Вишневая ветка (СИ)

— Наказание за что? Я и так уже под следствием. А здесь меня ни в чем не обвиняют.
— Пока что. Что ж, дело твое. — и от рук магов полились ручейки к солнечному сплетению Виктора. Секунда, и кокон его силы увидели все.
— Значит все-таки маг.
— Расскажешь сам, или будем проверять родство по кристаллу? — бордовый выгнул бровь.
— Да, это мой сын. Что в этом такого? Я решаю, кого признавать, кого нет. И уж подавно не дает основания считать меня виновным в преступлениях.
— Теоретически нет. Но согласись, странно, что ты сразу не рассказал правду о сыне. — снова розовая. Может, не такая уж она и стерва? — А вот вопросов о твоем назначении на должность прибавилось. У старейшины должна быть безупречная репутация, так как сюда попал человек, нарушивший столько моральных принципов? Помимо этого, твой сын пытался жениться на девушке, да еще и изнасиловать. Хочешь сказать, что ты не причем, и не знал об их отношениях? А Акита? Явно не сам за ней явился.
— Вы готовы на меня все грехи теперь повесить?
— Нет, но вопросы возникают. И мы обязаны проверить. Объяснишь, почему скрыл ото всех ребенка и сменил его фамилию?
— У меня есть свои причины. К делу, о покушении на Веронику, отношения не имеет.
— Ну я бы так не сказал. — вступил желтый. — Я тут тоже небольшое расследование провёл, и выяснил, что ингредиенты для Золотой Жатвы приобретались твоим помощником.
— Что? Желтая жатва запрещена и давно не используется. — удивился бирюзовый.
— Это то, чем из меня в пещере силу выкачали. — пояснил Эдик на ухо Нике.
— Понятия не имею об этом, и уж тем более о том, что покупают мои помощники.
— Даже если они оплачивают с твоего счета? Хочешь убедить нас, что не заметил огромные суммы, ушедшие с него?
— Ты то куда лезешь? О чем вообще говоришь?
— Золотой жатвой напали на Нику и Эдуарда в пещере. Я уже некоторое время изучаю эту проблему. А еще, твой же помощник собирал данные уже год как на Искру. Акиту тоже, кстати, покупал, только я не понял для чего. Теперь ясно. А еще кристаллы для отключения защитных полей, парализующие шары и много других интересных вещиц. И все оплачены тобой, хотя фамилия и не фигурирует.
— Давайте пригласим моего помощника и у него спросим, для чего все это. Мне теперь тоже интересно.
— Обязательно пригласим, но позже, а пока проверим твою жилплощадь. Если, как ты говоришь, не виноват, тебе нечего терять. — прервал спор Эдуард.
— А знаете, что? Давайте!
— Добровольное согласите получено. Прошу разрешение на обследование двух объектов: места его постоянного проживания и особняка, незадолго до событий снятого для любовницы. Это неофициально. Официально для Анастасии Жуковой.
— У меня только один дом здесь. — Дмитрий побледнел.
— Один из твоих помощников его снял, уж не знаю, тот же, или нет. Некоторое время назад взял в аренду особняк в Магоре по доверенности от твоего имени и оплатил также с твоего счета, да еще и через второй подставной.
— Уже сказал, что понятия не имею, чем занимаются мои помощники.
— Тем более, стоит проверить.
— Да, Дим, чего боишься то? — это бордовый. — если ты не виноват, то и переживать не о чем. Я даю согласие. Надо проверить все и сейчас.
— Я тоже даю, — желтый.
За ними стали подтягиваться и остальные.
Поначалу совет, для объективности исследования, хотел, чтобы Эдик и Ника остались ждать там же, но их убедили в необходимости присутствия Искры и Орлова — для ее защиты. А для чистоты эксперимента решили, что следует привлечь двух старейшин. Вызвалась розовая и бежевый.
Остальные остались в зале. К ним же были приставлены пятеро магов из канцелярии, для охраны присутствующих и контроля за Дмитрием. Двое занялись переправкой Виктора в местный изолятор. Выставлены дополнительные щиты на зал, чтобы никто никому не смог передать информацию, заблокирован также подход к нему. Еще пятеро отправились на операцию для защиты всей группы.
— Куда сначала? — поинтересовалась Розовая.
