Великая распря (СИ)

Последней подкатила старая легковушка, напоминающая «Жигули». Это была машина Архипа, но теперь на ней ездила Настя.
Я встретил Настю в дверях, провёл в комнату.
Зоя сидела за столом. Когда мы вошли, она уставилась на Настю с таким недоумением, словно я не управляющего привёл, а клоуна из цирка.
— Знакомьтесь, — сказал я. — Зоя, это Анастасия, она будет заниматься школой. Настя, это Зоя княжна Солунская — моя невеста. Она будет нам помогать по мере возможностей. Присаживайся.
Настя сделала лёгкий поклон и сказал:
— Здравствуйте, очень приятно.
— Привет, — ответила Зоя, вопросительно гладя на меня. — Кость, пошли поговорим наедине.
Мы вышли в коридор затем на улицу. На лице Зои по-прежнему было написано недоумение, а я никак не мог понять, в чём дело.
— Это кто вообще такая? — Зоя кивнула на здание, из которого мы только что вышли.
— Я же тебе представил её. Моя знакомая. Она имеет кое-какой опыт в этом деле. Будет помогать организовывать школу и, скорее всего, руководить ей.
— И откуда ты её знаешь? Кто она? — Зоя скрестила руки на груди и уставилась на меня строгим взглядом.
Я понял, что моя возлюбленная ревнует.
— Да ты успокойся, — осадил я её. — Только ревновать не вздумай. Просто знакомая. Можно сказать, друг, но не более того.
— Да? А на кой ты её притащил? Это ты к ней постоянно ездил шашни крутить?
— Не понял. Когда?
— Как это когда? Когда ты врал, что на окраину ездил, чего-то там искал.
Впервые за все месяцы моего знакомства с Зоей, у меня появились злость и раздражение. Вот только скандала на пустом месте и не хватало! Что за глупости в голове у человека? Она вообще не думала, что говорила.
— Послушай меня, — проговорил я спокойным холодным тоном. — Не смей меня обвинять во лжи. Я тебе никогда не врал. Никогда. Понятно?
Зоя отвела взгляд, но продолжала смотреть исподлобья.
— Хватит, это сейчас неуместно, — продолжал я. — С Настей мы работали ещё до нашего с тобой знакомства, а отношения у нас чисто дружеские. И да, она действительно помогала мне искать убийц отца. Она и её брат.
Зоя не ответила.На лице её читались смешанные эмоции. О чём она думала? Выбирала между вариантами обидеться и уйти или поверить моим словам? Боролась с эмоциями?
— Хватит дуться, — я положил руку ей на плечо. — Что ты ведёшь себя, как маленькая?
— Так кто она? Из какого рода? Чем занимается? — Зоя сказала это мягче, но недоверие сквозило и в её тоне, и в её взгдяде.
— Настя — из клана Аргеадов. Мы познакомились, когда я на окраине искал убийцу отца. Мы вместе вышли на человека, который был причастен к этому. У нас обоих к нему были счёты. Потом ещё занимались несколькими делами, но там уже замешана ГСЭБ, и я не могу об этом говорить даже с тобой.
— Она из службы эфоров?
— Нет. Настя… обучала детей фибральным техникам в частной школе. Она тоже занимается акробатикой, бегом с препятствиями и прочим в таком духе. У неё есть опыт преподавательской работы и опыт боевого применения данных техник. Я ей доверяю и хочу, чтобы ты тоже с ней подружилась. Ты всё равно для меня останешься единственной, а к ней… я отношусь, скорее как к сослуживцу. Это совсем другое. Понимаешь?
— Да, кажется, понимаю, — проговорила Зоя.
— Тогда пошли обратно. И даже не вздумай грубить ей. Иначе я тебя отстраню.
— Вот так просто отстранишь? Из-за какой-то… полукровки?
— Да. Потому что мы тут делами собрались заниматься. Наши с тобой отношения — это одно, а дело — это другое. И тебе следует понять эту разницу. Уяснила?
— Да, — вздохнула Зоя. — Уяснла.
— Вот и молодец. Я знал, что ты умная девочка. Пошли. В конце концов, мы ведь после совещения вдвоём время хотели провести, помнишь? Иначе ты не успеешь до десяти вернуться.
— Да-да, точно, — улыбнулась Зоя. — Пойдём.
