По головам (СИ)

— Коммуникатор Флектора время от времени шлёт зашифрованные пакеты не пойми куда. Принимает тоже, конечно. Само по себе это ничего не значит — может, просто книжки с пиратских сайтов качает, чтобы почитать, или какое-нибудь особо изощрённое запретное порно. С теми же мальчиками, например. Но… Может и нет. Так что, от него тоже держимся подальше. Просто так, на всякий случай.
— Поняли, командир! И может, того… Поедем уже, а? — Вано проводил глазами пронёсшуюся мимо на высокой скорости группу байкеров и принялся нетерпеливо подпрыгивать на месте.
— Может. Поехали.
  
Глава 19
 
Рассевшись по мотоциклам, мы резко разогнались, с улюлюканьем в исполнении Вано и Мюллера и с визгом в исполнении Яромиры, и резко затормозили у длинной бутафорской «коновязи». Понятное дело, кони перед ней были исключительно железные и двухколёсные.
Из заведения доносилась громкая музыка, что-то в стиле «хард рок», настолько же древнее, как и само человечество.
У входа стояло, сидело и даже лежало около десятка посетителей. Какой-то бородатый мужик зажимал в углу притворно взвизгивающую девку, рядом ещё один помогал товарищу встать и принять вертикальное положение — и получалось это с трудом, потому что стояли плохо они оба.
Чуть дальше группа людей спокойно разговаривала и курила, пуская по кругу большую толстую сигарету. И, судя по принесённому лёгким ветерком запаху, это был ни разу не табак.
Вано тоже заметил. Повёл носом, принюхиваясь, и резюмировал:
— Хорошая!
— Давай! Вперёд иди, «хорошая»! Мы за вами…
— Что — хорошая? — очень натурально изобразив в голосе непонимание, спросила Яромира.
Я подтолкнул собравшегося было ответить блондина в сторону Мюллера и повернулся к жене:
— Хорошая — это то, что ты курить точно не будешь.
Девушка в ответ только фыркнула, стянула шлем и встряхнула головой, позволяя волосам рассыпаться по спине. Этим эффектным движением и своим костюмом девушка притянула к себе несколько заслуженно восхищённых взглядов. С поистине царской невозмутимостью она сделала вид, что ничего не заметила, и сама принялась с любопытством оглядываться по сторонам.
С особым интересом Яромира уставилась на каменные женские задницы, из которых то и дело выстреливало к небесам пламя.
— Слушай, Зар… Вот понять не могу. Это у них откуда огонь вылетает?
— Отовсюду, дорогая. Отовсюду! Пошли уже внутрь, не смотри на всякие безобразия. И не нюхай.
Пристроившись в кильватере у наших байкеров, мы прошли ко входу, возле которого вовсю распинался чернявый и бородатый зазывала с рупором, которого никто не слушал. Мюллер и Вано с ним поздоровались кивками, но даже не остановились, чтобы пожать руку — и я последовал их примеру.
С некоторым трудом надавив на одну из дверных створок, высоких — в два моих роста — и широких, наш толстяк первым ввалился внутрь. За ним — блондин, следующей я пропустил вперёд Яру, и сам зашёл последним.
В лицо тут же ударил жаркий воздух, мощный запах алкоголя, табака, потных человеческих тел, и многоголосый шум. Всё это почти буквально сбивало с ног.
О том, что увижу внутри, я и так уже знал — подсмотрел через камеры. Огромный зал с очень высоким потолком, похожий больше всего на внутреннее помещение какого-то храма. Особенно это ощущение усиливали глубокие ниши в стенах, расположенные где-то на высоте человеческого роста — в каждой из них извивалось по полуголой танцовщице. Добавляла «перчику» роспись на стенах, похожая на фрески. Которые изображали, конечно же, исключительно обнажённых женщин и только в разных неприличных позах.
Помимо тех дам в нишах, присутствовали и другие в различной степени одетые, или, скорее — раздетые стриптизёрши, которые крутились на сцене, прямо перед играющими музыкантами, а также расхаживали по барной стойке и плясали кое-где прямо на столах посетителей. Встречались они и просто в зале, либо прогуливаясь в поисках добычи, либо уже сидя на коленях у кого-нибудь из настоящей орды брутального вида мужчин в коже.
 
