Абсолютный. Часть 1. Парадизар (СИ)

– Подожди. Ты сейчас говоришь о девушке, которая вместе с тобой выбралась из “П&К”?
– Да.
– Значит это всё же был не суицид.
– Уверен, что это был не суицид. На неё положил глаз Оса Сэвиндж. Он хотел сделать из неё личную фаворитку, как хочет сделать фавориток и из вас.
– Стоп. Что?!
– Только тебе ничего не грозит.
– Не понимаю…
– Абсолютный выиграл тебя у Осы Сэвиджа в карточной игре. Остальные финалисты Паддока вскоре после того, как получат назад себе свою память, будут розданы в качестве фаворитов высшим чинам. Скорее всего, Оса захочет оставить себе всех девушек…
– Джекки?!
– Её в первую очередь.
– Да она ему нос сломает!
– Слышал, Сладкого хотят отдать пожилой даме, советнице Осы, а Вывода её сестре.
– Почему до сих пор не отдали?
– Осу, как и всю верхушку Парадизара, в эти дни очень сильно отвлекает делегация из Дилениума. Но это ненадолго.
– А конкретнее?
– Завтра вечером Харитон Эгертар вместе со своей свитой отправится назад в Дилениум. Послезавтра состоится “Церемония возвращения памяти”. Ещё через сутки вас назовут фаворитами определённых людей и раздадут им для утех.
– Что за…
– Моей девушке не повезло. Её захотел себе Оса Сэвидж. Она не повиновалась и теперь мертва. Но повезло мне. Я стал фаворитом необычной женщины и не нужен был ей для кувырканий в постели. И повезёт тебе…
– Абсолютный?!
– Нет.
– Объясни.
– Всё будет хорошо.
– Всё будет хорошо? – мои брови поползли вверх.
– Всё должно быть хорошо, – недостаточно уверенным тоном ничего не разъяснил он, но следующие слова произнёс более утвердительной интонацией. – Иди в свою комнату, запрись, прими душ и постарайся этой ночью выспаться. Инструкции сами придут к тебе.
Я не из тех, кто повторяет дважды или кому необходимо повторять дважды. Согласно кивнув, я направилась к выходу из крыши, уже представляя, как стою в душе под потоками горячей воды и размышляю на тему того, какие же инструкции и на какую тему мне прилетят, а затем, где-то через часа два, после того как ♂20-1107 в последний раз проверит мой номер на наличие меня в нём и удалится до рассвета в неизвестном направлении, я проверю на прочность вентиляционную шахту в ванной, и тогда…
– Эй, Дикая, – Фло окликнул меня, и я, остановившись, бросила сосредоточенный взгляд через плечо. – Не трогай пока Джекки. Я снова опоил её успокоительным настоем, так что до рассвета она не включится.
– Хорошо.
Вот ведь хрень!.. Придётся самостоятельно всё делать.
*Тринидад в компании Фло на крыше здания Парадизара.
  
Глава 18.
   
Джекки.
 
Случайно коснувшись оставленной мне Фло карты рукой, испачканной моей металлической кровью, я наблюдала за тем, как бумажный лист в моей руке превращается в металлическую пластину. В танталовую. Ведь я Тантал. Мне так сказали. И, наверное, это правда. По крайней мере ощущается правдой.
Чернил на металлической пластине практически не осталось, но я не распереживалась на этот счёт. Потому что я идеально запомнила карту. Как будто отфотографировала глазами весь план до малейшей детали и поместила изображение на свой жёсткий диск, который теперь казался мне таким бездонным, что так и хотелось попробовать заполнить его новой информацией. Итак, подробная карта вентиляционных шахт Парадизара – плюс одна вещь, которая полезна мне сейчас и которую я наверняка с лёгкостью смогу удалить из своих воспоминаний, как только того пожелаю, чтобы очистить место для новой информации. Надо же, сколько во мне вдруг уверенности появилось… Я и прежде была из уверенных, но сейчас эта черта во мне словно резко расширилась и переросла во что-то большее. В несокрушимость.
 
