Куница. Том 2 (СИ)

— What is the result, prince? What fights won an unconditional victory? — спросил один из парней князя.
— What’s the question, Arthur? Of course I won! — ответил Владимир и повернулся ко мне. — Do you speak English, baron?
Я напряг мозги, вспоминая давно забытое.
— I’m much more familiar with the German language, prince, — ответил я как есть.
Немецкий, естественно, знали все офицеры, как основной язык противника. Все документы и основное общение в радиоэфире осуществлялось на немецком. Но я выучил и большую триаду, английский, французский и испанский, что шли следующими по распространённости. Дальше мы говорили уже по-английски.
— Да, даже я слышу акцент, — подтвердил князь и вновь обернулся к остальным. — Друзья, барон Мартен к вашим услугам. Этот благородный муж стоял против меня один на один целую минуту!
Я сразу стал для высокородной компании интересной зверушкой, ходячим аттракционом. Англичане задавали глупые вопросы, есть ли у меня медведь, из какой глубинки я приехал и умею ли танцевать «народные танцы». Мой ответ, что я москвич и медведя у меня нет, островитян разочаровал.
С англичанами мы пересекались редко, потому и язык пришлось в прямом смысле воскрешать в памяти. Во время войны островитяне, насколько я знал, занимались мореплаванием и подавляли волнения в колониях, не пополняя ряды регулярных армий. Злости на них у меня не было, только лёгкое презрение.
Когда иностранцы потеряли ко мне интерес, девушки решили, что я могу поработать официантом.
— Барон, наши тарелки опустели, — посетовала одна из славянок.
Я нашёл взглядом прячущего от нас официанта и кивком попросил подойти. Ублюдок скривил губы в усмешке, потому что слышал — просили меня. Я выразил взглядом удивление его наглостью и посулил неприятности лично ему и всем его близким заодно. Парень, наконец, сообразил, что пусть я и «всего лишь» барон, но мало ли кого светлейший князь с собой приволок. Очень хотелось снисходительно улыбнуться девушке, но сдержался. Сейчас лучше изображать истукана, минимум эмоций и телодвижений в сторону благородных особ. У меня пока веса нет, чтобы характер показывать.
— Вы танцуете, барон? — обратилась ко мне другая.
— Бальные танцы, леди, — уважительно кивнул.
Мне их не представляли, так что я понятия не имел, кто здесь есть кто. А девушка поднялась, изящным движением сбрасывая шубку и оставаясь в шикарном вечернем платье. Что здесь скажешь? Порода. И это даже не комплимент девушке, а просто констатация факта. Тысяча лет скрещивания и выведения лучших из лучших на лице, да и на всём теле. Девушка выглядит на девятнадцать, хотя на деле ей точно больше двадцати, наверное, двадцать два или двадцать три. Члены древних родов медленно взрослеют и медленно стареют.
— Музыку! — потребовала она.
И было ей плевать, кто и как будет выполнять это требование. Эти привыкли править, привыкли, что их желания достаточно, чтобы вокруг все бегали и исполняли.
— Леди, окажите мне честь, — протянул руку, галантно, насколько умел.
Меня вновь оценивающе осмотрели, прежде чем согласиться. Да и персонал успел включить подходящую музыку и растащить столы.
Мы танцевали. Девушка была великолепна, в сравнении с Ольгой просто пропасть. Сам себе я казался неуклюжим и неловким, хотя и выполнял всё требуемое чётко и чисто. Вскоре к нам присоединилась ещё одна пара, англичанин пригласил одну из славянок. Владимир приглашал иностранку, но та отказала, отчего князь посмотрел на меня с неприязнью. И да, я не при делах, но иди докажи. Всё это приходилось отмечать периферийным зрением, поскольку девушка не сводила с меня взгляда. Мы так и танцевали, глаза в глаза.
— Вполне неплохо, барон, — признала девушка, когда мы остановились. — Елизавета.
— Для меня было честью танцевать с вами, Елизавета, — кланяюсь.
