Антология советского детектива-43. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Обвиняемый: (такой же ответ).
Вопрос к потерпевшей: Как же ваши вещи оказались у Рослякова?
Ответ: Не знаю. В моей квартире он был, но не оставался».
Еще один протокол:
«Потерпевшая: с Росляковым мы познакомились на переговорном пункте. Проводил домой…
Вопрос к потерпевшей: Как случилось, что ваши вещи оказались у Рослякова?
Ответ: Не знаю. В день кражи он звонил мне, никак не могла подозревать его».
Музаффар-заде сидел, плотно сжав губы. Теперь Леднев знал, что не удовлетворяло следователя в той логической цепочке, которая выстраивалась по делу убийства геологов.
— Значит, Митька Тля взялся за старое?
— Вот именно. Но тогда зачем ему нужно было совершать преступление на Орлиной?
— Кто же у нас остается еще: Кадыров и Ергин? У последнего кровь второй группы, а Кадыров и без того наследил, выгружая вещи геологов.
— Думайте, Петр Ильич, думайте. Мне ведь нужны неоспоримые доказательства.
  
15
 
В окно заглядывал теплый ласковый вечер. Майор Леднев не заметил, как он подкрался. Сухой вялый ветер пытался расшевелить одинокий тополь во дворе управления.
Ледиев думал о Голубеве. Сейчас ему, должно быть, очень тяжело. Установить машину, на которой он возвращался в город, не удалось. Да это, вероятно, было и ни к чему. Голубев не оставил отпечатков своих пальцев на Орлиной сопке.
Майор набрал номер телефона Голубева — монотонно гудел зуммер. Подождал немного и позвонил вновь — никакого ответа. Тогда позвонил к себе домой.
— Я задержусь, — сказал он виновато. Но жена к этому давно уже привыкла и не удивилась…
«Газик» остановился возле крупнопанельного дома, в котором жил Голубев. Из почтового ящика газеты сегодня не вынимали. Майор нажал на кнопку звонка — в квартире никакого движения, а дверь оказалась незапертой.
На вешалке висели мужской и дамский плащи, зеленая мужская шляпа, черный зонтик с костяной ручкой. На полу выстроился ряд мужских и дамских туфель. Трюмо было заставлено коробками духов и прочей косметикой.
— Есть дома кто-нибудь? — громко спросил Леднев.
Налево была прикрытая дверь в комнату. Еще одна дверь вела прямо на кухню. Майор увидел газовую плиту с кастрюлей и чайником. Газ был выключен.
Мягкая ковровая дорожка скрадывала шаги. Леднев с беспокойством толкнул затворенную дверь.
Судя по всему, он попал в гостиную: сервант с набором чайной посуды и хрусталем, круглый стол с венскими стульями. В углу тумбочка с цветным телевизором, на полу ковер.
Скользнув взглядом по женскому портрету в массивной раме, висевшему на стене, майор быстро пересек гостиную и приоткрыл дверь в смежную комнату. Она была заставлена стеллажами, а на полированном столике рядом с телефоном горела лампа под красным абажуром. В нише справа, на кушетке, в неестественной позе лежал человек, одетый в синий однобортный костюм, который Леднев хорошо запомнил.
Майор бросился к нему. Голубев медленно повернулся. У Леднева отлегло от сердца.
— Что за шутки? — почти грубо спросил он.
Голубев сел на кушетке. Его трудно было узнать: осунувшееся лицо с больными глазами, побелевшие виски. Когда он приходил в прокуратуру, седины не было.
Настойчиво зазвонил телефон. Голубев даже не посмотрел в его сторону. Через некоторое время вновь раздался звонок.
— Возьмите трубку, — предложил Леднев.
Голубев вяло подчинился.
— Да, — пересохшими губами ответил кому-то. — Ах, это вы, товарищ Гулямов?
— Я из больницы звоню. Вы меня слышите?
Голубев бессильно опустил руку с трубкой, которую успел перехватить Леднев.
Гулямов засыпал майора вопросами: как чувствует себя Голубев, почему бросил трубку?
— Мне уже лучше! — кричал он. — Совсем хорошо! Скоро выпишусь и не оставлю его одного!
  