Я Металл. Могла бы догадаться и раньше. Гадая о том, каким образом я выжила после укуса Блуждающим, я раз за разом, да и Дикая тоже, заходила в тупик из непробиваемой стены с граффити: “Противоядие от Стали не изобретено!”. Но ведь на самом деле один способ изобретён. Отсюда и появились в мире Металлы. Однако из рассказа Дикой было ясно, что для того, чтобы стать Металлом, необходимо иметь некую капсулу в сердце, вшитую в него хирургическим путём. В моём сердце не было никакой капсулы. Я уверена в этом на все сто процентов. Тогда как?..
Наверняка Абсолютный объяснит мне.
Резко поднявшись с кресла, я метнулась в ванную. Вход в вентиляционную шахту располагался на потолке: квадратная металлическая сетка сто пятьдесят на сто пятьдесят. С лёгкостью подпрыгнув, я пятью пальцами приподняла сетку и сдвинула её вбок. При повторном прыжке я одной рукой зацепилась за край шахты, а второй рукой окончательно, стараясь делать всё беззвучно, отодвинула сетку в сторону. Подтянувшись всего лишь на одной руке, я с вдохновляющей лёгкостью целиком проникла в шахту. Закрыв за собой вход решеткой, я выдохнула и задумалась. Во-первых, то, с какой лёгкостью, без перенапряжения и тяжелого дыхания, давались мне все действия – я даже не запыхалась и не ощутила никакого физического напряжения! – казалось мне диким. Теперь, когда я перестала считать себя загибающейся от Стали и узнала, кем на самом деле становлюсь или уже стала, я как будто наконец начала ощущать, как всё внутри меня расцветает, становится интересным, приобретает новые оттенки и смыслы. Я как будто переполнилась жизненной силой и энергией, как будто…. Заново рождалась или всё-таки уже заново родилась. Во-вторых, на меня напало чувство дежавю. Это был третий раз за всю мою жизнь, когда я добровольно залезала в вентиляционную шахту. И так как два предыдущих моих опыта были однозначно негативными, ощущения от этого раза мне уже не нравились.
Развернувшись в нужном мне направлении, я начала продвигаться вперёд и вскоре услышала знакомые голоса. Оказалось, что я проходила над ванной комнатой Нэцкэ. Затормозив, я посмотрела вниз через решетку. Нэцкэ обнимал Сладкий.
– Он первый напал, ты ведь видела… – Сладкий говорил страдальческим голосом. Возможно он даже плакал.
– Да, я всё видела, ты защищался, – шептала Нэцкэ, ответно обнимая его. – Дефакто сам бросился на тебя с заточенным лезвием.
– Я вонзил кол в его грудь… – Парень точно был на грани. – Это ужасно.
– Я всё видела. Видела. Ты не специально. Ты просто отбивался.
– Чувство вины убивает меня. Я больше не смогу стать прежним.
– Ну, прежний Сладкий был с заскоками, так что может дальше будет лучше, – Нэцкэ попыталась его развеселить и, кажется, у неё получилось. Горько усмехаясь, они отцепились друг от друга и начали заглядывать друг другу в глаза. На тот случай, если они вдруг вздумают целоваться, я поспешно отвела взгляд и аккуратно, как можно более тихими движениями, направилась дальше. Их голосов я больше не слышала, так что либо они и вправду перешли на поцелуи, либо же перешли из ванной в соседнюю комнату.
Дефакто напал на Сладкого? И Нэцкэ видела это. Эта информация стала для меня неожиданным откровением. До сих пор Дефакто казался нам с Дикой невинной жертвой Сладкого, но, очевидно, в этой истории всё оказалось далеко не однозначным. Как у Дикой с Яром…
Нэцкэ была здравомыслящей девушкой, а нарциссизм Сладкого явно серьёзно поломался, так что, может быть, они в итоге смогут стать неплохой парой. Если выберутся из Парадизара, конечно, а после если в зараженных землях никого из них не порвут Блуждающие… В любом случае, где-то там есть Рудник – ведь так? Значит и мне, и им всё ещё есть на что надеяться.
Рудник – первоисточник Металлов. Интересно было бы узнать об этом побольше. Мысль: “Я Металл!”, – сейчас кричала во мне наравне с вопросом: “Я что же, действительно теперь непобедима?!”. Я смогла противостоять Титану. Титану! Надо же… Я Металл. Что это значит? Кто-то должен просветить меня по этому вопросу. Дикая, конечно, многое знает по этой теме… Кстати, она ведь уже что-то рассказывала мне.