Мой темный опекун (СИ)

И одна прожорливая кошка тоже должна была наведаться проверить свои миски.
– Не понимаю, как Челси нам должна помочь, – проворчал Марк, пытаясь вырвать руку из моих цепких пальцев.
– Ты сможешь её задержать, если она попытается сбежать?
Я была настроена очень воинственно.
– Не слишком ли это жестоко по отношению к животному?
Ещё десять дней назад я бы первая сказала нечто подобное. Но познакомившись с любимицей Пенелопы поближе, поняла, что животинка-то совсем не ангел. Характер у неё прескверный. Хотя это было понятно, ещё когда она была в моём мире и гадила везде, кроме лотка.
Я подвела Марка к дивану, но садиться на него не собиралась, потянула опекуна на пол. Не ожидая этого, Марк потерял равновесие и почти повалился на меня, но, быстро сгруппировавшись, отскочил в сторону, как от огня, и сел рядом.
– Что происходит? – процедил он недовольно.
– Тсс, ждём, должна скоро прийти, главное – не спугнуть твоим появлением, ты ей не нравишься.
Марк на моё заявление только фыркнул.
С завтрака я принесла несколько кусочков мяса из своего бутерброда и положила в миску Челси. Они были целы, а значит, кошка ещё не появлялась. Но она никогда не пропускала утреннюю порцию вкусностей.
– Скоро следующее занятие…
– Ничего, пропустим, – перебила я уверенно. – Она скоро появится.
Марк на удивление быстро перестал спорить. Как и я, он прижался спиной к дивану, чтобы нас не было видно с окна, и соблюдал тишину.
Мой план сработал. Минут через десять я услышала глухой звук – Челси спрыгнула с подоконника на пол. Первым делом она направилась к еде.
Я вцепилась в плечо Марка и многозначительно посмотрела. Сейчас бы не помешала та сдерживающая сеть, которую он использовал на тётушке.
По лицу Марка пробежала тень сомнения в подобных мерах, но он не стал нарушать тишину и принялся плести сеть, соединяя тонкие зелёные линии.
Идеальный план нарушила я. Чтобы не мешать тёмному, я хотела отодвинуться, но из-за длинной юбки не смогла сделать это бесшумно. Задела каблуком деревянную ножку кофейного столика. Этого было достаточно, чтобы животное навострило уши и прекратило есть.
– Лови её! – выкрикнула я, раз уж не вышло поймать кошку внезапно.
Марк не стал медлить. К тому же Челси, завидев Марка, рванула к окну, грозно шипя.
Но он успел накинуть на неё сеть, когда она была на подоконнике.
Вот только к полу её не примагнитило, и скованное животное, к тому же весьма неуклюжее в своём положении, не удержало равновесие. С протяжным воплем Челси рухнула вниз.
– Господи! – только и смогла я воскликнуть, зажимая рот рукой.
Мы убили кошку!
Подскочив к открытому окну, я выглянула на улицу.
Слава богу, мои выводы были преждевременными. Челси, судя по всему, приземлилась на лапы (второй этаж для кошки не так страшен), но пыталась сбежать и застряла в шипастых кустах.
Марк потянул за магическую сеть, от неё будто отделилась верёвка. Как настоящий рыбак, он вытащил свою добычу. А точнее, втащил обратно в комнату.
Кошка возмущалась, и это меня радовало, значит, жива. Но я всё равно волновалась о её здоровье.
– Ты был прав. Это было слишком жестоко. – Повернулась к Марку. Признание его сильно удивило, он во все глаза посмотрел на меня и ухмыльнулся, поняв, что я не шучу.
– Я всё же надеюсь, это было оправдано. Так что я должен узнать?
– Ничего не скажу! – зашипела Челси.
– С чего такая скрытность? – мягко поинтересовался Марк, подходя к животному. У меня же за последние дни силы терпеть поведение кошки закончились, и я была готова сорваться. Зато Марк действовал сдержанно и мягко на этот раз. – Может, есть способ сгладить наши отношения? Как насчёт уточки в сливочном соусе?
Челси перестала изображать змею и затихла, разве что не облизнулась в открытую.
А я не подозревала, что Марк может быть таким искусителем.
– Порцию сейчас, – нетерпеливо согласилась Челси, подавшись вперёд, но сетка удержала. Марк зафиксировал её на полу. – И каждый день на протяжении месяца… Нет! Всей жизни.
