Игра в любовь (СИ)
— Итак, думаю, что настало время для шантажа. Какие еще испытания нас ждут? Ответишь и получишь еду.
— Это низко! — притворно обиженно ответила я, скрестив руки на груди. — И я всё равно не скажу. А если не будешь меня кормить, то и помогать тебе не буду.
— Но я же твой лучший друг!
— Нет, ты мой друг детства. Это разные вещи.
— Но я видел тебя голой! — возможно, что это услышали все обитатели дома, так громко он её провизжал.
— Когда нам было по пять, — строго ответила я, выхватив один пончик из его рук. — На даче твоих бабушки и дедушки в надувной лодке вместо бассейна!
Возможно, что непринуждённая пикировка между нами так бы и продолжалась, но на пороге комнаты появился Рома с таким же, как я раньше видела у Егора, пакетом льда в руках.
— Грёбаные извращенцы! — пробубнил он и завалился на свою кровать с громким и недовольным выдохом. Он точно слышал наш маленький спор.
Всё о чём я мечтала теперь — что Рома уснёт и не будет нас отвлекать от первоначальной задачи — выиграть это испытание.
* * *
Я хотела победить в этом испытании.
Несмотря на то, что само участие в шоу не было для меня важным или значимым событием, но азарт, захвативший в процессе, оказался куда занимательнее попыток вновь и вновь злиться на Егора за его выходки.
Такие вещи отлично прочищают мозги и помогают расставить приоритеты.
В этом доме, в окружении незнакомых людей довольно сложно планировать своё будущее дальше, чем на пару часов. Я могла знать об испытаниях и об их последовательности, но что толку, если результат определялся участниками, поэтому я хотела победить.
У меня были вопросы, на которые я хотела получить ответ и победа могла мне в этом помочь.
Спустя еще два часа, когда мышцы спины закостенели от одного положения, я обнаружила, что занимаюсь пазлом одна. Игорь как-то бесшумно удалился. Я не знала в каком направлении и как давно это произошло, поэтому без зазрения совести легла на пол и застонала от соприкосновения позвонков и лопаток с твёрдой горизонтальной поверхностью. Кто бы мог подумать, что просто лежать может быть больно.
Часы на телевизоре в спальне показывали, что времени на то, чтобы собрать картину оставалось чуть меньше половины, а беглый осмотр работы заставил меня поморщиться от разочарования. Если мы и продвинулись, то не больше чем на четверть. Как раз в момент моего наивысшего недовольства нашей командой явился мой напарник. К счастью для него самого Игорь догадался прийти не с пустыми руками.
— Держи, — в руках у него была огромная кружка с кофе.
Теплый, ароматный напиток манил попробовать его, так что я не стала отказывать себе в этом.
— Откуда ты знаешь, что мне нравится пить кофе с молоком и сахаром? — удивлённо спросила я, попробовав его на вкус.
Пришлось воспользоваться его рукой, чтобы подняться на ноги из сидячего положения. Ноги неприятно загудели и, казалось, вообще не хотели меня слушаться.
— Егор сказал, что если я принесу тебе чёрный кофе, ты опрокинешь его мне на голову, так что… — Игорь развёл руками. — Он действительно хорошо тебя знает.
— Мы работаем вместе два с половиной года, — просто ответила я. Я ожидала очередной язвительный комментарий со стороны Ромы, но оказалось, что он тоже вышел из комнаты и этого я тоже не заметила. — Люди хорошо узнают привычки друг друга, когда работают вместе так долго.
— Угу, — коротко бросил он.
В этом коротком замечании было всё, что он думает про характер наших отношений, но к своему удивлению я обнаружила, что мне нет до этого никакого дела. Стало совершенно не важно, как нас с Егором воспринимают Игорь, Рома, Макс и все остальные участники, съёмочная группа, Маша или кто-либо еще.
Мы просидели в тишине еще минут пять, но как только последний глоток остывшего кофе был сделан, необходимость снова вернуться к заданию настигла своей неотвратимостью.
Каркас картины был почти закончен, оставляя лишь несколько зияющих дыр, чтобы не приходилось каждый раз наклоняться через него и удобнее разместиться для формирования рисунка. Каждый раз, когда мне приходилось вставать и выходить по неотложным делам, я старалась избегать встреч с остальными участниками. Мне нужно было победить в этом конкурсе.
