенца и плечики, которые Варьян разделил по справедливости: мне и Милли по десять штук, Нортону и Петриксу по три, себе и в свободную спальню по две штуки. Покрывала положил все на Миллину кровать. В нашей же гостиной стояла корзина с банными зельями. Кухонную утварь распаковывать не стал, сложил на полу в кухне. Стол установил в помещении, назначенном столовой, и стулья вокруг расставил, обе скатерти он положил на стол. Быстро он управился. В холле только стоял Миллин сундук и на нём мой рюкзак. Сундук парни унесли в спальню Милли, а рюкзак я унесла в свою спальню.
Сразу же занялись обустройством каждый сам своего гнезда. Леополек мы рассадили в «спальные» корзины, в которых лежали мягкие подстилки и поилки с молоком. Пока оставили рядышком на полу в гостиной — пусть осваиваются.
Только управились с обустройством, раздался сигнал, похожий на звонок колокольчика.
— Милли, это что? — спросила хозяйку нашего жилища.
— Кто-то к нам прибыл. В калитку сигналит, — ответила и поспешила вниз.
Варьян выскочил на улицу первым и уже нёсся к калитке, когда мы высыпались на крыльцо. Он впустил мужчину в «походной» или рабочей одежде с рюкзаком за плечами. Когда мужчина приблизился к крыльцу, увидели, что он не молод. Выглядел несколько старше Рэда, Миллиного прадеда, с сединой в тёмных волосах, заплетённых в косу до пояса. Смуглый, зеленоглазый. Окинул всех взглядом, определяясь, кто есть кто, поприветствовал всех скопом.
— Кто хозяин? — спросил. — Я по заявке. Садовник.
— Я хозяйка, — вышагнула Милли вперёд. — Сийрина Миллиирия ду Кэррогес. Можно обращаться сийрина Милли. Как твоё имя?
— Ярод Кудорикс. Я маг узкой специализации пятой категории. Природник. Лесовым или Полевым служить не могу, а вот с такими, — обвёл рукой наш участок, — небольшими площадями садов и огородов справляюсь с лёгкостью.
— Проходи в дом, Ярод, — Милли приглашающе повела рукой. — Заключим договор.
Расположились все за обеденным столом. Ярод осматривался.
— Только что вселились? — спросил понимающе.
— В процессе вселения, — ответила я.
— Понятно. Вот договор, — вынул из рюкзака и подал Милли три листа стандартного договора.
Милли прочла договор, передала его Нортону.
— Здесь не указано, на какой срок заключается договор, — сказал Нортон.
 
— Его должна проставить хозяйка. Для меня, чем дольше, тем лучше, — пояснил садовник.
— Пять лет я здесь точно проживу, — прикинула Милли, — может дольше. Поэтому пока заключим договор на пять лет.
— А как с оплатой? — обеспокоилась я. — В договоре не указано?
— Оплата за содержание в должном порядке сада и огорода зависит от площади. Размер площади по этому адресу в гильдии природников известен. Оплата фиксированная. Из этого расчёта с меня будет высчитываться налог, — растолковал Ярод.
— Но у нас здесь такие кущи за два года наросли, что выкашивать да выкашивать, — указала я на необъятный фронт работ.
— Об этих кущах мы с хозяйкой договоримся отдельно, — махнул рукой Ярод. — Только разрастались они не два года, а пять.
— Как пять?! — воскликнули я и Милли слаженным дуэтом.
— Два года, как этот дом приобрёл Лесовой Рэдвурд Пэттрэйзер для своей правнучки. Хотел нанять меня, но я тогда работал и не знал, что через год останусь без работы. До покупки дом стоял три года в магическом стазисе, — рассказал Ярод.
— Ярод, ты не знаешь, куда переехали прежние хозяева? — полюбопытничала я.
— Я знаю, — ответил Нортон. — Точнее, мы знаем. Я не могу сказать более подробно, так как это служебная тайна. Но одно сказать могу — в нашем королевстве этой семьи нет.
— Тогда, может, вы знаете, где племянник бывшей хозяйки? — спросил Ярод.
— Насколько нам известно, семья состояла из пяти человек: глава семьи, его жена и три дочери, — ответил Петрикс. — Ни о каком племяннике нам не известно. Сколько ему было лет?
— Я точно не скажу, — неуверенно проговорил Ярод. — Мальчику сейчас было бы лет семнадцать. В семью его привезли в возрасте четырёх лет. Мальчик пропал за год до отъезда семьи.
— А сколько лет ты проработал в этом доме? — спросил Нортон.
— В этом доме я проработал два договорных срока, тоесть десять лет я обихаживал этот сад и небольшой огород. Не доработал два месяца. Но мне выплатили компенсацию. И пять лет я перебиваюсь временными, краткосрочными работами. Собрался уже уезжать из столицы, но, наконец-то, повезло.
— Ярод, ты не помнишь, как звали племянника хозяйки? — спросил Варьян, внимательно слушавший наш разговор.
— Полное его имя я не знаю, а домашние его звали Варом или Варчиком. Он в семье был самый младший.
Варьян побледнел и обхватил голову руками. Простонал.
— Ему больно! — подскочила Милли.
— Погоди, — Петрикс поднялся со стула, подошёл к Варьяну, обхватил ладонями его голову, словно к чему-то прислушиваясь, прикрыл глаза. — Это последствия ментального колпака, — объявил диагноз. — Потерпи, дружок, сейчас пройдёт.
— А не ты ли тот Вар? — заявил Ярод, вглядываясь в лицо Варьяна, когда того отпустила боль. — Уж больно похож.
— Я не помню, — расстроено произнёс Варьян, поникнув.
— Варьян, а с какого момента ты себя помнишь? — спросил Нортон.
— Иногда мне кажется, что я живу всего четыре с половиной года, потому, что четыре с половиной года назад я очнулся от сильнейшей головной боли. Я орал, а меня держал бородатый мужик и успокаивал. Он сказал, что я его племянник Варьян, что у меня воспаление мозга, но меня лечат. У него была большая семья. Кроме меня было семь детей: три дочери и четыре сына. Его я называл дядей, а его жену тётей. У меня оказалась хорошая память, но то, что было до приступа, я не помнил. Когда пытаюсь вспоминать, начинается сильная головная боль. Дети в этой семье были грамотные. Учились в школе, а потом в Малой Академии. Семья занималась разведением норнисов.
Меня тоже определили в школу. За два года я освоил обязательную четырёхгодичную программу обучения. Учился легко, словно я уже это всё знаю. Только магия мне не давалась. В малую академию дядя меня не отпустил. Год я работал в хозяйстве, ухаживал за норнисами. А год назад дядя заявил мне, что я должен их оставить и искать своё место в жизни. Он подарил мне норниса с коляской, сумку с пространственным карманом, кошель с монетами, которые я ещё не все истратил, и проводил из дома. По возрасту я ещё не могу жить самостоятельно и зарабатывать, но жить как-то и на что-то надо. Я стал перевозить «попутчиков». Первых «попутчиков» до ближайшего города нашёл мне дядя. Доехал до города, взял пассажиров до другого города. Так я оказался в Бругсгорде, где меня нанял Стивер Кэррогес. И теперь я здесь.