Тьма поглощает твердь (СИ)

— Что надо?
— Сосуд у вас? Или два. Чем больше, тем лучше.
— Только один. Да и зачем вам это знать. Все равно хрен его возьмете.
Хельга легкими прыжками поднялась по ступенькам, выставила перед собой руку с железной перчаткой — быстро отделяющиеся части начали залетать в отверстие смотрового окна — хаотично двигаясь по ту сторону двери, напоминали рой ос. Один кусок угодил в ногу Бориса и прошил голень на вылет. Борис осел на пол. Опираясь на автомат, как на трость, начал отползать. Магнитные куски уже не долетали до него, а по одному со шлепками стали прилипать к железной двери.
— Вот же сука! Глеб, ты видел? Как там Эд?
Демоны на широких ступенях магазина блокировали вход. Лаура стояла в стороне, наблюдая за происходящим.
Сверху, из-за угла плоской крыши показался Глеб — открыл огонь из ним же сооруженной бойницы, из лестницы-стремянки и квадратного люка в потолке. Очередь автомата пробороздила Слима сверху вниз, оставив полосу серых потеков. Демон начал рассыпаться в воздухе, превращаясь в тающее облако — одежда плавно опала, автомат с лязгом упал на ступени.
Хофман приподнялся и взмыл вверх. Направив ладони вниз, невидимой силой придал себе импульс. Запрыгнул на крышу, устремился к люку. По пути вынимая металлический зонт из-за спины, издал неестественный рык. Глеб судорожно ухватился за стальную крышку, стал пригибаться, закрывая бойницу. Успев в последний момент задвинуть засов, Глеб слез со стремянки. Подбежал к раненому брату, лежащему у вольера. Глядя на Бориса, он начал говорить, но уже не так уверенно, чем несколько минут назад:
— По-хорошему завалить надо Эда. Чтоб сосуд им не достался.
Меня как будто ударили словом. Завалить!!!
— Эй. Сектанты недоделанные, заканчивайте цирк. Белок наслушались, идиоты!
— Да что мы, по-твоему изверги, отморозки? Я вот вообще первый раз человека убил. Да и не человека вовсе — сказал раненый.
Засовы на дверях и люках начали подергиваться. Борис второпях посмотрел на ногу, затем на брата. Перевалившись на бок, достал ключ и провернул его в амбарном замке. Выпустив меня на волю, начал озвучивать план отхода:
— Братишь, ты иди впереди с Эдом, дай ему Макарова. А я за вами, если не буду успевать, не отвлекайтесь на меня.
Пока я вылезал из клетки и разминал затекшие конечности, братья перебинтовывали ногу и мастерили из досок костыль. Оторвавшись от работы, Борис обратился ко мне:
— Нет! Макарова дай мне, рука будет занята. А с плеча только Рэмбо стреляет.
Я взял автомат и передал пистолет. Дернул затвор и поставил на предохранитель. Не так давно на стрельбы с группой ходил, вот неожиданно и пригодилось. Из-за спины Глеба виднелся широкий ствол помпового ружья. Мы начали приближаться к кирпичной стене. Братья, как настоящие близнецы, стали действовать без слов, на интуитивном уровне. Мы с Борисом укрылись за колонну напротив кирпичной стены. Глеб побежал к стене, по пути подхватив одной рукой весомую кувалду. Размахивая ею в воздухе, с грохотом ударил — несколько кирпичей вылетела наружу. Он вынул из кармана гранату, вложил в образовавшийся проем — придерживая, выдернул кольцо — после чего резко устремился к нам. Как только он сел рядом со мной — раздался взрыв. Затем он подтянул бинты на ноге брата и вколол в ампулу обезболивающего. Почти моментально повеселел взгляд Бориса. Стало видно, что еще немного и костыль ему будет не нужен.
Засовы дергались все интенсивнее. Демоны снаружи становились все злее, если, конечно, это чувство у них есть. Царапая ржавую дверь, магнитные куски выписывали круг, совершив поворот, прилипли на стальной засов. Засов с грохотом дернулся в сторону — дверь распахнулась, осветив три фигуры худощавых существ на противоположной стороне магазина.
— Быстрее, быстрее. Вы что телитесь, ребятки, — послышалось впереди. Борис уже обгонял нас, ловко переваливаясь и занося костыль броском вперед. Перебравшись через проем в стене, он остановился у большого провала. Дожидаясь нас, начал прицеливаться в разорванную дыру кирпичной стены.
