Луч судьбы. Я дождусь (СИ)
— Да я, кажется, скоро заимею мачеху. Это экономист с отцовской фирмы, Юлия Владимировна. Она такая классная, честно говоря, я очень рада за отца. Знаю точно, что мама останется навсегда с ним, но ему всего-то пятьдесят четыре. Это только голова седая, а так он у меня ещё о-го-го! Он в спортзале такие вещи вытворяет, что я только от этого зрелища устаю! Так что пусть. Пусть кто-то будет. Надолго ли — одному богу известно, но папа заслужил. А то заскучал, наверное. — Лиза быстро чистила перцы и аккуратно складывала их в тарелке. — Тихо в доме, никто ему скандалов не учиняет, не орёт, не ревёт. Скукотища!
Инна и Тийю переглянулись и громко рассмеялись, вспоминая скандалы, что закатывала отцу Лиза в ответ на его робкие попытки познакомить её с кем-то из своего окружения.
— А где Валя с Денисом? — Наташа Тарасова подошла к столу с очередным блюдом, наполненным фруктами. — Там Галина Викторовна беспокоится, Вале переохлаждаться нельзя.
— С Грозным не замёрзнет, он с неё пылинки сдувает.
Инна вытерла руки и осмотрелась. Недалеко среди деревьев мелькнула яркая куртка Вали Касаткиной, они с Денисом гуляли в лесу и собирали первоцветы для украшения стола. Несколько дней назад Грозный и Морозов о чём-то тихо переговорили и пожали друг другу руки. Потом Саша признался, что Денис узнал страшную правду о случившемся семь лет назад и согласился с Валей, что ни Александр Морозов, ни его отец Кирилл Сергеевич не виноваты в том, что произошло. Да и Вениамин Виленович поддержал свою дочь. В тот же вечер Грозный сделал официальное предложение, но пока согласия не получил, хотя врач-иммунолог Касаткина летала по лаборатории с мечтательной улыбкой, не обращая внимания на шёпот за своей спиной.
А пошептаться было о чём! После нашумевшей истории с увольнением одного из хирургов на молодых врачей смотрели кто с уважением, кто с усмешкой, а кто-то и с неприязнью. Один из таких пытался помешать Тийю увидеться с Сергеем, когда их с Денисом привезли в госпиталь. Он стоял посреди коридора и ухмылялся, заявив, что не позволит посторонним беспокоить пациента. Правда, радовался он своей, так сказать, «победе» недолго, потому что в этот момент в отделении появился начальник госпиталя в сопровождении генерала Морозова, полковников Божнева и Касаткина. Последний молча оттеснил говорившего к стене, а командир тихо сказал:
— Идите, Тийю Генриховна, вас больше никто и никогда не задержит. Только постарайтесь недолго, нам бы тоже хотелось увидеться с вашим героем.
Божнев-старший улыбнулся и кивнул, Тийю сорвалась с места и скрылась в палате. Потом были встречи с родителями, следователями прокуратуры, инженерами авиазавода, но Тийю всегда была рядом, пока Божнев в один прекрасный дождливый день не украл её с работы и увёз в неизвестном направлении, чтобы через несколько часов вернуться обратно уже с женой и будущей мамой Божневой Тийю Генриховной.
Лизе тоже пытались доказать, что частые посещения чудом выжившего лётчика Тарасова не принесут пользы, после чего в ответ услыхали, что Елизавету Лисицу в гневе отличает от ротвейлера только помада. А когда на сторону девушек стали сами пациенты и командование, больше никто и никогда не пытался чинить препятствия и строить против них какие бы то ни было козни.
— Наташ, а что Костя Водопьянов? Предложение уже поступило? А то я вижу, как он за тобой увивается, с работы забирает, мой Тарасов так исподлобья на него смотрит. — Лиза с улыбкой посмотрела на девушку и подмигнула.
