Великан Севера (СИ)

Ответ от Императора прибыл внезапно, когда я уже начал думать, что он решил проигнорировать моё письмо. В нём он искренне извинялся за задержку, ссылаясь на поддержание секретности и изложил его собственный план действий. По плану Тита Мида II угроза вампиров из клана Волкихар будет решена радикально, и прямо сейчас в Хай Роке и Солитьюде формируются флоты, которые в будущем не только блокируют сам остров и стоящий на нём замок, но возьмут на себя функцию переброски десанта. Для боёв на суше в Скайрим будут направлены два полнокровных легиона, с усилением в виде почти пятисот жрецов и монахов из множества аббатств со всей территории Империи, в качестве разведки и контрразведки в Скайрим прибудут триста агентов Пенитус Окулатус, во главе с командиром Мароном. В общем, вампиры Волкихар доживали свои последние деньки, ибо с такой мощью, которая собиралась на них обрушиться, они справиться точно не смогут.
Поделившись с Гунмаром, как нынешним главой Стражи Рассвета, полученными новостями, на его лице я увидел такой оскал, что не знай я точно, что он не имеет никакого отношения к оборотням, то решил бы, что передо мной сидит матёрый вервольф, учуявший кровь своей добычи. Получив от меня сведения, когда примерно начнётся десантная операция, он начал стягивать к побережью недалеко от замка Волкихар все имеющиеся у него силы, в том числе полсотни закованных в броню троллей.
С гонцом, принесшим послание от Императора, прибыли несколько мужчин в простых мантиях, которые представились членами ордена Мотылька Предка и попросили предоставить им обнаруженный мною Древний Свиток. Получив его в свои руки, они тут же начали его изучение, в предоставленном им для этого здании в магическом квартале Зала Титанов. Через пару дней, проведя всё это время почти в полной изоляции, монахи покинули предоставленные им помещения и объявили, что в данном Древнем Свитке содержится пророчество о свержении «Тирании Солнца», и объяснили условия, при котором оно произойдёт. Если отбросить всю и так известную мне мишуру, то получается, что самым важным для исполнения пророчества является кровь Дочери Хладной Гавани, одна из которых находится у меня в плену, одна пропала без вести, а о остальных ничего не известно. Так что распрощавшись с монахами, двое из которых отправлялись обратно в Сиродил с плотными повязками на глазах, и передав им обнаруженный мной Древний Свиток, я всё же смог получить от них способ напрямую с ними связываться, чтобы в случае чего, не беспокоить Императора, если мною будет обнаружено нечто подобное.
Имея на руках полный текст пророчества, заручившись поддержкой Империи, и получив от Сераны все возможные сведения, пришло время решить её судьбу. С одной стороны, она была ключевым ингредиентом для события способного уничтожить всю жизнь на планете, а с другой, молодой ещё девушкой, пусть и замаравшейся в очень поганых вещах, поэтому, а может ещё потому, что с возрастом я стал немного сентиментальным, мною было принято решение отправить её на исцеление к Фалиону в Морфал. Ведь исцелившись от вампиризма, она потеряет всю ценность для своего отца и перестанет представлять реальную угрозу, да и подарить ей шанс на нормальную жизнь было бы правильно.
Транспортировка Сераны в Морфал прошла без особых эксцессов, её, плотно закутанную в цепи, положили в ящик, и довезли до места назначения в одном из торговых караванов. Так как никаких срочных дел у меня не было, этот караван сопровождал я лично, не только чтобы проконтролировать превращение вампирши обратно в человека, но и посмотреть на сам ритуал. Фалион, теперь обитающий не в таверне его сестры, а богатом особняке на окраине болот встретил нас тепло, и услышав с чем ему предстоит работать, лишь горестно вздохнул и отправился готовиться к ритуалу.