 
Я выбрался из проема и побежал. Страх. Четкие выверенные движения, как будто не мои. И все это будто не со мной. Когда мы забежали за линию огня. Борис нажал на спусковой крючок — пули прошли выше показавшейся в проеме Хельги, осыпая ее голову красным кирпичным порошком. Борис снова устремился вперед, к стене Раздела. Даже с перемотанной ногой он обогнал меня.
Демоны как будто парили над землей, еле задевая кончиками носков ботинок зеленую траву. Бежать требовалось все быстрее и быстрее. Оглянувшись, я заметил, что одетый как рэпер-демон вооружен стальным зонтом. Треугольная блестящая пластина с заточенными краями вылетела в направлении меня, пролетев совсем рядом, воткнулась в край обрыва, отколов кусок земли. Жар прильнул к лицу, ноги понесли быстрее. Мы перемахнули за небольшой бугорок и тут же разом начали стрельбу по преследователям. Серокожие, как один повалились на землю и стали перекатываться к ближайшим возвышенностям — в ответ зазвучали выстрелы. Передышка. Вот она, пожалуй, в нашу пользу: эти «серые» нисколько не устали.
Глеб, посмотрев на брата, перекинул взгляд на меня и принялся быстро объяснять:
— Четвероногие твари нас уже услышали — скоро будут здесь. Живут они в норах, — высунувшись ненадолго, он прошелся очередью по всем видимым возвышениям и тут же продолжил. — Их много нарыто. Одна возле стены Раздела, вроде бы ведет на ту сторону.
Я понял, что наше спасение туманно. Малая надежда.
— А твари, твари там? Как с ними?
— Понадеемся, что они сегодня в других норах, — проронил Глеб и продолжил объяснять план отступления: — Отползаем по одному. Ты, Борис, как раненный — первый. Если ползти по прямой, метров тридцать будешь незаметен. Эд, а ты еще и мутировать можешь — ползи второй. Я за тобой пригляжу.
Борис пополз, волоча раненую ногу за собой. Мощные руки и торс резво и играючи тащили тело в направлении норы, которая виднелась метрах в ста от нас. Я пополз следом, заметно медленнее раненого культуриста. Глеб, давая нам фору, продолжал отстреливаться и, наконец, направился за нами. Он передвигался раза в три быстрее меня. Сорвавшись с места в бег, он обогнал меня, попутно подхватил брата с земли. Пробежав с ним, перехватил за шкирку, забросил в нору и направил на меня помповое ружье. Начал палить как бешеный, рывками перезаряжая и быстро прицеливаясь — картечь со свистом пролетела мимо в направлении демонов. Дождавшись окончания пальбы, я подскочил, добежал до Глеба и нырнул в подземные лабиринты. Глеб залез наполовину и начал отстреливаться, как из дзота. Опираясь на локти, я быстро перебирал коленями, Автомат втыкался дулом в свод и бил прикладом по пояснице. Впереди кто-то громко захрипел. Фуф, это же Борис.
— Черт, и напугал же ты меня!
— Ну, извиняйте, — прокряхтел ползущий в норе здоровяк.
Пологий глинистый склон постепенно выходил на прямую — мы явно находились под стеной Раздела. Свет в пещере исходил от стен. В этом мире вся материя излучала свет, но он становился все тусклее, уступая место тьме. Глеб перестал отстреливаться и устремился за нами. Судя по звуку его передвижения, он не уступит по скорости демонам. Борис впереди вскрикнул от неожиданности. Догнав его, я увидел: нора наткнулась на край острова, висевшего в темном пространстве. Светящаяся пыль из-под моих ладоней, осыпаясь, уходила в бездну. Низ этого мира раскрылся передо мной: множество глиняных перевернутых полусфер с медленно осыпающимися краями висели в черной бесконечности.
К счастью, нора огибала провал и шла наверх. Мы начали понемногу пробираться наружу, подтягиваясь на земляных выступах. Я выбрался и оказался посредине небольшого квадрата фундамента.
— А-а-а. Давай же!!! — Борис принялся вырывать из земли бетонную сваю, вложенную в одну из сторон фундамента.
Вылез Глеб. Пробегая мимо, оттолкнул меня, подбежал к брату и вместе с ним взялся за бетонный снаряд. Подхватив и подняв над собой край сваи, они бросили его точно в выход пещеры. Глеб перекинул из-за спины ружье и начал палить. Но не по норе, а по железным листам верхушки Раздела — оглушительные хлопки слились со стальным звоном.