— А я и Костя не его проблема уже. — Наташа Тарасова завела руки за голову и широко улыбнулась. — Надо было раньше суетиться, а теперь-то чего? Только мы решили, что пока я интернатуру не закончу с детьми подождём. А там — как бог даст.
Девушки переглянулись и одновременно посмотрели на мужчин, что расслабленно устроились на шезлонгах и стульях вокруг огромного мангала. Морозов чуть слышно рассказывал о своём возвращении, о том как выпрыгнул из самолёта, как шёл домой, как его подобрали торговцы оружием и наркотиками, как держали в глубокой сырой яме, откуда не было видно ни его любимого неба, ни яркого солнца, как били, как пытались казнить и как убил он сам, как молчал и только один раз заговорил, когда его пожалела незнакомая молодая девочка, которая согласилась помочь и передала координаты базы на телефон Тарасова. Женская половина их компании в это время накрывали большой стол в саду, и Морозов, закончив свой рассказ, взял со всех присутствующих клятву, что никто из женщин никогда ничего не узнает, незачем им волноваться, тем более сейчас. Главное, что они все прошли врачебно-лётную комиссию и им всем разрешено летать!
И они по-прежнему летали вместе, перевозя грузы в различные страны. Иногда не бывали дома неделями, но знали, что их дома ждут и верят в их возвращение.
Тарасов выполнил своё обещание, и Лизе пришлось временно оставить работу, подарив мужу чудесную девочку Настеньку. Через несколько месяцев Инна родила сына Ванечку на радость ошалевшему отцу и довольным бабушке и дедушкам. Божнев постарался так, что его любимая Тишка, ненадолго выйдя из одного отпуска по уходу за ребёнком, плавно ушла в следующий. Валя просто переехала к Денису, который в очередной раз предложил ей своё сердце и руку и совершенно обалдел, когда получил согласие. И только Водопьянов терпеливо ждал, когда его Наташенька закончит учёбу. Но и он всё равно дождётся!
Эпилог
— А хорошо, что Колобка сразу не съели бабка с дедкой, — уверенно заявила кудрявая девочка с карими глазами.
— Не «дедкой», а «дедом», — автоматически поправила её молодая женщина с выступающим животи
ком. — И почему же это хорошо, объясни нам, пожалуйста.
— Погулять успел, мир посмотреть.
Сидевший напротив маленький мальчик серьёзно посмотрел на девочку и уверенно заявил:
— Ты её, тетя Наташа, не слушай. Наша Настя может кого угодно плохому научить!
— А что я плохого сделала?
— Да? А кто сегодня маме с папой рассказал, что мы яблоки в саду ели? А кто папе сказал, что я на речку ходил?
— А зачем ты туда один пошёл? Я тебя просила меня взять, а ты не взял, вот я всё и рассказала!
— Ябеда, ничего тебе говорить не буду!
— А я тогда всем расскажу, что ты с крыши хотел прыгнуть!
— А вот и не хотел, только думал!
Наташа Водопьянова захлопнула книгу и строго сказала:
— Ябедничать, Настя, нехорошо, но и ты, Ваня, не прав. Если обещал, надо было взять Настю с собой.
— Я должен был её ждать, что ли? Вот мама в сад и на речку одна ходит, когда папы дома нет, а я ждать должен!
Они ещё немного поспорили, помирились, пообещали сходить на речку вместе, а в садовом домике ещё раз всё проверить, легли в свои кроватки и уснули мирным детским сном. Наташа тихо закрыла дверь, вышла в коридор и, положив ладошку на живот, взглянула в окно. Ваня сказал, что мама сама ходит в сад, и на речку тоже. Так и есть, Инна всегда, проводив Сашу в рейс, старается ненадолго остаться одна, чтобы помолиться за любимого. Прошло уже столько времени с того злосчастного полёта, а она до сих пор так и не привыкла к словам: «Я буду скоро, любимая!»
Наташа вздохнула и прикрыла глаза. Костя тоже говорит ей эти слова. И ей приходится только ждать. Но она дождётся. Обязательно дождётся…