Ловушка для "Тайфуна" (СИ)
— Товарищ Кафтанов, насколько мне известно, обучение в высшем учебном заведении занимает пять лет. Вы же утверждаете, — указал чубуком погасшей трубки на председателя комитета глава ГКО. — Что удалось подготовить порядка четырёх тысяч специалистов. Да ещё и в следующем году прибавить к ним десять тысяч. Разве такое возможно?
— Во-первых, товарищ Сталин, в первую очередь мы занимались подготовкой студентов последнего курса, которым изменили программу обучения, а также готовых специалистов. Та же самая практика была применена и в отношении эвакуируемых студентов. Во-вторых, мы интенсифицировали процесс обучения. Для этой категории студентов ради увеличения объёма преподавания специальных дисциплин нам пришлось резко сократить лекции по непрофильным предметам, отказаться от углублённого изучения ряда общих дисциплин. Уже в этом учебном году, под предлогом перехода на режим военного времени, увеличено ежедневное число часов преподавания. В-третьих, для студентов предпоследних курсов была сокращена длительность каникул. Летних — до двух недель, зимних — до недели.
Такой же подход применён для учащихся техникумов, создаваемых при «Наукоградах», а также ремесленных училищ при «номерных» заводах, на которых используется новейшее оборудование. Интенсификация обучения по профильным предметам, снижение объёма преподавания общих предметов позволят в 1942 году выпустить около пятидесяти тысяч высококвалифицированных рабочих, способных быстро освоить на практике новейшее оборудование.
Дефицит грамотных специалистов вынудил нас пойти на экстраординарные меры: мы полностью исключили преподавание школьной программы в таких ремесленных училищах и ввели её сокращённое преподавание для техникумов на потоках с обучением на базе семилетнего образования. Как мы считаем, это временная, вынужденная мера, от которой следует отказаться не позднее 1943−44 учебного года, — поспешил уточнить Кафтанов, заметивший, что Михаил Иванович Калинин собирается что-то его спросить.
И он не ошибся: «всесоюзный староста» воспользовался паузой и заговорил.
— Именно на это я и хотел обратить внимание: нам нужно не снижать общеобразовательный уровень рабочего класса, а неуклонно его повышать. В идеале, конечно, должно быть так, чтобы квалифицированный рабочий обладал знаниями инженера.
— Что касается учащихся техникумов, обучаемых по указанной программе, то мы, в ряде случаев, уже практически достигли такого уровня, товарищ Калинин. По спецпредметам уровень их подготовки практически не уступает инженерному. А уровень знаний выпускников ремесленных училищ — уровню знаний выпускников техникумов, работающих в отраслях, не использующие импортное оборудование.
— Как обеспечивается сохранение секретности полученных знаний? Нам стало известно об особом интересе германской разведки к этим учебным заведениям, — поднял вопрос Вождь.
— Совместно с Наркоматом внутренних дел внедрён целый комплекс мер, чтобы избежать утечки сведений, получаемых студентами и учащимися. На этапе отбора лиц, допускаемых к спецобучению, проводится тщательная проверка кандидатур по линии НКВД. На основании как анкетных данных, так и тестирования. Учёные и студенты высших учебных заведений по прибытии в «Наукоград» проходят проверку на специальной аппаратуре, предоставленной «союзниками», и к обучению допускаются лишь те, кто прошёл эту проверку.
— А что происходит с теми, кто её не прошёл? — остановился Сталин, как обычно, прохаживающийся по кабинету.
— Отправляются в обычные учебные заведения и берутся на заметку, — усмехнувшись, подал голос Берия.
— Хорошо. Продолжайте, товарищ Кафтанов.
— Высшие учебные заведения и техникумы, связанные с «закрытой» тематикой, расположены на охраняемых территориях, вынос за пределы которых любых расчётов, текстов лекций и вообще любых записей, касающихся спецпредметов, запрещён. А сами обучаемые и преподаватели несут уголовную ответственность за разглашение ставших им известными сведений.
— И много таких, кто уже привлечён к ответственности? Вопрос, скорее, к вам, товарищ Берия.
