Аромат тьмы (СИ)
Эх, учиться мне еще и учиться, как жить среди черных, подлых, коварных магов.
Лучше бы я потратила год на изучение письменности Лавера, чем то, что случилось после ее скоростного изучения с помощью Лесиры. Стоило нам лечь на кровать, а мне снять щит, она положила обеим на лоб половинки черного камушка, не выглядевшего пугающе. Но уже в следующий миг мою голову словно в булькающий азот окунули, где мозги моментально заморозило холодом Мрака.
В себя я пришла не сразу, причем от хлестких и резких пощечин. Открыв глаза и сфокусировав взгляд, резко перевернулась на бок, чтобы привычно избавиться от желчи в желудке, когда Лесира рядом колдует. Но в этот раз не полегчало, я мерзла от гулявшего в моей крови Мрака, голова стала тяжелой и мутной. Наконец я смогла просипеть:
— Что ты со мной сделала?
— Научила читать и писать, — Лесира снисходительно, как ручного щенка, похлопала меня по щеке.
До меня дошло:
— Ты накачала меня своим Мраком…
— Я выполняла условия клятвы, ничего сверх того. Но мы же не оговаривали, что передачу знаний можно проводить разными способами. Я предпочла с помощью своей магии. К сожалению, смогла впихнуть в тебя капельку, ровно для выполнения клятвы, больше ты не приняла, сразу отторгала, но и этого хватит, — улыбнулась она.
— Хватит для чего? — я уставилась на нее с ненавистью и страхом, со стыдом из-за собственной глупости, лени и малодушия.
Вот цена за халяву — получи и распишись!
— Чтобы вернуть тебе надлежащий черный вид, — хихикнула Лесира и, вскочив с кровати, танцующей походкой направилась прочь из комнаты.
А я, кряхтя и постанывая, поплелась к зеркалу, чтобы убедиться. Да, глаза не изменились, они зеркало души и по-прежнему синие, а вот волосы вернули себе первоначальный иссиня-черный цвет. И судя по мучавшей меня до сих пор тошноте и ломоте, мрака досталось не капелька и вывести его из организма будет не просто. Дальше взгляд зацепился за книгу, поэтому я добрела до столика, с замиранием сердца раскрыла ее — и выдохнула с облегчением: из бочки с дегтем я с пока не ясными потерями добыла ложечку меда.
Мне было настолько плохо, что пришлось держаться за столешницу, пока головокружение прошло. Прикрыв глаза, я думала о том, что Лесира знает: ее магия в моем теле вряд ли надолго задержится, а значит кровавый финал ее затеи близок. Можно сказать уже скребется в дверь. А у меня как не было, так и нет реального плана спасения, только его жалкое, нет, скорее призрачное подобие!
Приоткрыв глаза, я убедилась, что головокружение прошло, поэтому рискнула выпрямиться. От слабости дрожала каждая клеточка моего тела. Ведь уже седьмые сутки на диете из корки хлеба и воды. Благо, утром с магией раджанов повезло — резерв свой немного пополнила, но теперь всю накопленную энергию придется потратить на борьбу с внедренным мраком, лютым холодом засевшем во мне. И разлеживаться некогда! Поэтому, с тяжелым вздохом собрав остатки сил, я приступила к тщательному изучению хозяйских покоев.
Выяснила, что помимо опочивальни с купальней здесь имеется гардеробная с барахлом Лесиры — множеством нарядов, похожих на тот, что сейчас на мне, обувью, плащами, даже меховыми манто, в одно из которых я завернулась, чтобы согреться. Все в едином черном цвете! К опочивальне примыкает просторная гостиная или кабинет, как посмотреть. Стол с письменными принадлежностями и сложенными стопкой документами и стол побольше с широкими стульями с поручнями и подушками на сиденьях. Наверное, кресла, средневековые. К сожалению, в наведенном здесь стерильном порядке я не нашла ни единой важной бумаги, только расходные книги по Кверегу, письма вилланов с жалобами на соседей, счета и прочая мелочь.