— В арендованный. — пояснил Эдуар.
— Они там?
— Да.
 
— Как вы узнали?
— Искра помогла. Но о методах не хотелось бы рассказывать, дабы не нарушать тайну следствия.
— Хорошо, — хмыкнула женщина.
Зашли во двор. Навстречу высыпала охрана, но завидев старейшин, тут же преклонила колени и голову. Им они сопротивляться не могли, какую бы клятву верности не давали.
Вероника знала куда следует идти. Сердце бешено колотилось. Страх. Что она может все испортить, что поняла что-то неправильно, ошиблась. И эта ошибка может стоить ей самого ценного — родных, а еще доверия старейшин и своей безопасности.
Зайдя в дом, спустилась на негнущихся ногах в подвал в поисках нужной комнаты. Попали в коридор, из которого отходили двери в разные подсобные помещения: винный и пищевой погреба, склад, небольшая лаборатория, кухня и все. Ничего другого.
Вероника встала и почувствовала, что задыхается. Перенервничала, не оправдала надежды. У нее ничего не вышло. Устроила не пойми что, обвинила неповинного человека. Она все испортила.
Эдик подошел к ней, встряхнул за плечи и нежно погладил по волосам.
— Успокойся. Ты ведь их видела. Они здесь. Из дома никто не выходил, мы устроили внешнюю слежку. Нужно понять, где именно.
К Нике подошла розовая, стоявшая в это время рядом и наблюдавшая за происходящим.
— Ты видела их здесь?
Нервный кивок.
— Ты была абсолютно в этом уверена, раз пришла в Совет?
Еще кивок.
— Ты очень хочешь найти родителей и сильно перенервничала, не обнаружив.
Кивок.
— Иди сюда. Помогу успокоиться.
Взяла за плечо, и свободной ладонью провела перед лицом. От нее полился розовый блеск, который успокаивал и расслаблял.
— Помнишь, в какой части дома их обнаружила?
— Да! — глаза Ники полезли на лоб. Она точно помнила тот угол. Начала судорожно соображать, в каком направлении от входа находилось помещение.
— По глазам заметно, что поняла. Вон какие сегодня фокусы показывала в Совете, неужели не найдешь магически спрятанную дверь? Помни, мы не ограничены во времени. Сосредоточься.
И Ника была за это благодарна. Уж от нее то она совсем не ожидала помощи и сочувствия, учитывая их не очень приятный опыт общения. Но она права, необходимо собраться.
Вероника вернулась ко входу в здание, определила направление, сохранила его пройдя все коридоры и переходы и подошла к совершено глухой стене.
Нигде никакого блеска. Но этого быть не может. Было же окно, и решетка на нем. Значит, камера где-то здесь. И начала водить руками по стене и по всем выступающим камням, пока один из них не заискрился.
Нажала — ничего.
— Приведите одного из охранников. Ключ завязан на магию конкретных людей. Кто-то же им носил еду.
Один их магов канцелярии притащил не желавшего идти охранника, взял его ладонь и прислонил к указанному выступу.
По стене побежал лиловый огонек, открывая решетчатую дверь.
Дыхание сперло, а ноги покосились. Из глаз покатились слезы и девушка села пол, не в силах вымолвить ни слова, приложив дрожащую руку к губам! За решеткой сидели встревоженные родители и молча наблюдали за происходящим.
К ней подбежал Эдуард, подняв ее за талию.
— Щ-щ-щ. Все хорошо, но еще не закончено. Нам надо освободить их и доставить в Совет. Рано раскисать. Ты у меня сильная, бери себя в руки. — ласково приобнял и принялся поглаживать волосы.
Пока Эд пытался привести ее в чувства, а Розовая хитро улыбалась, наблюдая за ними. Маги искали ключ.
Потом было все как в сказке. В смысле, некоторое неверие, что все наконец-то закончилось. Опасение, что очередной раз что-то случится и им постараются помешать. Объятия родителей, слезы, радость, счастье и гордость за собственное дитя.
Хотелось увезти их подальше ото всех, обнять, накормить, расспросить. Так, чтобы на это время они стали только ее. Но нельзя.
Сначала следует побеспокоиться о безопасности, а уже потом думать об отдыхе. А это значит, нужно закрыть дело и отправить преступников за решетку.