Я не обольщаюсь, девушка забудет обо мне раньше, чем я покину это негостеприимное место. Ещё около часа я развлекал своим присутствием высокородных и гостей, прежде чем компания собралась двигаться дальше. Владимир, успевший выпить, по окончании сунул мне пачку купюр и подмигнул, отпустив на все четыре стороны. Можно было бы возмутиться, оскорбиться и так далее, но... Не стоит. Эти люди из самой верхушки общества, здесь и сейчас мне невыгодно их внимание. Конкретно этих господ. Да, он бросил мне подачку, как какому-то слуге, и что? Моё дело куда важнее мелкого оскорбления от напившегося княжича.
 
Выйдя на улицу и накинув куртку, я улыбнулся Олегу и подал ему пачку «чаевых». Нет, с князем Волконским мне не по пути на дороге жизни, пусть лучше он забудет и об этом дне, и обо мне.
 Глава 13 
Как много, оказывается, можно успеть сделать, если несколько дней не тратить на поездки в лицей и на всяких взбалмошных особ. Оставшиеся дни до Нового года я тренировал рекрутов и Данко. С цыганёнком было проще, у него не имелось знаний, его не требовалось переучивать, он сразу изучал магию правильно, по методикам, что разработают только через пару десятков лет. Рекрутов же я переучивал, порой долго и упорно объясняя, почему вещи, которые им уже стали привычны, ошибочны. А затем вырабатывал новые рефлексы многочисленным повторением и отработкой базовых приёмов.
В новогоднюю ночь провёл на себе ритуал. Этот был намного проще сердца четырёх, потому уже вечером первого числа я занялся своим развитием. До последнего сомневался: ставить колодец или завершить звезду. Решился на звезду, начал растить кастрированного зверя. Его будет достаточно, чтобы реализовать потенциал Аида, большего мне и не надо. Два дня я занимался только тренировками и саморазвитием, подтянул вертекс до восьмого ранга и начал формирование биста. На узел уйдёт не меньше месяца точно, возможно, полтора или даже два. А затем ещё столько же, чтобы пять отдельных узлов стали звездой. Но оно того стоит.
Однако всё хорошее кончается, и сегодня ко мне приехала Славяна. В другой ситуации я был бы даже рад визиту красивой девушки, но она приехала не ко мне, это слегка обидно. Кудрявцева была как всегда прекрасна, чёрные элегантные сапоги, тёмные брюки подчёркивали ножки, жакет с прозрачными рукавами... Такое чувство, что она приехала с какого-то праздника или с пресс-конференции. Причёска, макияж, Славяна била из всех орудий, повергала и брала в плен.
— Ты восхитительна. Дай мне пару секунд, запечатлеть в памяти этот миг, как лучший в моей жизни.
Девушка остановилась, удовлетворённо улыбнувшись. Произведённый эффект ей нравился. Шедший следом шофёр нёс объёмную сумку.
— Насладился?
Отрицательно качаю головой:
— Эту чашу наслаждения невозможно испить до дна. Рад тебя видеть, добро пожаловать, и с наступившим Новым годом.
— Привет. Поставь и можешь идти, — второе было адресовано водителю.
Когда мужчина удалился, Славяна заявила:
— Мне нужен настоящий зверь! Мой! Никаких полумер.
Мысленно морщусь, понимая, что в скором времени среди нас будет не просто взбалмошная особа, а этот самый настоящий зверь. В прямом смысле этого слова. Скучать точно не придётся.
— Решать тебе, Славяна, но я обязан спросить. Твои родители знают о твоём решении?
Девушка хмыкнула:
— Это имеет значение?
Развожу руками, как бы извиняясь:
— Я должен быть предупреждён, если они могут заявиться ко мне с желанием открутить голову.
Славяна рассмеялась. Она снова смеётся даже над самой простой шуткой.
— Не волнуйся. Не знаю, за кого ты меня держишь, но такие решения я обсуждаю с близкими. Это было не просто, но я умею быть убедительной.
Почему-то я уверен, что она либо соврала родителям, либо рассказала далеко не всё, но спрашивать, конечно же, не буду.
— Хорошо. Тогда идём, займём один из залов. Дай мне пару минут, я закончу с остальными.
Сумку, естественно, предстояло тащить кому угодно, но не ей. Что ж, видимо, это предстоит сделать мне. Ингредиенты. Сэкономят моё время и силы. Из перехода в коридор за нами наблюдал Данко. К счастью, Славяна пошла в другом направлении, и стоило ей удалиться, как цыганёнок не удержался.