Вот кошка! За еду готова продаться. Но сейчас я была только рада этому.
 
– Не перегибай, – не согласился с поставленным условием Марк. – Два месяца вполне достаточно, а там посмотрим, как можно улучшить твоё меню.
– Ладно, расскажу всё, что могу, но учтите, ведьма мне блок поставила, чтобы я лишнего не сболтнула.
Я с облегчением выдохнула.
Ну наконец-то хоть что-то мы выясним.
– Начни с круга, – подсказала я.
– Ой, эти фанатики, – фыркнула кошка. – Пенелопа присоединилась к Светоугодникам после смерти хозяина.
– Какого хозяина? – вставил Марк, нахмурившись.
– Моего истинного хозяина, Варламуса Линдена.
– Значит, примерно шесть месяцев.
Марк скрипнул зубами, стиснув челюсть, и промолчал. Представляю, как он себя сейчас чувствует, бередить свежие раны всегда больно.
– За что она ненавидит тёмных? – задал он следующий вопрос.
Новость о возвращении опасного культа почему-то не впечатлила его.
– Наоборот, она ненавидела культ, ведь именно из-за него осталась сиротой. И, узнав, что Синди и Эдвард вошли в культ, пошла за ними. Для того чтобы разоблачить их. Но возникли проблемы с клятвой, как у тебя.
– А почему ты не помогла?
– Я тогда ещё не могла говорить, да и не пробовал никто так обойти клятву. А потом завертелось, закрутилось… – На последних словах Челси загадочно повела взгляд в сторону и оборвала рассказ на полуслове.
– Что закрутилось? – настояла я на подробностях и тут же пожалела об этом.
– Ну с магистром этим, чересчур внимательным.
– Неро, – ледяным тоном сказал Марк.
– Мур-мяу, верно.
– Это его так боялась Пенелопа? – похоже, мысль, что Неро – злодей, до сих пор не отпускала Марка.
– Ой, ну нет, разумеется! – проворчала Челси. – Последствий. Она боялась последствий и будущего.
Мы с Марком непонимающе уставились на кошку.
– Кто ей угрожал?  – продолжил Марк задавать вопросы. Вообще, очень странно было разговаривать с кошкой. Но я, похоже, привыкла к здешним чудесам.
– Я же сказала, про это не могу говорить, я дала слово не раскрывать чужую тайну. Про культ могу рассказать. Пенелопа думала, что они что-то затевают. Что-то опасное, что она должна предотвратить.
– А потом случилось что-то, что заставило её всё бросить? – догадалась я. С культом она так и не разобралась. Значит, ей что-то помешало. Или кто-то.
Марк задумчиво заходил по гостиной. А я встала у камина, опираясь на полку. Над ним висело зеркало, и в нём отразилось моё лицо.
Моё и Пенелопы.
Что же с тобой случилось?
Светло-голубые глаза медленно моргнули, глядя изучающе, вопросительно.
– Никогда бы не подумал, что Пенелопа может задумать что-то подобное. Заняться чем-то таким опасным, – обронил Марк, вновь погружаясь в свои мысли. Потёр подбородок, покрытый густой щетиной, и растрепал волосы.
За последние дни он будто высох, щёки впали, скулы заострились ещё сильнее, а взгляд стал холоднее. Он слишком близко к сердцу всё воспринимает. И пытается один решить задачу, оказавшуюся намного сложнее, чем виделось на первый взгляд.
Ну не совсем один. У него есть я, но, похоже, я плохо справляюсь.
– Да, и то, что она полюбит тёмного, ты тоже подумать не мог, – не без ехидства заметила Челси.
Клянусь, в её глазах промелькнуло настоящее злорадство.
Кажется, кошка хотела ещё сказать что-то неприятное, но под бушующим взглядом Марка промолчала.
– Она бесстрашная девочка, но иногда в жизни женщины наступает момент, когда нужно подумать о себе. – Челси улеглась. Или, скорее, уселась, сложив лапки на пузо. – Идёт кто-то.
Последние слова кошка сказала с некой ленцой, но всё же мы не стали игнорировать их. Марк метнулся в спальню, а мы с Челси остались на месте.
Синди вошла в гостиную через несколько секунд. Надеюсь, она не слышала, как Марк закрыл дверь.