До следующего утра, когда и произойдёт сам ритуал, мне удалось проверить работу своей фактории и порта, а также оценить скопившийся в гавани флот. Вечер я провёл в компании ярла Идгрод Чёрной, в ходе которого пытался разобраться в её туманных речах намёки на события будущего, часть из которых уже никогда не случится. Ночь же была проведена в ожидании и общении с Бабеттой, ставшей из старого вампира и ассасина Тёмного Братства, почти обычной девочкой своих лет, пусть и с намного более взрослым взглядом на мир. Как намекнул мне Фалион, возвращая Бабетту в человеческий вид, он немного поработал над её разумом, отчего она теперь воспринимала своё кровавое прошлое как нечто малозначимое, а самые травмирующие моменты и вовсе оказались стёрты из её памяти. По его словам, так было намного проще и правильней, чем выпускать в мир кровожадную тварь, которая не только имела весьма скудные знания о такой вещи как мораль и сострадание, но и могла спокойно вернуться к своим старым занятиям, став только опасней. Так что на мою просьбу сделать что-то похожее с Сераной, он лишь печально кивнул и заверил меня, что утром она станет просто молодой девушкой, у которой будет шанс прожить нормальную и счастливую жизнь.
 
Ритуал, проводимый на древнем капище, не сопровождался яркими вспышками и прочими фокусами. Освобождённую от оков Серану просто положили на алтарь, а затем Фалион вытащил из её тела астральную проекцию или призрака, и начал проводить с этой субстанцией некие манипуляции, я, как мало сведущий во всей этой магии почти ничего не понял. А вот сопровождающая меня Изабелла была в полном восторге от работы мастера, периодически делая в своей записной книжке какие-то пометки. Как только из-за горизонта показались первые лучи солнца, призрак Сераны, ранее парящий над алтарём, вновь опустился в её тело, и она, наверно впервые за долгое время, сделала глубокий вдох.
Истощённый Фалион, сказавший, что ритуал дался ему тяжелее чем он предполагал, отправился восстанавливать силы, успев сказать, что Серана очнётся через несколько дней, а пока ей требуется забота и уход. Как выяснилось позже, старый редгард не соврал, и через несколько дней бывшая Дочь Хладной Гавани очнулась и тут же начала расспросы, как она тут оказалась, кто мы и почему она так смутно помнит своих родителей. Отвечая на её вопросы, мне становилось понятно, что именно с её памятью сделал Фалион, а поступил он достаточно изящно, оставив почти все воспоминания о её семье, отношениях внутри неё, лишь немного усилив неприязнь к отцу и затерев моменты жизни, связанные с поклонением Молаг Балу и бытием вампиром. Как итог, на выходе получилась достаточно умная и решительная девушка, при этом добрая и немного наивная, так что на моё предложение пожить в моём клане, чтобы прийти в себя и разобраться в окружающей действительности было воспринято ей с радостью. Таким образом в Зале Титанов появился новый обитатель, а Нирн был спасён от возможного уничтожения, пусть и не до конца.
В ожидании прибытия легионов, я в основном занимался делами клана, и если на материковой части Скайрима всё шло более чем хорошо, во многом из-за того, что за последние годы аппарат управления клановыми владениями был отлажен и работал лишь с небольшими сбоями, то вот Солтсхейм доставлял ряд проблем. Причём, сами по себе, дела на острове шли отлично: союзные племена ръеклингов теснили своих конкурентов, частично их истребляя, а частично ассимилируя, норды из Тирска и деревень Скаалов, получив приток товаров и избавившись от угрозы перманентного нападения синих коротышек, начали понемногу расширять свои владения. И если Скаалы пока всё же сохраняли дистанцию, стараясь сохранить свой уклад жизни, то вот обитатели медового зала, после того как я перепил их всех, попросились под мою руку.
Проблемы с Солтсхеймом мне организовывали даэдровы Братья Бури, которые не только не перестали создание культа личности Ульфрика, но и записали меня лично и весь клан Титанорожденных в некий аналог дьяволов, служащих ещё большему злу в лице Империи. Имея врага своего кумира в прямой видимости, но понимая, что в прямой конфронтации проиграют, они начали гадить через доставку грузов, идущих через порт Виндхельма, то нанятый мной корабль начнут досконально обыскивать на предмет контрабанды, задерживая его в порту на целые недели, то на основном пути между Виндхельмом и Вороньей Скалой начнут действовать пираты, грабящие исключительно связанные со мной корабли, и это ещё не говоря о нескольких пиратских командах, которые решили организовать свои базы на западном побережье Солтсхейма. Если на первую проблему мне повлиять никак не удавалось, то вот с двумя остальными уже можно было работать.