— И на будущее: прежде чем что-то говорить, думай. Ты меня сейчас, например, просто так обвинила во лжи. Ладно, мы свои. Но в другом месте подобное могло бы иметь серьёзные последствия.
— Прости, я действительно не подумала, — виновато произнесла моя возлюбленная. — Надеюсь, не сердишься?
 
— Как я могу на тебя сердиться? — улыбнулся я и, обняв Зою за плечи, чмокнул в губы.
Я очень надеялся, что Зоя подружится с Настей и не будет устраивать мне скандалов. В конце концов, она прекрасно знает, как тут всё устроено, и что мне рано или поздно придётся заводить «дополнительных» жён. А это не только не осуждалось, но и, наоборот, практически вменялось в обязанность, ведь если твой род не растёт и не множится, значит ты — хреновый предводитель в глазах общественности.
Понятное дело, Зоя всё это знала, но в таком возрасте голову часто затмевают чувства. Рано или поздно они успокоятся, и на первый план выйдут другие вещи. Через три-четыре года у нас Зоей будут уже более прагматичные отношения, но я надеялся, что они останутся по-прежнему тёплыми и доверительными.
А с Настей я пока и сам не знал, что делать. Мы с ней были повязаны государственной тайной и той работой, которой приходилось заниматься по требованию эфоров. А теперь я ей ещё и прикрытие обеспечивал. Очевидно это надолго, если не на всю жизнь.
Ну а пока я собирался открыть школу акробатики, и сосредоточиться следовало сейчас именно на этом.
Но было и ещё одно незаконченное дело, с которым я намеревался разобраться прежде, чем начнётся новое учебное полугодие.
* * *
У дяди Никифора был собственный дом на государственной земле рядом с административными центром. Именно там он вместе с семьёй и жил большую часть времени, а на службу ездил в кантон агемы, которая находилась в том же районе. Кроме этого у него имелась небольшая вилла на побережье Понтийского моря к востоку от Византия. Там он бывал достаточно редко.
Однако в это раз, получив после Нового года отпуск, он вместе с женой и детьми отправился именно туда.
У Андрея было не так много доверенных лиц, чтобы следить за членами моего рода, но для наблюдения за Никифором пара-тройка надёжных человек нашлось. Они следили, как за городским домом дяди, так и за виллой, куда тот поехал проводить отпуск.
И вот к концу месяца стало известно, что семья Никифора покинула прибрежный особняк. Андрей не смог выяснить, куда они уехали, да и Никифор никому не сообщил. Когда я, выдумав какой-то формальный повод, позвонил ему и справился о семье, тот ни словом не обмолвился об их отъезде. Я как бы между делом спросил, отдыхают ли они на загородной вилле, и Никифор ответил, что да, хотя там их уже день как не было. Стало очевидно: дядя скрывает отъезд жены и детей, а это могло говорить лишь о том, что семья бежала из страны, и Никифор в скором времени мог последовать за ними.
Оставалось лишь догадываться, с чем связаны такие манёвры. Очевидно Никифор опасался за свою жизнь. Быть может, он засветился, где не надо, а возможно, служба эфоров начала-таки копать, искать предателей, и Никифор получил определённый сигнал.
Теперь долго тянуть с реализацией моего плана было нельзя. Дядя мог в любой день навсегда пропасть из поля зрения, а этого я допустить не мог.
Мы с Андреем стали думать, как осуществить моё намерение, а вскоре и удобный случай представился.
Как-то утром Андрей сообщил, что Никифор приехал в город и отправился в банк, где провёл два часа. Что он там делал, узнать не представлялось возможным, да только после этого он погрузил чемодан в багажник своего большого синего седана и уехал. Вначале я подумал, что — всё, упустили. Бросив все дела (я сидел в собственном кабинете, возился с бумагами), я отправился по следам Никифором. Наш наблюдатель висел у него на хвосте, и только это давало надежду на то, что дядю всё же удастся поймать.
Но всё оказалось куда проще. Никифор поехал в свою загородную резиденцию.
Особнячок Никифора был относительно скромным — компактный трёхэтажный дом в современном стиле с традиционной террасой на крышей и ещё одной террасой на втором этаже. Офицер агемы получал хорошие деньги, но не такие, чтобы жить на широкую ногу, поэтому и не шиковал в отличие от представителей главной ветви. Охраны у него тоже не было — только сигнализация. Судя по всему, этим вечером Никифор оказался дома совершенно один.