Полный перебор 2 (СИ)

Время поджимало, локальные бои вокруг завершались, и такими темпами они рисковали завязнуть в боях с победителями "отборочных" схваток. Пришлось идти на жертвы — Павел пожертвовал клешней и куском хвоста, Герцог — копьем, которым он пригвоздил слизня к увесистой туше мертвого мутанта, а Тиф — самоуважением, он в первый раз встретил кого-то, на кого совершенно не подействовало его коронное оружие.
Слизень изо всех сил рвался продолжить бой, но догнать их он не смог бы и без отягощения, а уж с прибитым к заднице грузом в два раза больше себя…
— Какого черта ты вообще в него вляпался? Видел же, что это за дрянь! — ругался Герцог, который весьма трепетно относился к своему оружию и душой болел за оставленное копье.
— Да откуда мне было знать? — вяло отбивался Павел, пытаясь как-то перестроиться с учетом уменьшившегося арсенала. Получалось не очень. Без правой клешни отбиваться на бегу было сложно, приходилось каждый раз останавливаться, разбираться с целью и затем догонять отряд.
— Господа, не хочу вас отвлекать, но у нас, кажется, проблема, — Алекс, все так же работавший наблюдателем, подал голос. — Тот здоровяк не хочет нас отпускать. И не он один.
Увы, это оказалось правдой. Гигант с тремя щупальцами какого-то черта сорвался с места, бросив несъеденными целую гору набитых туш мутантов, и решительно двигался в их сторону, развив неприятно большую для своих габаритов скорость. Если же осмотреться по сторонам, можно было легко обнаружить целый десяток подобных здоровяков, явно выделяющихся на фоне массовки. И все они сейчас решительно приближались, практически не обращая внимания на местные разборки.
— Миледи? Скажи, пожалуйста, что это не за нами?
— Сам-то как думаешь? Бывают такие счастливые случаи?
Герцог тяжело вздохнул и осмотрел свою алебарду. Алебарда явно была маловата на фоне приближающихся неприятностей.
— Ну что ж, зато у Тифа будет возможность узнать, у кого все-таки длиннее. Да, Тиф?
Ответом ему была тишина.
  
Глава 22
 
Тиф не мог ответить на вопрос по вполне прозаичной причине — он жрал. Все пасти гидры яростно терзали лежавшие поблизости туши, торопясь поглотить побольше драгоценной биомассы. Выглядело это все не слишком эстетично, но эффект был, как говорится, налицо — туловище гидры стремительно округлялось и набухало, наспех заращивая открывающиеся бреши в броне кривоватой чешуей.
— Стой, идиот, ты что творишь! — Герцог таки применил свою алебарду по назначению, треснув гидру по одной из голов — благо, плашмя. — Ты серьезно, что ли, собрался с ними бодаться? Глаза пошире раскрой и посмотри внимательно! Тебе такую задницу, как у них, за неделю не наесть! А ну, выплюнь это немедленно!
Гидра огляделась и нехотя принялась избавляться от части съеденного, недовольно урча, как побитый пес. Тем временем Павел вновь неуклюже взгромождался на свой многоногий транспорт, а остальные пытались на глаз вычислить наиболее благоприятное направление для бегства.
— Вон те двое? — неуверенно предложил Алекс, указывая в сторону. — Круглый еле плетется, а сосед его вроде поменьше остальных…
— Поменьше, зато пошустрее, — возразил Герцог. — Пойдем вон туда.
Алебарда указывала на пару самых рослых силуэтов.
— Все по классике, пойдем между Сциллой и Харибдой. Щупалец и других длинных тыкалок я у них не вижу, а значит, все решит скорость. Погрузку закончили? Ну тогда вперед!
Наличие хорошего, качественного стимула позволяет людям показывать поразительные результаты. Они и до этого неслись, выкладываясь на полную, но сейчас, с гигантами за спиной, скорость группы волшебным образом выросла раза в полтора. Драк они при этом старались максимально избегать, огибая или отбрасывая в стороны встречающихся на пути мутантов.
Кольцо преследователей потихоньку сжималось, гиганты-"утесы", между которыми им предстояло пройти, приближались, и нервозность в группе соответственно возрастала.
Левый гигант представлял из себя классического "обычного" мутанта — часто встречающийся тип ящероподобной твари, только разъевшейся до совершенно неприличных размеров. Из-за веса он еле передвигался, с трудом шевеля короткими лапками. Правый выглядел более экзотично — бесформенная гора плоти в форме пирамиды будто плыла по земле, по ее поверхности то и дело проходили волны мышечных сокращений. Немного смущало отсутствие явно видимых средств нападения — несмотря на форму, к слизнеподобному типу мутант явно не относился, и поэтому мог преподнести неприятный сюрприз.
 