Пережидая очередной приступ слабости, я устало и расстроенно сидела за столом Лесиры. В прошлой жизни историю я изучала в объеме учебных программ, но несколько рыцарских романов читала. Поэтому, оказавшись пленницей в Квереге, первые дни обследовала все закоулки маленькой комнатушки под крышей башни, где меня заперли. Ситуации возникают разные, а значит черные ходы или хотя бы один запасной и спасительный должен быть. Обязан! Ведь это вопрос выживания лорда и его семьи! Но в северной башне я его не нашла. Похоже, туда отправляли таких как я, пленников, для которых спасение не предусмотрено. А вот в хозяйских покоях шансы найти черную лестницу очень высоки!
Для Лесиры важно, чтобы о подмене тел никто не узнал, поэтому меня поселили в ее покоях — хозяйских! — одели и отмыли, еще и черной, привычной ей магией залили. Теперь я уверена, что не просто так Лесира с Элианом с фанатичным упорством тащили меня в Кверег, уже зная, что здесь их ждет ловушка и осада. При этом обитатели замка уверены, что я настоящая Лесира, ведь ко мне никого из них не пускали. Допускали в мою камеру только самых приближенных и обреченных, будущих жертв Лесиры. А значит, у нее однозначно разработан продуманный до мелочей и успешно воплощаемый в жизнь план побега из Кверега.
Сбежит, бросив меня на растерзание Клыкам Рамдера. Измотанную, в конец отупевшую от голода и пустого резерва, покорно ждущую смерти. И вряд ли кто-то поверит пойманной черной магине, что она «не та». Потому что загнали добычу по всем правилам, осаждали замок, победили отчаянно бившихся защитников Кверега, над которым днем и ночью был раскинут черный купол Лесиры. И вот она сама, в хозяйских покоях, блеющая, что она не она, — бред и смех, да и только. Можно было бы восхититься чужим коварным и гениальным планом, если бы мне не досталось выполнять «почетную обязанность» жертвы.
Перспектива сложить голову вместо Лесиры придала сил, и я с еще большим рвением занялась повторным обследованием покоев. Простукивала каждый миллиметр стен и полов, обнюхивала все уголки, трещинки и закоулки. Заглядывала под и за мебель, ползала по полу в поисках следов от сдвигов. Ну должна же быть здесь замаскированная дверь в черный ход. И к ночи я, наконец, нашла. В полу под рабочим столом в кабинете. Отчаявшись от бесплодных поисков, я оперлась о столешницу, а потом в бессильной ярости затрясла, выплескивая безнадегу. Стол сдвинулся с места, пальцы нажали на скрытую панель под столешницей — и тут раздался легкий скрежет. С оглушающим биением сердца я заглянула под стол и увидела узкий ход, спиралью уходящий вниз.
Заблокировав ножкой стула двери в покои, я ступила на черную лестницу и прокралась вниз, придерживаясь за стену. Вскоре оказалась в темном проходе первого этажа, узком, затхлом, где темноту изредка разбавлял свет, проникавший из соседних помещений. Едва дыша, я заглянула в парочку из них: в первом оказалась пустая комната, где зачем-то горели дрова в камине; во втором в свете нескольких масляных ламп вповалку спали мужчины в грязной, закопченной и заляпанной кровью одежде.
Так я и кралась по скрытому от всех проходу, ориентируясь по лучикам света из тайных смотровых отверстий или обычных щелей, знакомясь с расположением комнат и зала. Впервые в жизни я не боялась темноты, ведь уже узнала, что в этом мире есть гораздо более жуткие вещи, чем живущие в моей голове страшилки. Я исследовала все ответвления и помещения, но голод притупил внимательность, в итоге пропустила движение воздушного потока, идущего снизу, и — скатилась, посчитав собой ступени так неожиданно обнаруженной лестницы в подвал. Но не издала ни звука. Встала не сразу, буквально до хруста сжимая челюсти, чтобы не орать от боли и не стонать от слабости. С силами помог собраться сквозняк, шевеливший волосы, щекотавший нос лесным ароматом и затхлостью.
Цепляясь за камни древней кладки, я поплелась дальше. Увы, вскоре путь преградила решетка с огромным амбарным замком. Я ее даже касаться не стала, тем более проверять на прочность, потому что все во мне задрожало от знакомой магии, которая оплела прутья решетки. Умная Лесира позаботилась о безопасности лучше, чем я наивно полагала. Входить и выходить кому попало не позволила, защитив подземный ход черной магией. Несмотря на темень, я отчетливо видела черную нить, отходящую от решетки и убегающую вверх, видимо, к своей хозяйке.