Мой босс - Дед Мороз (СИ)

Скрепя сердце, я потянулась к застежке. За спиной Назар, кажется, что-то там складывал, и я, решив, что сейчас или никогда, быстро сбросила бюстгальтер и поспешила натянуть на себя рубашку. Та оказалась не из такой уж тонкой ткани, и я, поспешно застегивая пуговицы, понадеялась, что сейчас доберусь до своих чемоданов, найду там смену нижнего белья и улизну обратно в ванную…
— Так тебе даже лучше, — нагло сообщил Назар, оказавшись каким-то чудесным образом прямо у меня за спиной.
Он опустил руки мне на талию. Я даже дернуться не успела, как ладони поползли вверх.
— Только попробуй меня тронуть, — пригрозила я.
— Что, будешь пищать? — хмыкнул Назар.
— Нет, — мрачно промолвила я. — Тебе не понравится.
И, не раздумывая о последствиях, с силой ударила его локтем живот.
Конечно, я ожидала какого-то прямо потрясающего эффекта. Например, что он согнется пополам и громко взвоет, проклиная и костеря меня. Но, увы, не сложилось. Назар зашипел, конечно, но скорее недовольно, чем от сильной боли. Вот что называется пресс! Паразит!
— Это слабые методы борьбы, — сообщил мне Исаев. Его руки забрались под просторную рубашку и продолжили путь к обнаженной груди уже по моему животу. — О. Ты в спортзал, я вижу, не ходишь.
— Эй! Ты хочешь сказать, что я толстая?! — возмутилась я.
— Не-е-е, — протянул Назар. — Ты худенькая. Ты просто мягкая там, где надо. Ненавижу, когда женщина больше похожа на кусок камня.
Ага. У нас с сестрой генетика хорошая, спасибо маме. А мне, столичной жительнице, пешком проматывающей огромные расстояния каждый день, и спортзала никакого не надо.
— Ну вот и тоскуй, что такое мягкое счастье тебе никогда не достанется, — язвительно промолвила я, перехватывая запястья Назара и буквально выдергивая его руки из-под рубашки. — Потому что мне такие, как ты, совершенно не нравятся.
— Ты предпочитаешь пивной животик? — загоготал Назар.
— Я предпочитаю совесть!
— Рудиментарный орган.
— Будешь распускать руки, у тебя другой орган станет рудиментарным, — мрачно пообещала я. — Так что давай, отодвигайся от меня.
Высвободившись и обернувшись, я обнаружила, что Назар уже облачился в мягкие домашние штаны и какую-то футболку. Волосы у него растрепались, все еще влажные после душа, глаза соблазнительно блестели. И вообще, эта сволочь даже в домашнем… Даже в домашнем выглядела привлекательнее большинства мужиков, с которыми я была знакома! Ну как так можно?!
В эту секунду я была почти готова сдаться на милость победителя и позволить себе один маленький поцелуй, но… Знаю я, чем такие слабости заканчиваются. Ничем хорошим! Потом еще начнет заявлять на меня свои права, то ему надо да се…
Нет-нет-нет! Снегиревы так просто не сдаются.
Убедив себя в том, что связь с Назаром — самая глупая идея, которая только могла прийти в мою и без того дурную голову, я осторожно обошла его и выскочила из ванной, а потом устремилась к ступенькам, еще и едва не налетела на Сашу. И это в своем-то откровенном наряде в виде одной несчастной рубашки.
— Ой! — я отскочила в сторону. — Прости!
Вообще, конечно, перед мужчинами не извиняются, когда налетают на них почти голой грудью, но мне было неловко. Ксюша мне понравилась, и красоваться полуобнаженной перед ее парнем я точно не собиралась. Хоть и рубашка Назара сидела на мне, как туника, и почти прикрывала бедра.
Высокий, гад.
— У вас все в порядке? — обеспокоенно поинтересовался Саша. — А то вы там шумели. Не то чтобы мне было до этого дело, — на его губах заиграла задорная улыбка, — но нам как бы еще здесь жить. Всем. И будет очень плохо, если вы с первого утра разворотите ванную.
— Там только парочка луж на полу, — невинно пожала плечами я. — Все хорошо. Нет, правда, все хорошо! Спасибо за беспокойство.
— Ладно, если так. Ваша с Назаром комната — третья дверь, если что, — сообщил мне Александр, напрочь отрубая все мечты о том, чтобы жить подальше от этого паразита.
— Ага. Спасибо.
Я наконец-то протиснулась мимо Саши и с удивлением заметила, что мое бренное тело, заключенное в одну несчастную рубашку, которая, кажется, даже немного просвечивалась, ровным счетом никак его не беспокоило. В какой-то мере мне даже было обидно, но с другой стороны я понимала, что должна радоваться, а не злиться. Есть на свете нормальные мужчины! На свою Ксюшу Александр смотрел совсем другими глазами — влюбленными и полными желания.
 
