Игра в любовь (СИ)

Глава 1. Вместо пролога и пилотной серии
ИЮНЬ
— Я так и знал, — злобно зарычал мой шеф, и его ладонь с громким стуком приземлилась на стол.
Дорогущая ручка Parker подпрыгнула на месте, жалобно звякнув металлическим корпусом о дорогой коллекционный стол работы итальянской мастерской. Закатывать глаза было неуместно, да и не хотелось. Мужчина оказался на грани того состояния, которое некоторые женщины называют «сексуально злой и опасный». К счастью он так же был не склонен портить имущество под влиянием момента.
— Егор, у нас еще есть время, — увещевала я, совсем не уверенная в своих словах.
Честно, я скрестила пальцы за спиной.
Но и это не помогло.
— Три дня! У тебя есть три дня, чтобы найти замену этой беременной идиотке! Или я воспользуюсь условиями договора и потребую с неё неустойку.
— Ты не станешь.
— Хочешь поспорить?! — его светлые глаза за какую-то секунду стали темнее на несколько оттенков. К сожалению это значило только одно — я в настоящей беде.
Злой… очень злой начальник ни разу не был сексуальным. Все эти стереотипы полная чушь.
— Это ты во всём виновата. Ты настояла на том, чтобы набирать участников без опыта, «из народа», — он выделил последнюю фразу пальцами, имитируя кавычки.
Я кивнула, мужчина застонал. Не то, чтобы мне не нравилось за ним наблюдать или слушать, но я видела, что все его мысли были заняты тем, как исправить случившееся. В таких случаях Егор мог придумать то, что могло мне совершенно не понравиться.
Шеф ходил по кабинету из стороны в сторону, пытаясь понять, как выкрутиться из сложившейся ситуации. Число участников шоу было строго регламентировано — остаться без одного значило разрушить всю концепцию.
Десять человек, потенциально пять пар — в этом был смысл. Без одной девушки всё бы рушилось будто дженга, без основного кирпичика, пристроенного в нижнем ряду слева.
Так что технически я никогда не видела Егора таким злым, но он прекрасно понимал — его требования выполнить невозможно. Понимал и от того злился еще больше. Никто, даже самый матёрый профессионал и опытный продюсер, не смог бы найти замену участнице в такой короткий период.
Ну, я бы не смогла.
— Маша? — он обратился к женщине, остававшейся до этого момента непривычно тихой. Она была его заместителем и совершенно сногсшибательной брюнеткой-карьеристкой.
— Это невозможно, — покачала головой из стороны в сторону Мария, так тщательно, словно каждый поворот должен был сократить мою жизнь еще на год, — если конечно не случится чуда. Может быть, поискать среди знакомых?
В её руках сразу оказался смартфон, по экрану которого она стала энергично выводить узоры своими пальцами. Я была уверена, что это просто бесполезно. Не представляю, чтобы в ее списке контактов был кто-то хотя бы отдаленно подходящий для наших целей.
— Среди знакомых? — голос мужчины оказался заинтересованным этой фразой, а в руках материализовалась ручка. Та самая — из лимитированной коллекции.
Он ловко перекатывал Parker между пальцами. Я определённо отвлеклась на это гипнотизирующее действие, пока не поняла, что взгляд Егора направлен строго на меня.
Короткий миг понимания и…
— Нет! — я выпростала руки вперёд, хотя знала, что это не поможет.
Он улыбнулся и крепко обхватил ручку ладонью, словно уже принял окончательное решение.
— Кто-то, кого мы хорошо знаем, кто не светился в социальных сетях? Кто может сыграть на нашей стороне, как представитель телеканала, и, конечно, тот, кто верит в то, что реальные герои и чувства — это путь к хорошим рейтингам и успеху? — уточнил он, хотя совершенно не нуждался ни в каком подтверждении.
Нет, пожалуйста, нет.
— Да, это именно то, что нам нужно, — утвердительно кивнула Маша, подняв глаза на шефа, и кажется, улавливая ход его мыслей.
— Нет, я не… — чем громче был мой протест, тем он был бесполезнее.
