Я – дочь Кощея, или Женихи, вы попали! (СИ)

– Теперь силу чувствуешь? – сухо поинтересовался он, заставляя меня переключить внимание со своей обоснованной злости на внутренние ощущения.
– Да, – едва слышно призналась я, действительно чувствуя сейчас не только привычные всплески тьмы, но и едва ощутимые нити нового, случайно доставшегося мне дара.
Сконцентрироваться было сложно, чтобы поймать их и попытаться подчинить. И если честно, больше всего меня отвлекала ладонь Мракьяна. Даже через одежду я кожей ощущала идущий от неё жар. Просто прижал он её к… моему сердцу, я надеюсь. А не просто решил полапать грудь…
– Руку убери, – хрипло попросила я, чувствуя проступающий на щеках румянец, тут же медленно выдыхая.
К счастью, Мракьян не только убрал ладонь, но и разорвал подобие этих сомнительных объятий. Плохо то, что как только он отошёл, я перестала чувствовать что-либо, кроме привычной тьмы.
– Злость, – как только я повернулась в его сторону, пояснил Мракьян. – Те способы, которыми ты усмиряешь тьму, не сработают, пока ты не научишься выделять новые силы. Спокойствие тебе не поможет. Нужны эмоциональные всплески.
– То есть… ты специально меня злил? – уточнила я, впрочем, прекрасно понимая, что так оно и было.
– Думаешь, лучше было бы ударить? – ответил он вопросом на вопрос. – Боль тоже хороший эмоциональный проводник.
– Знаешь, что…
– И знать не хочу, – не дал Мракьян мне договорить. – Я хочу, чтобы ты проводила меня к ведьме. К той самой, у которой есть упоминание обо мне.
– Зачем тебе…
– Хочу прочитать то, что вы с мечом неверно перевели, – в коем-то веке снизошёл он до ответа. – Если там есть я, значит, должно быть что-то про стирание имён моей семьи из людской памяти. С Китеж-градом точно что-то не так чисто, как рассказал Баюн. Как и с этим… Светлояром.
Имя брата Мракьян произнёс как ругательство, но…
Удивительно. Он слушал мои рассуждения. Даже отчасти согласился с ними, хоть вслух никогда этого и не признает.
  
27
 
– А он симпатичный, – прошептала мне Велька, прикрыв рот поднесённой к нему кружкой с чаем.
– Не приглядывалась, – ответила я ей, бросив взгляд в сторону устроившегося в комнате у окна Мракьяна, боясь, что он может нас услышать.
Мы с ведьмочкой сидели на кухне, на достаточном расстоянии от него, но кто знает…
– Ну и зря, – тихо усмехнулась ведьма. – Высокий, статный, красивый… а глаза? Я такой голубизны в жизни не встречала!
– Угу, – не сдержалась я. – Вот только характер подкачал. А он, знаешь ли, важнее любой внешности. Не суди о книге по обложке, слышала такое выражение?
– Как и про то, что с лица воду не пить, – подмигнула мне Велька. – А тебе всё ещё нужно замуж, если ты не забыла.
Если честно, моё замужество отошло на второй план.
Нет, силу разделить с кем-то мне было нужно, и обязательно, вот только…
– Нет, – ответила я ведьме, посмотрев на Мракьяна. – Прости, но его кандидатуру я даже рассматривать не буду. И давай закроем эту тему.
Словно почувствовав мой взгляд, Мракьян вскинул голову, посмотрев на меня. Резко отвернувшись, я ощутила себя так, словно меня застукали за подглядыванием! Я даже чуть не разлила чай, от слишком резких движений, мысленно ругая и себя, и Мракьяна, и Вельку.
Красивый…
Наговорит глупостей, а мне потом красней! Образно выражаясь. А может и не образно, так как вспомнив то, как он прижимал меня к себе, положив руку на… сердце, я ощутила, как щёки снова опалило румянцем.
– Кирьяна? – вздрогнув, я снова посмотрела в сторону позвавшего меня Мракьяна. – Призови меч.
– Зачем? – уточнила я, проигнорировав приказной тон мужчины.
Когда он только заявил, что хочет поговорить с ведьмой и полистать дневник её прабабки, я сразу сказала, что мне нужно призвать Кладенец. Ведь найти скрытое от людских глаз жилище ведьмы – не так просто, как кажется. Я думала переместиться в лес Макара и попросить лешего открыть тропу к его ведьме. Но вот у Мракьяна были другие планы. Меч ему был не нужен, только направление. Перемещался он сам, и, как не обидно признавать – дом Вельки нашёл практически без моей помощи. Чем изрядно удивил не только меня, но и саму ведьму.
 
