Жена императора-изгоя (СИ)

- Это может нести опасность для ребёнка?
- Как и ваше нестабильное состояние. Ничего нельзя сказать наверняка. Но дети драконов очень сильны и приспособлены к трансформациям. Обычно будущие матери без проблем перекидываются в ящеров. Кто знает, как малыш повлиял на ваше состояние. Возможно, он стал проводником древней силы.
- А можно будет прервать ритуал, если что-то начнёт идти не по плану? – спросила с тревогой.
- Прервать-то можно… - вздохнул Горин. – Но мы совершенно не представляем, что в вашем случае есть «по плану». Всё равно, только вы можете принять решение. Мне останется подчиниться вашей воле.
- Я подумаю, - кивнула.
- Хорошо. Тогда, считаю, что нам стоит отменить занятие. Я пойду в библиотеки и начну искать всю доступную информацию. Плохо, что ундины исчезли. Наверняка у них тоже имелись древние записи… - горестно вздыхал гном, пока мы шли обратно.
Через пару дней наставник потащил меня к знахарке, которой я пересказала всё то, что до этого поведала Горину. Толика не была настолько же ошарашена услышанным.
- Честно говоря, что-то такое я сама подозревала, - пробормотала гномка. – Уж очень нетипичные у вас магические каналы. Даже для драконов-помесков.
- Я уже раскопал кое-что, - сказал Горин, по привычке дёргая себя за бороду. – Мне нужна будет твоя помощь, Толика. Ты сможешь контролировать раскрытие каналов и течение по ним магии?
- Попробую. Никогда ничем подобным не занималась, - покачала головой знахарка, звеня обильными украшениями.
- В таком случае продолжу поиски, - засуетился Горин и немедленно нас покинул.
- Я боюсь за ребёнка, - поделилась со знахаркой. – И не знаю, стоит ли говорить обо всём Ярхорну. Он может поддаться неправильным порывам и примчаться сюда.
- А разве они такие уж неправильные? – в своей манере ответила Толика.
- Неужели можно оставлять народ без правителя во времена войны? Он нужен на передовой.
- Ты не знаешь, что уготовили для вашей пары высшие. Вдруг твой муж как раз нужен здесь? Что, если твоё появление в этом мире и война с саламандрами неразрывно связаны?
- Я не думала об этом.
- То-то же, - усмехнулась гномка.
После этого разговора прошло две недели, прежде чем ко мне в комнату постучал Горин. Выглядел наставник взбудоражено, напоминая сумасшедшего учёного. Его всегда ухоженная и аккуратно заплетённая борода растрепалась и теперь волочилась вслед за гномом по земле, туника выглядела изрядно измятой, а глаза лихорадочно блестели, выдавая внутреннее состояние Горина.
- Я нашёл! – воскликнул он, вваливаясь в комнату. – Нашёл! Очень древний ритуал по открытию потоков. Это невероятно! Такие сокровища таились в нашей библиотеке, стоило только копнуть глубже.
Я молчала. За прошедшее время успела раз двадцать поменять решение. Меня бросало из стороны в сторону, словно мелкое судёнышко по огромным, штормовым волнам. То мне хотелось рассказать Ярхорну обо всём, то накатывал страх, и я ощущала, что не смогу пойти на риск и принять участие в ритуале, а значит, и мужа тревожить не стоило.
В данную минуту, когда Горин ворвался ко мне в таком состоянии, отчего-то я ощутила непоколебимую решимость. В голове всплыли слова Толики о судьбе и предназначении каждого существа в мире. Я вдруг ощутила, что поступлю правильно, отдав себя в руки Горина и знахарки. Каким-то внутренним чутьём чувствовала, что гном прав в своих выводах относительно моей магии.
Горин привёл меня на поляну в отдалении от горного поселения. Мы добирались до неё шесть часов. Слишком уж гном боялся, что я могу навредить кому-то. Он привёл нас в такую глухомань, что здесь даже птицы не пели.
- Сакральное место, - торжественно проговорил Горин, становясь в центре каменистой площадки. – Здесь магические потоки сплетаются воедино и льются беспрепятственно. Редкая удача иметь неподалёку подобное пространство.
