Сидящее в нас. Книга вторая (СИ)
Однако восток это вам не запад – утверждали дукребы, о чём гостей с юга и оповестил старшина Тругбо, чей десяток ходил дозором вдоль берега моря. Сейчас они разделились: полдесятка помчались доложить о набеге их королю Исперею. А тот не какой-то там демон, что безжалостно пожирает людей. Да и каких там людей?! Скоты они бессловесные, прогнувшиеся под нечисть…
– Я не заметила, чтобы лонты походили на скотов, – сухо высказалась Таюли, заметив всё тот же недобрый блеск в глазах Ринды. – И уж точно никогда бы не назвала их бессловесными. С Саилтахом лонты не постеснялись спорить до посинения, воюя за свои интересы. Интересно было бы посмотреть, перед кем они вообще конфузятся? Я не заметила в них робости даже перед Раанами. А уж страхом там и вовсе не пахнет. Как, кстати, и в Суабаларе, когда речь идёт о Лиатах. Демоны никогда и пальцем не трогали нормальных людей. Даже если те были замешаны в недобрые дела.
– Свидетельствую, – тотчас встрял Лис, понукнув быка и беспардонно оттесняя её от старшины. – Было тут недавно: пытались меня прикончить. Причём, самым подлейшим образом. Так кара пала на четверых заводил. А пятый болван, связавшийся с ними из страха, ушёл домой своими ногами. Демон его даже не коснулся. И с лонтами по молодости я дела имел. Задиры и горлопаны, как большинство северян. Волки – где уж ты там овец увидал, почтенный? Понятно, что у Дукреба есть причина не вставать под руку Рааньяров, но так это ваше личное дело. Эти ваши причины на юге никому не интересны. Кроме, пожалуй, имперцев. Тем-то уж здорово нравится, что большая часть севера сторонится ледяных демонов. Кстати сказать, за всех не скажу, но с Дэграном я лично поладил. И не угроз, ни унижения с его стороны не видел.
– Рааньяры вечно себе на уме. Вот и бросили север на произвол судьбы, – неприязненно проскрипел один из воинов.
– Лиатаянам тоже плевать на весь остальной юг, – гнул своё Ашбек. – У них договор только с троном Суабалара.
– Вот-вот. И они тем же мазаны, – упёрся его оппонент.
– А прочие и не искали их защиты. Мы вот попросили, так и получили, что хотели. И никакого там чёрного гнета и прочей чепухи над нами не довлеет. Это всё сказочки имперцев. Подобное дерьмо они скармливают тем, кого прибрали к рукам. Запугивают. Боятся, что люди побегут под руку Саилтаха. А те всё равно нет-нет, да и переходят через горы. Уж как имперцы охраняют границы, так о том отдельные страшилки сочинять можно. И каждый раз, как упустят беженцев, пытаются на их хвосте к нам сунуться, о бесчестье поорать да пограбить. Я в пограничье послужить успел – знаю, о чём говорю. А что до Лиат с их охотой на людей, так в Империи и безо всяких демонов справляются. Там мрут так, что нашим Лиатам за ними не угнаться. И не худшие из людей, а достойнейшие. Те, что бунт то и дело поднимают, пытаясь вернуть своим землям прежнюю свободу. Или же ваши родичи, попавшиеся в набегах. А! Чего там говорить! – досадливо скривился Лис.
– Етить твою, да, чего ты с ним сцепился-то? – пренебрежительно отмахнулся старшина Тругбо. – У нас о демонах, чего только не мелят. Языки-то не купленные. Толком-то, всё одно, никто не ведает, как там оно под ними живётся. Лонты гостей не шибко жалуют.
– Лонты или демоны? – нарочито переспросил Лис.
– Понятно, лонты, – подтвердил Тругбо, покосившись через плечо на Ринду. – Етить твою, чего ж душой-то кривить? Демонам тем – ты верно сказал – на всех плевать. Они к нам сроду не лезли. А лонты – те гады высокомерные. Живут богато, коль имперцы к ним не суются. Мнят о себе, будто ловчее всех устроились. И кто там у них кем крутит, это ещё как посмотреть. Было тут у нас и так, что кое-кто решился идти к Раанам на поклон. Дескать, возьмите под руку свою, а то ж никакой мочи не стало. Совсем, мол, имперцы разорили. Так лонты то посольство прямо на границе перехватили, да и вытурили прочь. Етить твою, до Раанов не допустили, прикинь! Вот и суди: кто там, на деле всем заправляет? Демонам-то земли, да власть на хрен не нужны – они богатства не копят. На кой оно им? Разносолов иль нарядов им не требуется. Круглый год ходят в одних рубахах. А то и вовсе без них. Бабы, опять же, им без надобности. А те самые Двуликие по гостям не шастают, нарядами не хвастают. Сам не видал, но брат моей жёнки бывал у лонтов. Видал одну из них. Не писаная красавица, сказывал, и в богатых уборах не щеголяет. Тоже в каком-то белом платьице бегает: холода-то не чует. Твоя-то Трёхликая тоже, небось, из таких?