— Вот зачем ты, Герцог, вспомнил про Одиссею, — пробормотал Локи, до боли в глазах всматриваясь в Правого и Левого, пытаясь оценить их возможную опасность. — У них там все печально закончилось, насколько я помню.
— Чем закончилось в Одиссее, я без понятия, — честно признался Герцог. — Я даже не был уверен, что это именно оттуда цитата.
— Они решили проходить ближе к Сцилле, потому что она могла сожрать только шестерых. А Харибда потопила бы весь корабль.
— Шестеро — это еще по-божески, — рассмеялся Тиф. — А можно расплатиться крокодилами?
— Иди, договорись, — предложил Герцог. — Я всецело за разумную инициативу.
Нервные перешучивания на бегу слегка сглаживали нервную обстановку, но с каждым пройденным метром в шутках становилось все меньше веселья и все больше нервов. Гигантский ящер, до того шедший будто на автопилоте, заметил их и перешел с шага на очень медленный бег — по сути, это было больше демонстрацией намерения, так как скорость его от этого практически не возросла.
Пирамида из плоти была все так же невозмутима — насколько можно вообще определить эмоции огромного бесформенного куска мяса. Она ползла сквозь пространство, как могучий линкор, оставляя за собой лишь неглубокую вмятину в земле соответствующей ширины.
— Вроде… успеваем? — неуверенно спросил у мироздания Герцог, пытаясь на глаз оценить возможную точку пересечения трех сближающихся объектов. Мироздание хмыкнуло и выбросило на стол целую стопку сюрпризов.
Левый гигант, видя, что добыча ускользает, недовольно заревел и выплюнул в их сторону пару длиннющих языков, которые ударили на зависть иным гарпунам, едва не пришпилив к земле половину команды. От непоправимого спасли ловкость, прочность брони и легкая паранойя. Отряд шарахнулся в разные стороны, теряя равновесие, скорость и большую часть пассажиров. И тут-то, будто этого было мало, сделал свой ход правый гигант. Пирамида плоти остановилась, всколыхнулась снизу доверху и раскрылась огромным уродливым цветком, выпуская из себя целую стаю разномастных мутантов. Как те умещались до этого внутри — было совершенно непонятно, ибо, выпущенная на свободу, "начинка" пирамиды хлынула во все стороны как кипящее молоко из кастрюли, заливая все вокруг.
— Это кукловод! — заорал Тиф, пытаясь выпутаться из кучи-малы, в которую превратилась часть отряда при неудачном уклонении. — Миледи, твой выход!
— Как бы не так, — отозвался цветок, находящийся в точно таком же положении. — Это не тот кукловод, это гребаный марионеточник. Сперва оборвите его нити, потом поговорим!
И правда — сейчас, когда содержимое пирамиды "вытекло" наружу, стал виден ее центр — пульсирующий шар, из которого исходило множество жгутов-нитей. Эти нити тянулись к каждому мутанту — десантнику, по-видимому, подчиняя их общей воле.
— Проводные технологии, что за старье, — рыкнула гидра, поднявшись наконец на ноги и воинственно крутя головами. — Сейчас мы их прокачаем!
— Хватит болтать, у нас пара минут от силы! — Герцог вертел головой из стороны в сторону, пытаясь найти хоть какой-то выход из ситуации и не находя его. — Нужно быстро убить обоих и бежать дальше!
— Вот это да! Вот это мне нравится! — заревел Тиф и прыгнул вперед, в самую гущу мутантов-марионеток, которые еще не до конца пришли в себя после высадки и вяло расползались по сторонам. Многочисленные пасти гидры защелкали, обрывая управляющие жгуты и перекусывая шеи подвернувшихся неудачников.