Тьма поглощает твердь (СИ)

Влад накинул глубокий капюшон и громким голосом продолжил обучение:
— Наденьте капюшон. — Он подождал, пока все исполнят его просьбу. — Так, теперь Грум активирует дополнительные опции…
Я смотрел перед собой в треугольный вырез. Когда перед глазами замерцала и повисла прозрачная голограмма, из глубины капюшона послышался роботизированный голос Грума:
— Активна система тепловизора. — Цвет голограммы сменился сизоватым, люди передо мной окрасились алым, а над головами полупрозрачным шрифтом обозначались имена. — Активна карта местности — в левом нижнем углу отобразилась виртуальная карта, больше похожая на спутниковый снимок, с отмеченными на ней людьми и центрирующаяся на мне. — Состояние брони и оружия. — Появились сегментированные контуры человека в комбинезоне и плазменного пистолета. — Динамическая мишень. — На прозрачной мембране голограммы в центре повисла еле различимая прицельная сетка, объекты на которых заострялось внимание, немного подсвечивались, упрощая прицеливание.
Мы успели совершить лишь несколько выстрелов с накинутыми капюшонами, когда возрастной мужчина в плаще и с кейсом у ног, закончив стрельбу, убрал пистолет за пояс.
— Так! Хоть это и несказанно весело, я предпочитаю отправиться к месту назначения, — сказал Клим и поднял кейс с земли.
Водитель Женя, осунувшись, побрел к микроавтобусу, п
оложил оружие обратно в бардачок и помигал ослепляющими глаза фарами.
— Все едем. — Усевшись за руль, Женя захлопнул дверь и уставился в окно.
Вслед синтезированным человеческим голосом заговорил кейс в руках Клима:
— Высота — сто семьдесят. Направление — северо-запад. Три объекта со средней скоростью двести сорок километров в час.
— Ну все, дострелялись! — вырвалось у меня изо рта.
Стоя на ровной каменистой площадке, трясущимися руками я стянул капюшон. Вместе с Ларой и Жаном уставился на все еще открытый вход в бункер. До него было метров тридцать неровного пути.
— Отставить панику! — со смехом в голосе сказал долговязый человек в плаще.
Нарастающее шипенье заполнило небосвод. Взгляд скользнул по макушкам деревьев — над лесом показался сигаровидный аппарат на четырех двигателях торчащих по бокам корпуса. Из объемных сопл выходило ровное сине-голубое пламя. Быстро пролетев над нами, он скрылся за зеленой стеной ельника. По той же траектории пронеслось еще два дрона на плазменной тяге. У последнего из открывающихся створок фюзеляжа показался лафет с авиа пулеметом.
— Грум нас еще ни разу не подводил.
Клим проводил взглядом воздушный патруль. Все также с гордым видом похлопал по боковине кейса. Проскальзывая на окатанных камнях, прошел к машине. Под затихающее шипение я переглянулся с Ларой — девушка приподняла бровь и пожала плечами.
— У нас мало времени, — проронил Влад, проходя мимо нас.
Забывшись и протараторя мне что-то на своем языке, Жан проследовал за ним. Напоследок я взглянул на темное шевелящееся пятно в небе: уходя вдаль и смещаясь в сторону, оно почти скрылось за верхушками деревьев.
Команда из шести человек расселась по местам: Жан плюхнулся на задний диван, Лара заняла одинокое место у двери и откинулась в кресле, рядом с Жаном присел Клим и поставил у ног седьмого участника группы — чемоданчик с Грумом, на один из диванов у столика прилег Влад. Я сел напротив распластавшегося человека из будущего, сложил руки на стол и уставился в окно. За моей спиной закряхтел водитель, и мы поехали.
