Пять секунд до полуночи (СИ)
Майя начала изменять значения фильтров, пытаясь сузить область поиска и упростить анализ, но раз за разом получала слишком большие объёмы данных. Хиромацу дал очень расплывчатую информацию. Если были бы хоть небольшие уточнения, хоть капля фактов! Когда и где появился первый рисунок? Изображения сердца на площадях или в трущобах? Неужели полиция совсем обленилась и разучилась работать? Нет, так дело не пойдёт. Легче отыскать иголку в стоге сена.
Бекетт потёрла слезящиеся от напряжения глаза.
«Неужели Лестер думает, что я всесильна? Не сказал ничего стоящего и требует немедленного ответа. Пойди туда, не скажу, куда и принеси то, не скажу, что. Хотя, он же упомянул, что знаки появлялись в разных частях света. Может, и на Марсе тоже? Там сейчас неспокойно, но жителей-то гораздо меньше. Нужна информация по частоте сердцебиения граждан».
Майя сформировала запрос и посмотрела на данные по марсианским городам. Гораздо легче и приятнее. Отсортировать по времени. Что такое? Невероятно…
Бекетт пролистывала одну страницу за другой, не веря своим глазам. Отобразив данные в графическом виде, она стала рассматривать карту Марса.
За точку отсчёта Майя взяла сегодняшнее число и начала медленно отматывать время назад. Она понемногу погружалась в недалёкое прошлое, когда люди в разных городах только начинали выходить на улицы. Одна за другой оранжевые точки на карте понемногу желтели, затем зеленели и пропадали совсем. Сначала «успокоился» Дрейк, затем Яковлев, затем Соммерс. Последним потух Чжанг Ю. Значит, хронологически он зажёгся первым.
«Беспорядков ещё нет, но уровень беспокойства граждан растёт. Ночью!»
Майя вывела статистику по Земле и развернула карту на вторую половину экрана. Вновь медленное отматывание времени назад, и Земля постепенно потушила все огоньки массовых акций, а Марс ещё горел. Теперь и Марс тухнет. Снова Дрейк-Яковлев-Соммерс-Райнер-Чжанг Ю. Пять городов, пять фамилий, и зачинщик, похоже, господин Ю.
Запрос на видеофайлы для этого времени суток, где зафиксировано движение. Есть! Майя открыла сразу девять, расположив их в киде квадрата. Мусоровоз, уборочная машина, одинокий человек… Вот он! Идёт к стене, оглядывается, достаёт баллончик с краской, при этом его пульс просто зашкаливает.
— Кто же ты? — вслух спросила Майя, получая на него данные.
На экране высветилась краткая биография.
«Что ж, вот вам и ответ, господин Хиромацу. Но Чжанг Ю! Кто бы мог подумать! Значит, протесты начались именно там! Дам президенту эту информацию, а дальше пусть действует сам. Это уже не наше дело, нужно знать границы своей ответственности. Я и так сделала больше, чем того требует Устав ОГК».
Раздался стук в дверь кабинета. Майя мгновенно потушила все экраны.
— Входите! — ответила она.
На пороге появились Эдер и Верницкий.
— Присаживайтесь, господа руководители, — Майя указала мужчинам на кресла. — Нам нужно многое обсудить.
***— Господин капитан! Южная-5 докладывает об атаке со стороны континента! Они получили повреждения и не могут сдерживать натиск противника! — скороговоркой докладывал радист.
— Запросить Южную-3 и 4! Связаться с северными и восточными платформами! Обеспечить связь с Тихоокеанской группировкой и сухопутными силами Мьянмы! — отдавал распоряжения Далагер. — Пилот, ложимся на обратный курс! Передавай сопровождению повторять манёвр!
— Но это нарушение приказа!
Бросив на старпома испепеляющий взгляд, Далагер вновь повернулся к пилоту.
— Выполнять команду! — крикнул он.
— Сэр, Южные 3 и 4 не отвечают! Восточная-7 ведёт бой, пятая и вторая разрушены! Северные молчат!
Экраноплан заложил крутой разворот, заставив всех находящихся в кабине вцепиться в поручни.
— Капитан Далагер! Идти сейчас в атаку — это самоубийство! Если платформы потоплены, у индийцев огромный численный перевес, мы ничем не сможем …
Далагер вновь повернул голову к старпому. Офицер замолчал, не успев закончить фразу. В кабине воцарилась неестественная тишина. Радист открыл было рот, но не посмел прервать безмолвную дуэль.
