Игра в любовь (СИ)

— Но от тебя ничего не зависело, — резонно подметила, пряча все свои находки обратно в бардачок.
— Мне жаль, что я несколько раз наступал тебе на ноги. Из меня ужасный танцор.
— Зато это делает тебя нормальным человеком, а не роботом без изъянов, — парировала я.
— У меня достаточно недостатков, Оля. Ты — сидящая здесь, живое тому доказательство, — он сказал это так, будто действительно усомнился в правильности своего решения отправить меня участницей на шоу.
Я решила, что подумаю об этом после, в своей кровати, под одеялом, даже если там будет слишком душно.
Мы выехали за пределы мегаполиса и приближались к месту съёмок. Удивительно, что возвращение в дом ощущалось быстрее, чем побег на волю. Субъективное восприятие, но какое-то неизбежное. Время убегало, оставляя за спиной километры асфальтированной дороги, потраченных впустую дней, недель и месяцев. Где-то было столько растраченных возможностей, как монеток с разным номиналом в моей старинной свинюшке-копилке. Если бы использовать каждую, чтобы вернуть те дни.
Егор взял мою руку, и как тогда, в зале, переплёл пальцы.
— От меня ничего не зависело, но ты снова выбрала меня, — я слышала горечь сквозь его строгий тон. Строгий к себе. — Я был бы настоящим идиотом, если бы упустил и этот шанс.
— Ты свои шансы никогда не упускал, — я не удержалась и выплеснула яд.
— И за это я тоже поплатился.
— Чем же? — волна негодования поднялась будто цунами. Я ждала… не знаю, хотя бы одну вескую причину его отстранённости.
Ждала и строила теории.
Я думала, что он не развёлся с женой, как Егор сам заявлял ранее, и продолжает тайно с ней встречаться. Что у него трое детей, и все внебрачные. Что он смертельно болен и не хочет обременять мою жизнь на страдание после собственной кончины. Что он тайный шпион и работает на другую страну, а все эти увеселительные шоу лишь ширма для выяснения государственных секретов.
Но босс не спешил признаваться ни в одном из этих грехов.
— Тем, что почти потерял тебя, — выдавил он.
Наконец-то. Я же с ответом медлить не стала.
— Чтобы кого-то потерять, Егор, нужно с этим кем-то провести времени чуть больше, чем пара часов в постели. Или в автомобиле. Нужно приложить усилия.
Слова летели как стрелы. Я словно отыгрывалась за всю боль последних дней и месяцев. Мне хотелось, чтобы у Егора тоже появились кровоточащие раны, и все имени меня.
— После шоу мы сможем всё обсудить и поговорить спокойно. Мы сможем…
— Нет, — твёрдо оборвала его я. — Три дня — это всё, что у нас есть, Егор. После этого на твоём столе появиться моё заявление об увольнении. С меня хватит.
Он, конечно, сразу понял, что я собираюсь оставить не только работу, но и его самого. И нельзя сказать, что моё решение было спонтанным или необдуманным. Я даже не собиралась разыгрывать эту карту как шантаж, но сейчас всё выглядело именно под таким углом.
Плевать.
Я была влюблена в него так долго, что чувства стали напоминать постоянно зудящую под кожей занозу. Её уже обдали кипятком, вот только вытащить всё никак не решались. Она болела, ныла и изредка кровоточила, когда про неё вспоминали и от неосторожности надавливали со всей силы. Инородное тело следовало достать и залечить эту рану. Осталось только выяснить — сделаю я это вместе с ним или всё-таки одна.
Егор молчал до самого дома. Когда машина свернула на подъездную дорожку, я уже было подумала, что он так ничего и не ответит, поэтому потянулась в бардачок за «заданием» и нашей «находкой». Но прежде, чем я успела отстегнуть ремень безопасности, шеф положил на него руку, не давая защелке выскочить из паза.
— Три дня — не так уж и мало, кроха, — грустная улыбка очертила его губы, а светлые глаза лучились обещанием. — Я постараюсь всё сделать правильно.
* * *
Свисток, сетка, козырёк, женские купальные плавки и, конечно, волейбольный мяч.
Таким был список находок, который все пять пар выложили на стол в гостиной. Главный трофей привезли Лёша и Кира. Как пара, победившая в танцевальном зале, они так же получили особенный подарок — возможность пригласить любого участника на свидание на воздушном шаре.