«Буханка» резво неслась по окатанной гальке пересохшего русла. Некогда горная река изредка извивалась, мелькая каменистыми берегами, начала убаюкивать. Я перевел полусонный взгляд на Лару: девушка не обращая на меня никакого внимания, смотрела в окно. Мельком взглянув в мою сторону, откинулась на спинку кресла, закрыв глаза, демонстративно принялась засыпать. С заднего дивана раздался храп Клима. Борясь со сном, я посмотрел в экранированное окно, на которое проецировался высотный рельеф местности и множество каких-то числовых показателей. Свет в салоне стал приглушенный, заставив забыть, что за окном раннее утро. Недополученные часы сна брали свое, и веки начали слипаться. Голос водителя Жени за спиной, ненадолго разогнал мой сон:
 
— Я недавно в «Ополчении», и даже не интересуюсь тем, что происходит. До того как машины сели за руль, я работал водителем на маршрутном транспорте. — Евгений слегка дернул руль в сторону, объезжая очередную преграду на дне пересохшей реки. — Грум мог бы безопасней и быстрее довести нас, но я ему это позволить не могу. Ведь я человек и зачем-то нужен этому миру. До всего этого по якутским горам ралли устраивал.
Попутно зевая, из вежливости я произнес:
— Что за «Ополчение», от Аваддона ополчились?
— Да, и от него тоже, — ответил Женя. — Лет десять назад они раскрыли свой истинный лик: «Последние свидетели» тайно правили миром, на протяжении веков, все старались подвести человечество к концу времен. Я поздно заметил изменения, потерял близких, посмотрел на Ад заполнивший города и примкнул к ополченцам.
— В Златоусте их много? — спросил я водителя.
— Почти весь город. Когда начался повальный мор, лишь несколько оазисов миновала эта участь. — «Буханка» выехала со дна песчаной реки на проселочную дорогу. Вид из окон плавно сменился на синюшный местами переходящий в желтый. — Златоуст с его природной аномалией. Густав собрал там вокруг себя людей, показал им путь — путь борьбы. Но опять-таки я не сильно вникал в это.
Влад, развалившись на диване и слушавшая наш разговор, продолжил:
— Когда соберем армию, выдвинемся в направлении тьмы в небе — ту, что ты с Жаном видишь, — Влад, опираясь на локоть, немного приподнялся и полушепотом произнес:
— Я вижу, что у вас с Ларой симпатия друг к другу. Я очень хорошо знал ее родителей, но спасти их не смог. Зато Ларе помог с экранированием ее квартиры. Она мне как младшая сестра. Я надеюсь, ты сможешь ее защитить.
— Конечно, смогу, — ответил я, чувствуя себя как на каком-то сватовстве.
Заслышав ответ на свой вопрос, Влад поправил рюкзак под головой и принялся засыпать.
Я взглянул на девушку с фиолетовыми волосами: опустив спинку, она лежала в кресле, запрокинув голову. В центре лба появилась яркая точка — пронзив крышу, в мгновение из нее вышел столбик радужных цветов, опоясанный золотистыми нитями.
— Таких я еще не видел!
— Что там у тебя? — задал мне вопрос водитель.
— Еще одни способности иного мира. «Зная, что душа есть и погибать не страшно», так один друг говорил.
— Какие именно способности? — вновь зазвучал голос водителя за моей спиной.
— Перемещенные видят душу погибших. И… — Изо лба, лежавшего напротив Влада, взмыл яркий цветастый луч. — И во сне, похоже, что душа отправляется на прогулку.
Заметив какое-то мелькание на заднем диване, я привстал с места: энергетические столбы, но мутные и бесцветные, выходили из голов Жана и Клима. Они почти не источали свет и струящихся вокруг нитей, тоже не было.
Микроавтобус въехал в смешанный лес — густой кустарник, скрывающий поросшие травой колеи сменился редко растущими деревьями с завалами валежника. Всматриваясь в инфракрасную проекцию на окне, я начал замечать среди воронок и поваленных деревьев разрушенные полуземлянки. Мы проехали еще глубже в лес. Я уже перестал всматриваться, а наблюдал за ужасающей картиной: кто-то нещадно сровнял с землей скрытое от глаз небольшое поселение.
— Что здесь произошло?
Водитель тяжело выдохнул и сделал окна прозрачными: зачищенная обстрелами середина леса была похожа на сводки с боевых действий в моем времени. Неорганизованное поселение из бревен и листов пластика смешалось в один сплошной завал. Разбросанная утварь клочки одежды и белеющие из-под листвы скелеты людей.
— Тревога и страх, главные наши враги. Когда все началось, люди решили что уйти в леса это лучший вариант. Я ведь тоже рюкзаки поковал.
Повисла пауза. Евгений объезжая неровности вырулил из леса на поросшие бурьяном поля.