— Несколько десятков. Несколько хуже обстоит дело с учащимися, совершившими уголовные преступления. Особенно — среди учащихся ремесленных училищ. Здесь счёт уже пошёл на сотни. В основном, мелкие кражи и драки, но есть и тяжкие преступления. А поскольку нельзя допустить, чтобы эти люди контактировали с уголовной средой, так как в последнее время часть осуждённых направляется на фронт в штрафные подразделения, им ужесточается режим, и они переводятся в структуру специальных конструкторских и технических бюро. Или, если совершённые преступления подпадают под наказание высшей мерой социальной защиты, в спецлагеря с особо вредными условиями работы.
— Ясно, — подошёл к своему столу Сталин и принялся набивать трубку. — Товарищ Кафтанов, какие направления исследований принесли наибольший эффект, и на какое направление обучения специалистов следует обратить особое внимание?
— Радиотехника, — практически не задумываясь, произнёс тот. — И умение обращаться с электронно-вычислительными машинами. Если мы хотим превзойти в техническом развитии самые передовые страны мира и хотя бы приблизиться к той технике, которую нам поставляют «союзники», без этого мы ничего не сможем.
— И последний вопрос. Насколько сложны в освоении эти самые электронно-вычислительные машины?
А тут Кафтанову уже пришлось задуматься.
— Как показал опыт, наиболее легко их осваивает молодёжь. Чем старше человек, тем больше у него в голове «внутренних тормозов», сопротивление которых ему приходится преодолевать. Но, освоив азы, люди с большими научными знаниями глубже понимают возможности этих устройств, легче приспосабливаются к использованию их в сложных научных целях. В целом же освоение происходит довольно быстро, если человек понял правила использования этой сложнейшей техники. Молодёжи проще ещё и потому, что, зачастую, освоение для них происходит в игровой форме.
Услышав эти слова, майор Мокшанцев, контролировавший запись заседания ГКО, только усмехнулся, щёлкая кнопкой мыши по иконке пасьянса…
16
Взять Водосы сходу не удалось: больно уж отчаянно отбивалась дивизия СС «Мёртвая голова», а ввести в бой Т-44 не получалось из-за ветхого мостика через Чёрную речку. Сапёры быстро укрепили мост, но мотострелкам, которых поддерживали лишь лёгкие Т-50, пришлось откатиться за лесок на окраине деревни. Так что миномётчикам пришлось вырубать деревья, чтобы организовать огневую позицию в лесу близ Низовы. И производить налёт своими силами, поскольку в район, откуда вели огонь Зис-3, стали прилетать снаряды 105-мм гаубиц, и артбатарее пришлось срочно перебираться в другое место.
В этом плане миномёты куда удобнее: их выстрел засечь намного сложнее, а скорострельность 82-мм «самоваров» значительно выше при сопоставимом действии боеприпаса с «трёхдюймовым». Пусть и дальность стрельбы намного меньше.
«Сорокчетвёрки» довольно легко взяли юго-западную окраину деревни, а вот за центр разгорелся серьёзный бой, длившийся почти час. Пока ещё одна мотострелковая рота при поддержке Т-50 не захватила железнодорожный мост и не ударила во фланг эсэсовцам. Но не успели красноармейцы закрепиться, как по Водосам открыла огонь немецкая артиллерия. Последовавшую за этим атаку пехоты удалось отразить с потерями как в живой силе, так и в технике.
Рота 82-мм миномётов, сократившаяся в численности стволов после гибели расчёта Кудина, поддерживала заградительным огнём мотострелков с полянки в лесу близ юго-западной околицы Водосов. Судя по словам комроты, довольно эффективно, но сам Вячеслав результатов своей работы не видел: лес мешает. Ни во время отражения первой атаки, ни при последующих попытках эсэсовцев выбить красноармейцев из Водосов. А до наступления ранних зимних сумерек их было ещё две.
Боеприпасы при этом расходовались просто молниеносно. Уже давно закончился возимый боекомплект в их «передке», которым выступал «Комсомолец». В перерыве между первой и второй атаками разгрузили Зис-5, привёзший ящики с минами, но и этот запас подходил к концу. Благо, пустые ящики позволили не забивать головы ещё и заготовкой дров для костров, у которых и дремали всю ночь.