Охрану мы оставили в нескольких сотнях метров от места проведения ритуала для их же безопасности. Горин разложил по кругу пять больших кристаллов и указал мне на место в центре. Когда пришло время творить магию, честно признаюсь, я спасовала. Мне хотелось сбежать и лучше всего к Ярхорну в объятия, но понимала, что отступать поздно, поэтому безропотно заняла позицию.
 
Толика встала в десятке метров от основного места действа, спрятавшись за огромный валун. И как оказалось позднее, знахарка поступила разумно. Как только Горин монотонно начал бубнить заклинание, я почувствовала внутри что-то непонятное. Сначала меня обдало волной жара, и сразу же накатил ужасный холод, а после все ощущения слились в такую мешанину, что я просто растерялась, не успевая отслеживать собственное состояние. Молилась лишь о ребёнке и мысленно просила у Ярхорна прощение за то, что решилась на столь безрассудный шаг, не посоветовавшись с ним. Я хотела сказать мужу после того, как уже всё свершится, чтобы он лишний раз не переживал за отчаянную жену.
Горин продолжал бубнить непонятные слова, а я теперь даже мыслить нормально не могла. Всё внутри гудело и вибрировало, мысли разбегались в стороны, а сердце колотилось о рёбра как безумное. В какой-то миг все ощущения на несколько секунд смолкли, а потом обрушились лавиной, грозя раздавить меня под своим весом. Я закричала и упала на колени, впиваясь ногтями в камень. Пальцы начали удлиняться, указывая на трансформацию. Моё тело становилось драконьим, но что-то было не так. Я уже перекидывалась в ящера, и всё проходило легко, не вызывая болезненных ощущений. А сейчас меня буквально ломало, как деревянную куклу.
Я чувствовала каждый сустав и сухожилие. Мне казалось, что они рвутся в клочья и выворачиваются наизнанку. Крик драл горло, уносясь к небу. Я видела, как расту в размерах, а потом всё пространство вокруг вспыхнуло огнём. Моя кожа пылала, заставляя Горина пятится в поисках укрытия. Но гном ни на миг не прервал чтения заклятия.
И когда казалось, что я вот-вот сгорю заживо, тело пронзило холодом. Внутренности будто в ледышку превратились. Я рыкнула и увидела, как в воздухе заискрилось серебристое облачко из мелких снежинок. Не успев слиться с новой магией, я уже уплывала в другой поток. Сначала ощутила ни с чем не сравнимую лёгкость, а затем нечто странное завибрировало глубоко внутри. Эта вибрация нарастала до тех пор, пока не заполнила сначала всю меня, а потом вырвалась наружу, создавая мощную ударную волну. В то же мгновение пять вихрей закрутилось возле кристаллов: огонь, земля, чистый воздух, вода, огонь и пятый – зелёного цвета. Я видела, как в нём мелькают мелкие листья, но никак не могла понять, что это за стихия.
Но раздумывать долго не пришлось. Тело снова начало ломать, но теперь оно уменьшалось. И этот процесс был гораздо болезненнее предыдущей трансформации. Я держалась за реальность из последних сил, но всё же не смогла справиться с болью и снова уплыла в темноту. На этот раз краем сознания молилась о том, чтобы упасть в обморок, хотя самой это всё порядком надоело.
Но беспамятство не принесло облегчения. Мне казалось, что я попала на огромную сковородку, которая стоит на огне, и меня медленно поджаривают, словно цыплёнка. А потом накатывал жуткий холод. Такой, от которого кожа покрывается кровавыми волдырями. Я не понимала, как облегчить свои муки, даже о ребёнке забыла, мечась в нескончаемой агонии. Периодически в мой личный ад пробивался родной голос. Я цеплялась за него, как утопающий за соломинку, но не могла надолго сфокусироваться, снова проваливаясь в бесконечные муки.
- Жизнь моя, - звучало эхо в тёмной горящем или замерзающем пространстве. – Любимая…
- Забери меня отсюда! – кричала в темноту, обхватывая себя руками. – Умоляю…
Я не могла понять голос – это галлюцинация или вожделенная реальность. Мне казалось, разум окончательно помутился.
- Эбби, - хриплое. И за именем приятное дуновение. Оно приласкало висок, завершая бесконечные пытки.
- Пожалуйста, - прошептала, не зная толком, о чём прошу. Чтобы повторилось это ласковое касание воздуха или?..