– Да, покруче будет, – степенно похвастал Лис. – Она у меня ещё и в огне не горит. Ничто её заразу не берёт.
Ринда с Таюли ехали за спорщиками молча: прислушивались. Ну, Таюли, понятно, старалась узнать о северянах, как можно, больше – ей теперь с ними жить. А вот почему это интересно Ринде, вопрос. Она явно недовольна тем, что оскорбляют его соплеменников: хмурится, кусает губы, словно ей трудно держать рот на замке, и беспрестанно почёсывает подбородок. Бывшая – как она постоянно твердит – княжна неподражаемо крепко держат себя в руках. Кто-кто, а уж Таюли от души завидовала такой выдержке.
– А к нам чего твою Трёхликую занесло? – как бы, между прочим, поинтересовался Тругбо.
– Точно, что занесло, – досадливо мотнул башкой Лис. – Блистательной госпоже нынче приспичило испоганить имперцам всю охоту. Бзик у неё на почве рабства. Не повезло ей с отцом: у достойного человека родилась, у совестливого. Жуткое неудобство по жизни, а куда деваться? Вот и с Риндой та же беда. Стерва, каких поискать, а совесть живая. Её аж всю корёжит: так девку тянет обломать рога оборзевшим охотничкам. И тут ты, Тругбо, в корне не прав: лонтам вовсе не всё равно, что имперцы творят на ваших землях. Они вон и с нами договор заключили, только бы Империи хвост поприжать. Вот мои девки и потащили меня к вам, работорговцев пощипать: одна из Суабалара, вторая из лонтов. А если при этом и вам польза перепадёт, так, значит, и я не зря в море от холода подыхал.
– Етить твою, неужто Двуликие станут биться на нашей стороне и…
– Ещё чего не хватало! – нарочито возмутился Лис. – Где это видано, чтобы опытный воин, как я, доверил воевать безмозглым девицам? Нет уж, пусть охотятся в своё удовольствие, а в союзники их даже не думайте призывать. Они вам испортят всё, до чего дотянутся.
Справившаяся с гневом Ринда насмешливо фыркнула – дозорные заржали в голос.
– Чего ржете-то? – деланно возмутился Лис. – Я вам истину говорю: забудьте. Охота демонов, понятно, вам здорово поможет, но и только. Там уж вам изловчиться придётся, как битву в свою сторону повернуть. Не знаю, какими силами вы располагаете, но имперцев точно никак не меньше пары сотен. А если ещё и охотников с семи работорговцев прибавить, так и все четыре. На том корабле, что мы на дно пустили, три десятка охотников шло. Вот и считайте: большая сила к вам лезет.
– Большая, – выдохнул один из дукребов. – Крепко схлестнёмся.
– А что соседи? – посочувствовал Лис. – Неужто, у Дукреба союзников против Империи нет? Что ж вы так в одиночку и отбиваетесь? Этак у имперцев никогда в рабах недостатка не будет.
– Исперей отправил гонца, – решился на откровенность один из воинов.
Кое-кто за спиной Лиса на него ругнулся, дескать, не распускай язык при южанах, кто бы они там ни были.
– Мы вашему королю не друзья, – небрежно бросил почтенный Ашбек. – Но, и не враги. Я вам больше скажу: не захоти ваш король, чтобы Двуликая с Трёхликой охотились на его земле, так мы мигом уберёмся.
Таюли, было, возмутилась: то есть, как это уберёмся?! А ДЭГ накормить, а ЗУ? Они же ещё чуть-чуть потерпят, и плюнут на все её уговоры: потащат Трёхликую охотиться, куда им заблагорассудится. Наплюют и на их короля, и на весь Дукреб скопом.
Ринда свесилась из седла, коснулась её руки, прошептала:
– Не психуй, подруга. Никуда эти прохвосты брехливые не денутся. Исперей не дурак. Главное, удержи ДЭГ и ЗУ. Совсем чуток перетерпеть осталось. ОТ у меня тоже голоден, как волк зимой. Если эта троица вырвется, их мы накормим, а вот с дукребами уже не договориться. Нужно дотерпеть до высадки имперцев. Я так ОТ и уговариваю, дескать, там еды – завались. На такое гнусное дело порядочный человек не подпишется.