 
Оказалось, что выбрали они друг друга, и сам полёт пройдет завтра — пока мы будем копошиться в песке (да, нас ждёт командное испытание по волейболу) в попытке снова что-то выиграть.
Лёша и Кира были красивой парой и подходили друг другу. Не только внешне. Уже пару дней наблюдая за девушкой я стала замечать, как она легко и будто бы незаметно прикасалась к нему. К его руке или плечу, чтобы успокоить или оказать поддержку, как поправляла футболку или забирала из рук грязную тарелку после ужина. Они вместе выходили вечером во двор, сидели в беседке, смотрели на звёзды, пили чай из армуд. Химии, которая соединяла двух этих людей, хватило бы, чтобы создать маленькую взрывоопасную бомбу. Их выбор в последний день будет очевиден. Никто даже не пытался встрять в эти стихийно сформировавшиеся отношения.
Участники разошлись по комнатам. Девушки еще минут двадцать обсуждали поиски своих «артефактов», а затем и парней. Казалось, никто не обратили внимание на то, что мы с Егором ушли раньше. Чувствуя переизбыток эмоций и опустошённость из-за физического истощения, под их мерное перешёптывание и тихие смешки, я уснула.
Утром мы не спешил просыпаться слишком рано. Даже вновь палящее солнце не стало причиной массового подъёма.
Лишь в одиннадцатом часу дом потихоньку загудел, словно улей. Я встала и неторопливо приняла душ. Вода смыла остатки сонливости и настраивала на новый день. Первый из трёх оставшихся.
Воспоминания о прошлой ночи меня не смущали. Еще пару недель назад я бы сказала, что больше никогда не подойду к Егору ближе, чем на расстояние вытянутой руки и не позволю ему даже дышать в свою сторону. Я была зла и обижена его изменой.
Да, мы не встречались, он не был моим мужчиной, но то, что я слышала по телефону, восприняла как предательство. К моему стыду я осознала ревность и чувства к нему с одинаковой силой.
Обида и злость так же двигали мной, когда я, проклиная всех и всё, согласилась пойти на шоу. Когда вопреки наставлениям самого Егора выбрала «Любовь», как свою цель, и когда флиртовала с Максом, задирая его.
Выключив воду, я закуталась в большое банное полотенце, волосы тоже собрала под импровизированный тюрбан из другого махрового гиганта, и вышла в спальню, чтобы забрать крем для тела и пойти одеваться. Но на своей тумбочке нужного средства не обнаружила. Оранжевый «хвостик» торчал как раз между кроватью и стеной. Его было видно, но вот так просто не достать. Пришлось встать на колени и изрядно прогнуться в спине, чтобы кончиками пальцев подцепить свою пропажу.
Как только цель была достигнута, за спиной раздался протяжный свист. Явно мужской. Вознеся благодарность всем богам за то, что всё же догадалась надеть трусы, я плотнее сжала полотенце на груди и встала. Напротив стоял Макс, не скрывая веселья в штормовых глазах.
— Ты заблудился? — строго спросила я, не разделяя его хорошего настроения.
Ничего криминального он не увидел, но по моей внутренней шкале порядочности, сейчас пожарный откатился примерно в самый конец очереди. Он еще с порога мог бы сообщить, что зашёл в спальню. Сказать что-то, просто откашляться.
— Вообще-то нет, я как раз искал тебя. Видимо мне повезло.
— Если ты рассчитываешь получить пощёчину, то давай, подойди еще на шаг ближе, — оскалилась я.
Не то, чтобы моя честь была поругана. Нет, не после того, как я вчера самозабвенно и совершенно без стеснения предавалась любви с другим мужчиной, который жил в этом же доме.
Просто как оказалось Макс тоже умеет играть не честно. Даже немножко грязно. Поэтому он сделал шаг вперёд, провоцируя меня на действия.
— Давай-ка проверим, умеешь ли ты держать своё слово, — он поднимает руку и сдёргивает полотенце с моей головы. Светлые пряди мокрыми верёвочками падают по плечам. Вода еще не успела впитаться в мягкую махровую ткань и на кончиках быстро собираются тяжелые капли.