Когда таймер обратного отсчёта показал, что осталось менее часа, задача всё ещё казалась невыполнимой. Игорь снова ушёл, но в этот раз он не спешил возвращаться. Я уже собиралась пойти на его поиски, когда в спальне послышались чьи-то шаги. Не шаркающие и неуверенные, а быстрые и решительные.
— Твой друг покинул тебя? — спросил Егор, вставая напротив и загораживая свет.
Что ему здесь нужно?
— Он ушёл за едой. Боялся, что я свалюсь в обморок от желания надрать всем задницы.
— Странно, — он безразлично повёл плечом, — я только что видел как он беседовал с Юлей и даже помогал ей и Максу собирать их вариант пазла.
Я прищурилась, пытаясь выхватить хоть толику лжи в словах Егора, но не было похоже, что он врал.
Предчувствуя надвигающееся поражение, мне хотелось пойти и отшлёпать Игоря первым, что попадётся по руки, прямо как в детстве. Тогда это была мухобойка, сейчас мог быть пульт от телевизора, который здесь лежал скорее для антуража.
— Никто кроме тебя не хочет победить в этом дурацком конкурсе.
— Ты всегда хочешь победить, — вспылила я, потянувшись за очередной деталью, но покрутив её в руках поняла, что она не подходит, и с разочарованием откинула ее в сторону. — Пришёл поиздеваться надо мной? Проваливай!
Я разозлилась. По-настоящему.
— У меня нет столько терпения, — пробормотал Егор.
Ах, вот теперь как он заговорил. Лжец.
— Нет, у тебя целое море грёбанного терпения. Ты соткан из него, подпитываешь годами, тренируешь наравне с выносливостью и кубиками пресса. Ты умеешь ждать и заставлять ждать других, вводить в ужас и отчаяние, периодически подкидывая жалкие ошмётки надежды на… — я запнулась, внезапно понимая, что несмотря на жутко болящую шею и сводящие от одного положения колени, подскочила на ноги и вскинула голову, гораздо проворнее, чем сама от себя ожидала. — Я заслужила, понял, — руки поднялись сами собой и толкнули его в грудь. — Заслужила одну чёртову победу в конкурсе, — еще один толчок, но скорее я сделала шаг к нему, чем он отошёл назад. — И я заслужила, чтобы ко мне относились серьёзно и принимали мои грёбанные чувства в расчёт.
Егор стоял на месте, как айсберг, который скорее сдвинет с места Титаник и приведёт корабль названный «непотопляемым» к катастрофе века. Словно не он два года игнорировал катастрофу, которая разыгрывалась прямо на его глазах. Один единственный не поддающийся логике и здравому смыслу поступок и вот он, снова в своей броне. Как же это достало!
— Я заслужила ответы на свои вопросы, такие же чёткие, как твоя сраная подпись. Ты крутишь миллионами, — мой палец обвинительно упёрся в его грудь, — но не можешь найти решение для такой простой проблемы как я?
— Не могу, — зашипел Егор.
Его пальцы сомкнулись на моём запястье, и если до этого между нами оставалось хоть немного пространства или возможности для манёвра, для попытки уйти или выгнать его к чертям собачьим — то сейчас нет. Вторая его рука легла мне на спину и решительно, прямо как я просила секундой раньше, еще теснее прижала к мужскому телу.
Мне не составило труда понять, насколько ему было неудобно находиться рядом. Его брюки не были настолько плотными, чтобы скрыть очевидное возбуждение и всё же… всё же. К своему стыду я больше не сопротивлялась и даже подалась вперёд. Его признание всё еще билось где-то в голове.
Не могу.
Но если под влиянием момента я была готова совершить какую-нибудь глупость, то Егор лишь рвано мазнул своим потемневшим взглядом по моим губам, а через секунду вылетел из комнаты, оставив меня одну.
Глава 13. Пять вопросов
* * *
Я победила.
Конечно не только я, но Игорь явно не был тем, кто заслужил награды. Мой друг явился за три минуты до истечения отведённого времени, и совсем не чувствовал вины.