Людей в принципе было очень много — фактически, не было видно ни одного свободного столика.
— Мюллер! Справа, в конце, стол. Там спит какой-то тип… Но, думаю, это не проблема, — я указал толстяку место, которое приметил заранее.
— Отлично. Топайте туда, а я пойду, с хозяином пока переговорю…
Он посмотрел на меня вопросительно. Конечно, оставлять байкера одного, когда он потенциально может кому-то передать информацию о нас, было рискованно. Но от части возможных угроз я подстраховался, внедрив вирусы в основной шлюз. Что же до остальных… Решил всё-таки рискнуть, и довериться толстяку.
— Хорошо, давай.
Мы втроём с Вано и Яромирой протолкались в нужный нам конец зала, один раз даже обогнув разлёгшегося прямо на полу очень пьяного человека. Девушка взирала на всё происходящее с неослабевающим интересом — похоже, ей и правда подобные заведения были внове. Хотя, сказать по правде, и мне тоже — во всяком случае, я никогда не видел столько зарабатывающих телом полуголых девиц сразу и в одном месте.
На нас внимание почти не обращали, хотя один раз какой-то пьяный попытался схватить Яромиру за руку. Пришлось легонько ткнуть его в шею, вырубая. Девушка сначала с удивлением посмотрела на оседающее тело, которому я помог опуститься на пол максимально медленно и безопасно, а потом — уже с благодарностью и даже чем-то вроде восхищения, на меня.
Наконец, мы дошли до столика с сидящим рядом с ним уронившим голову на грудь и раскатисто храпящим бородатым байкером, от которого разило спиртным на метры вокруг. Особо не мудрствуя, я просто взял его вместе со стулом и оттащил в сторону. Причём, этот спящий красавец даже не проснулся.
С трудом удалось набрать по соседним столам три свободных стула. На Мюллера не нашлось — выходило, что ему, когда придёт, свой придётся добывать в бою.
Яра уселась первой и брезгливо потрогала пальчиком замызганную столешницу. Начала несколько потерянно озираться, а потом спросила:
— А скоро к нам официант подойдёт? А то грязно, протереть бы…
Вано рассмеялся.
— Ты ещё скажи, меню хочешь!
— А что?
— Да тут заведение простое. Без этих… Без изысков. Всё, что надо — берёшь на стойке, сам. Меню — спрашиваешь у бармена или у девочек, чего есть, а чего нету. Да Мюллер, думаю, на всех закажет, он же пошёл… А, вот и он.
— Кому что брать?
— Ты-то что сам собираешься?
— Пюрешку хочу. С котлетой. И пива!
— Вано?
— А я себе виски. И чёрный бургер. Они здесь нажористые! Есть же такие, а, Мюллер?
— Есть конечно!
— Звучит неплохо. Мне тоже самое, в смысле, бургер и виски. Яра?
— Я… Не знаю. А этот ваш… Виски, он как вообще?
— Ясно, значит три бургера, три стакана, и бутылку чего-нибудь поприличнее на всех. Ну, и что сам будешь.
— Да вы соблазнили, я тоже вискаря с вами жахну… Но от пива не откажусь!
Мюллер ушёл и вскоре вернулся, уже в сопровождении девушки одетой чуть больше, чем остальные — на ней был хотя бы светло-коричневый кожаный передник. Байкер принёс запотевшую бутылку, явно только что из холодильника, и стаканы, из которых один был со льдом.
У официантки в руках был поднос с одуряюще пахнущими и пышущими жаром бургерами. Поприветствовав нас почти искренней улыбкой, она по очереди выставила четыре одинаковые тарелки на стол.
— Вот, держите. Если желаете ещё чего-нибудь, — на этих словах девушка очень многозначительно посмотрела на Вано и продолжила с придыханием: — Только маякните!
Байкер, ни секунды не задумываясь, тут же нагнулся вперёд шлёпнул её по заднице.
— Мы обязательно подумаем, Лейла!
На этом девушка повернулась, чтобы уйти, но тут внезапно заговорила Яра, и холодок в её голосе удивил даже меня:
— Стойте, Лейла. Мы желаем. Можете стол протереть? Тут немножко грязно.
Уже успевшая обернуться и сделать полшага прочь официантка резко обернулась и смерила мою дражайшую половину уничтожающим взглядом. Но всё-таки, постояв так несколько секунд, достала из неприметного кармашка в переднике тряпку и быстро поводила ею по столешнице, изображая уборку. Закончив, собралась было развернуться и уйти — но Яромира схватила девушку за руку и притянула обратно.