16
  
«Наш поезд прибывает в столицу Советского Азербайджана!»
Как отделаться от этой, сейчас уже ничего не значащей фразы?
Кадыров сидел на берегу Каспийского моря. Волны, словно верный пес, лизали ему ноги. В море уходил пароход. Из трубы валил густой черный дым. Уж не от него ли пятна на солнце?
«Наш поезд прибывает в…»
Прямо кошмар какой-то!
А ведь жена беременна. Совсем недавно она вдруг сообщила ему эту новость. Удивительно нежный, ласковый у нее голос. Обещала родить девочку — так он хотел.
И вот эта проклятая встреча в горах. Митька Тля. Все полетело к черту!
Кадыров больше не мог оставаться со своими мыслями. Вскочил в первый автобус и поехал в центр Баку.
— Г-где тут почта?
Он исписал несколько бланков, прежде чем сочинил текст.
— Вы забыли написать, от кого телеграмма, — напомнила девушка в окошке.
— И т-так поймут.
Леднев уединился с Гулямовым на одной из скамеек больничного сада.
— Надо кое-что выяснить. Вы уж, пожалуйста, извините, что тревожу вас больного.
Леднева интересовал Ергин.
— Что ж, он в самом деле не ночевал в палатке… — И Гулямов замялся.
— Помните, как вы мне рассказывали о Сенине? — спросил майор.
— Ну, Сенин — одно, а Ергин — совершенно другое. Сенин весь нараспашку. А Ергин…
Он все-таки разговорился. Ергин — хороший специалист, в управлении его ценят. Однако человек он сложный, живет по своим законам. Да, действительно пытался ухаживать за Голубевой. Роман у них не получился. Вот тогда он и зачастил на третий участок колхоза «Победа».
— Есть там одна учительница, — произнес Гулямов с досадой. — «Сказка», как говорит Ергин.
«Значит, это его записку нашел Голубев!» — отметил про себя Леднев.
Парторг между тем продолжал:
— Я беседовал с девушкой. Она производит хорошее впечатление. Но я очень уважаю жену Ергина и потому не хотел, чтобы она узнала об этом увлечении. «Кончай!» — настаивал я. Тот только усмехался в ответ. Он знает толк в людях — подобрал себе отличных специалистов. Все у него не просто работают — творят. Вероятно, из-за этого ему многое прощают. И у меня рука не поднялась. Ергин одновременно отталкивает и вызывает симпатию. Вот, скажем, Кадыров: вернулся из заключения, а Ергин на это не посмотрел.
— Вы считаете, что он поступил неправильно? — осторожно спросил Леднев.
— Ну что вы! — геолог даже обиделся. — Когда человек возвращается к жизни, ему, конечно, надо помочь.
— А знаете, Кадыров исчез.
— Тут какое-то недоразумение, — удивился Гулямов.
— Разберемся, — заметил майор. — Так что вы еще скажете о Ергине?
— В ту ночь он был у своей учительницы.
— Назовите, пожалуйста, ее фамилию. Ведь не такая уж это тайна, — подбодрил его майор.
— Действительно, — согласился Гулямов. — Ибодат Алимшоева…
Служебная телеграмма из Свердловска в Душанбе:
 
«Росляков Дмитрий Иванович задержан в аэропорту при попытке приобрести билет по чужому паспорту на имя Валейского Андрея Андреевича».
 
Ответная телеграмма в Свердловск:
 
«Для опознания и конвоирования задержанного вылетаем рейсовым сегодня».
 
Словно сговорившись, все они один за другим шли к майору Ледневу. Он с трудом узнавал этих людей, потому что были в другой одежде, привели в порядок или вовсе сбрили бороды.
 
Чувствовалось, что геологи многое передумали за минувшие дни и потянулись к Ледневу, который обещал разыскать убийц. Теперь каждый всячески стремился помочь следствию.