Пропал парень. На других и не глядит.
Ну и хорошо. Хоть кто-то надежный и адекватный в этом доме. Не то что это животное, которое готово бежать за каждой девицей…
Я определилась с дверью и проскользнула в комнату. Кровать выглядела вполне прилично. Широкая, двуспальная, она казалась вполне пригодной для того, чтобы спать даже вместе.
Волосы у меня были все еще влажными после душа, хоть я и тщательно вытирала их полотенцем, но никакого желания сушить их я не испытывала. Решив, что высохнут и так, я забралась под одеяло и закрыла глаза, рассчитывая на здоровый и крепкий сон.
Не успела даже задремать, как рядом что-то загрохотало и упало на пол.
— Чемоданы твои. С камнями внутри, — прокомментировали голосом Назара, но я лишь натянула одеяло на голову.
Кажется, Исаев правильно понял, что я не слишком настроена на диалог. Я уж было порадовалась, что он успешно оставит меня в покое…
Но как бы ни так.
Изо всех мест двуспальной кровати, на которых он мог бы пристроиться, Назар выбрал положение именно рядом со мной. И нагло обнял за талию, демонстрируя, что никуда убираться не собирается.
Я собиралась сделать вид, будто сплю и не чувствую его присутствие, но, кажется, с Назаром осуществить это было невозможно. Он, воспользовавшись моим временным замешательством, прижался ко мне вплотную, и я вздрогнула, ощущая рельеф мужского тела… И то, что долгая поездка отнюдь не убила в нем первобытные желания.
— Слушай, пещерный человек, я устала, — пробормотала я недовольно. — Оставь меня в покое. Я хочу спать.
— Я тоже хочу спать, — протянул Назар, вместо того, чтобы убраться подальше, только обнимая меня покрепче. — Рядом с тобой спать удобно.
— Кое-какие части твоего тела против.
— Они за, просто требуют, чтобы им оказали должную часть внимания.
— Да пошел ты! — возмутилась я.
— Не ворчи, — Назар перевернулся на спину, но нагло увлек меня за собой, заставляя повернуться на второй бок и прижаться к его плечу. — Просто обними меня.
— Даже не подумаю, извращенец.
— Обнять мужчину — извращение?
— Да.
— Моя ты монашка, — почти ласково пробормотал Назар, перехватывая мою руку и укладывая куда-то себе на грудь. — Спи.
Я недовольно зашипела.
— Отстань. Мы так не договаривались.
— Да ладно тебе, — закатил глаза Назар. — Я ж тебе нравлюсь.
— Ни капельки.
— И тебе приятно, — примирительно промолвил он. — Ну так сделай приятно и мне.
— Э!
— Я имею в виду, просто полежи рядом. Какая разница, на каком боку спать?
Я собиралась поспорить, но усталость давала о себе знать. Если честно, мне сейчас очень хотелось провалиться в сон, и плевать, рядом с кем в него проваливаться. Потому, вместо того, чтобы ворчать, я действительно закрыла глаза и велела себе притвориться, что Назар — это большая подушка. Удобная, хоть и немного твердоватая, подушка. Еще и горячая.
Одеяло у нас оказалось общим, одним на двоих, и я запоздало подумала, что тонкая ткань футболки да несчастная рубашка — единственное, что есть между нами. И мне следовало добраться до своих чемоданов и переодеться во что-то более закрытое и не так легко снимаемое. Но выбираться из почти теплых и удобных объятий Назара сейчас совершенно не хотелось, и я, поразмышляв немного над тщетностью бытия, решила, что останусь так.
 
Высплюсь хоть.
Сон накатывал волнами. Я, окончательно убедив свое сознание в том, что рядом со мной — просто одеяльце и подушечка, вспомнила о своей давней привычке и закинула ногу на Назару на бедро. Спустя секунду в голову пришла на диво разумная мысль, что с посторонними мужчинами так лучше не поступать, и я собиралась уже отодвинуться, но не успела. Он нагло поймал меня за колено.