Правда, удивление Вельки поразительно быстро сменилось чем-то похожим на восхищение. По крайней мере то, как она на него смотрела (практически раскрыв рот), я трактовала именно так. И почему-то я успокаивала себя мыслью, что взгляды ведьмы на Мракьяна – это просто эффект от сил Алатыря. Разве недостаточный повод для подобных взглядов? Более чем достаточный.
Вот если бы Велька ещё про красоту и стать Мракьяна не заговорила, было бы вообще…
– Кирьяна? – вновь позвал меня Мракьян, переведя взгляд на мои руки.
Кружка, как и чай внутри, превратилась в кусок льда.
– Как ты это сделала? – тут же подскочила ко мне Велька, рассматривая ледышку.
– Разозлилась, – сделав глубокий вдох, я отставила кружку на стол, оттаивать.
– Ты призвала меч? – не придав произошедшему никакого значения, лениво поинтересовался Мракьян.
Хотя, чему тут придавать значение? Абсолютно нечему.
– Зову, – недовольно ответила я мужчине, выпустив немного тьмы.
Если Кладенец ещё с папой, внезапное исчезновение меча его может встревожить. А нам этого совсем не надо… один раз я уже наблюдала за их с Мракьяном общением. Повторения не очень хотелось.
Поэтому я просто немного дёрнула за связывающую меня с Кладенцом нить, давая ей понять, что она нужна мне.
– Почему так долго? – отложив дневник, Мракьян откинулся на спинку стула и скрестил на груди руки, не сводя с меня пристального взгляда.
– А тебе есть куда торопиться? – скопировав его позу, я старалась как можно безразличнее смотреть на него в ответ.
– Зря ты так, Кир, – задумчиво протянула Велька, немного передвигая свой стул так, чтоб ей тоже было видно Мракьяна. – Алатыря больше нет, и теперь все, кто ищет помощи, будут ходить к…
– Сомневаюсь!
– Исключено, – хором перебили мы с Мракьяном говорившую ведьму. – Я не собираюсь никого принимать. И тем более помогать.
Что и требовалось доказать. Правда, Вельку такое объяснение не устроило.
– Моя мама всегда говорила, что сила – это отражение души её обладателя, – поднявшись, ведьма уверено направилась к сидящему на стуле мужчине. – Ты – Алатырь, как бы странно это не звучало. Оставшись без хозяина, сила зажила своей жизнью. И ни разу не дала усомниться в том, какой стороне она служит. Алатырь помогал всем, без исключений. Ненавидел ложь. Не признавал обмана и лицемерия. Он был гарантом равновесия. Это то, какой ты есть на самом деле. Без оглядки на приличия, манеры и прочую внешнюю мишуру. Сама твоя суть.
Закончив речь, Велька положила ладонь на плечо мужчины. И как бы мне этого не хотелось – скидывать её руку он не стал. А зря! У неё, между прочем, жених есть! И жаль, что сама Велька про своего лешего забыла совершенно, не отрываясь смотря в глаза Мракьяну.
– Мне безразлично, чем для вас всех был Алатырь, – ответил ей Мракьян.
– Вопрос не в том, кем для нас был Алатырь, – прошептала Велька. – А в том, кем теперь станешь для нас ты. От судьбы не так просто уйти, Мракьян. Как бы сильно её не пытались переписать, она всегда находит лазейку. Чему быть – того не миновать. Запомни. И не сторонись от собственных чувств. Глазами не всегда можно увидеть то, о чём нашёптывает сердце.
Я наблюдала за ними, едва сдерживая себя, чтоб не заскрипеть зубами. На мой взгляд, для полноты картины, им осталось разве что поцеловаться сейчас…
– А я многое пропустила, – тихо обратилась ко мне появившаяся рядом Кладенец, осматривая кухню и парочку в комнате.
– Как раз к объятьям успела, – едва слышно ответила я ей, не сумев вовремя прикусить язык.
Впрочем, не так тихо, как мне хотелось бы. Мракьян точно услышал, тут же посмотрев в нашу с мечом сторону.
– Ой, тебе там не холодно? – Велька тоже повернулась, осматривая меня через дверной проём. – Снова разозлилась на что-то?