— Старший помощник, ракетчикам и ПВО готовность к бою, — прозвучал твёрдый голос Далагера.
Он отвернулся от старпома и устремил на радиста вопросительный взгляд.
— Есть связь с Тихим! — с готовностью ответил тот.
— Выводи на меня! Говорит капитан первого ранга Далагер, экраноплан 776, платформа Южная-5!
— На связи, — послышался из динамика спокойный голос.
— У нас массовый прорыв блокады на южном и восточном участках морского кольца! Платформы ведут тяжёлые бои, мы движемся на подмогу, высылайте все свободные экранопланы и катера, поднимайте авиацию!
— Капитан Далагер, помехи на линии, повторите! Что с платформами?
— Прорыв блокады! — громко повторил капитан, чётко выговаривая слова. — Высылайте корабли!
— У нас нет таких сведений. Откуда данные?
— Я — ваши данные!
— Подождите, мы должны проверить информацию и запросить командование, оставайтесь на связи.
— Скоты! К дьяволу наше командование, если оно допускает такое! — прокричал Далагер в микрофон, но ответом ему была тишина. — Радист, есть связь с Мьянмой?
— Так точно! Командующий докладывает об атаке на пограничные посты со стороны Китая и Индии!
— Радары чисты?
— Целей не наблюдаю! — отозвался пилот.
Через несколько минут Далагер, изучавший горизонт в бинокль, оторвал взгляд от моря и повернулся к помощнику.
— Старпом, ракеты к бою, противник прямо по курсу.
— Ракетчики готовы, запрашивают целеуказание!
— Использовать оптическое наведение. Азимут 6, огонь!
Ракеты с воем взвились вверх с борта экраноплана, круто повернули вниз к поверхности моря и унеслись вперёд, держась в нескольких метрах над поверхностью воды. Далеко впереди сверкнули две вспышки.
— Манёвр уклонения! — крикнул пилот и заложил крутой вираж.
Один за другим стартовали юркие перехватчики, отработали лазеры ПВО. Мимо экраноплана Далагера пронеслись три ракеты и рой боевых дронов — корабли сопровождения вступили в бой. Вдали уже был виден высокий столб чёрного дыма от горящей платформы.
— Бронебойными, разделяющимися, огонь!
Шесть ракет отделились от бортов экраноплана и взлетели вверх смертоносным веером. Далагер проводил их тяжёлым взглядом и вновь устремил взор на поверхность моря.
***Танк подмял под себя остатки наполовину сгоревшего дерева, деловито переполз кучу шлакоблоков и повёл пушкой в сторону. Он на мгновение замер, точно решая, выстрелить или нет. Алексей вжался в землю всем телом. Ахнул выстрел, подняв тучи пыли. Танк покачнулся и рванул вперёд, чтобы сменить позицию. С его кормы на землю упал небольшой дрон-брандер со взрывчаткой и умчался куда-то вперёд.
В воздухе рядом с бортом танка полыхнул взрыв. Уже второй раз сработала активная защитная система и уничтожила снаряд противника на подлёте. Машина развернула плоскую башню и дважды выстрелила в ответ. Неподалёку раздался взрыв, а за ним ещё один.
Лежащего Алексея вновь обдало пылью и дымом. Благодаря им с Данилом танки вывели из ангаров как раз вовремя. Едва бронированные машины выползли на плац, как базу накрыло артиллерийским огнём.
Гардианы — автоматические системы ПВО — почти справились с первой волной снарядов, уничтожив их на подлёте. Лишь несколько упало на базу, никого при этом не убив. Но радость быстро сменилась ужасом.
Первые залпы артиллерия врага вела дымо-пылевыми снарядами. Разорвался такой на земле или в воздухе, был сбит или долетел — не было разницы. Активный компонент внутри при соединении с воздухом мгновенно возгорался, выделяя огромное количество дыма и пепла. В считанные минуты всю территорию базы и небо над ней заволокло молочной пеленой, и гардианы лишились возможности вести огонь из лазерных пушек — своего основного вооружения. Запас ракет-перехватчиков, равно как и патронов для автоматических пулемётов, вскоре закончился. Никто не ожидал, что артобстрел будет настолько плотным.