— Что ж, Оля, у нас нет выхода, кроме как привлечь тебя на место выбывшей участницы, — не вывод, а приговор. — Полагаю, что ты оценишь все преимущества, как только перестанешь так эмоционально реагировать, — мне точно не показалось, теперь Егор наслаждался происходящим. — Можешь даже оставаться такой же взволнованной и чувствительной, ведь это совершенно точно понравится зрителям.
 
Мужчина определённо умел использовать мои слова против меня. Егор слишком хорошо меня знал.
И я была зла на себя за то, что позволила ему это.
Мне следовало отказаться и уволиться. Следовало сказать, что он не имеет права распоряжаться моей жизнью, моим временем и всё это не стоит нервов и обсуждения. Не после нашего последнего разговора, состоявшегося по телефону около месяца назад.
Но вот в чем была настоящая проблема: он был и остаётся не только моим шефом, но и мужчиной, которого мне хотелось проучить так же сильно, как и забрать в свои объятия и не отпускать никогда.
На стене в конференц-зале не было часов, которые бы громко и драматично отсчитывали секунды до моего согласия. Никто не следил за стрелками в век смартфонов и фитнес-трекеров. Тишина давила своей неотвратимостью. На мгновение мне показалочь, что моё молчание подорвало решительность Егора.
Засомневался ли он в своём решении? Надеюсь, что да.
Если у меня не было выбора, то я сделаю так, чтобы моё согласие стало его личным поражением.
Мне потребовалось два часа на внимательное изучение договора и на еще одну попытку найти что-то, что сошло бы за конфликт интересов.
Или лазейку.
Или повод для шантажа, чтобы показать Егору, что отказаться от идеи сделать меня участницей — гораздо разумнее, чем настаивать на этом.
Но кроме очевидного и вопиющего факта, что я работала на телеканале, который создавал телешоу, а так же была частью команды, которая над ним трудилась — придраться было не к чему.
Я не знала будущих участников, ведь кастинг не входил в мои обязанности. Я не видела их лиц, не слышала приветственных интервью и при мне ни разу не упоминали даже имён. Вся ситуация была слишком пикантной и могла сыграть как в плюс, так и в минус лично для меня. И для шоу.
Егор отлично понимал, что он делает. Шеф знал как выкручиваться из подобных ситуаций, иначе не занимал бы место главного редактора.
Я поставила свою подпись под документом, и отправилась за съёмку собственного профайла.
В комнате, где шла запись, находилось всего три человека — я, интервьюер и оператор. Теперь идея того, что на экране и в жизни всё должно быть исключительно честно казалась мне очень глупой. Точнее просто идиотской.
С одной стороны я знала, о чем сейчас меня будут спрашивать, и что именно я должна ответить, но все еще не могла поверить, что согласилась оказаться в кадре, а не за ним.
— Итак, Оля, добрый день, — Маша устроилась напротив меня, пытаясь создать комфортную атмосферу для той, что спасла её задницу, сохранила шансы на квартальную премию и повышенные бонусы в случае успеха шоу.
— Нам не стоит претворяться, ты же прекрасно меня знаешь, — пробубнила я, заслужив злобный взгляд.
Оператор, стоявший в этот момент за камерой, еще раз поправил софит, а затем посмотрел на свои часы, оценивая шансы успеть вернуться домой пораньше, чтобы сделать ставку на интересовавший его футбольный матч, а может даже встретиться с друзьями. Счастливый человек!
Неоновая надпись «Игра в любовь» за моей спиной игриво заморгала жёлтым светом.
— Почему ты решила участвовать в этом реалити? — женщина напротив меня начала задавать ровно те же вопросы, что и каждому участнику.
— Потому что шеф-редактор по кастингу плохо сделала свою работу.
Мария показала свой лучший оскал. Я елейно улыбнулась. Получи, стерва.
Не то, чтобы я испытывала к ней неприязнь. Она была честолюбивой карьеристкой с хорошеньким личиком и, как бы не удивлялись многие, мозгами. Маша являла собой образ находчивой и компетентной сотрудницы, которая могла вытянуть подобный проект самостоятельно, но в мире где правят мужчины не каждый захочет раскошеливаться на «женские» проекты, которые возглавила бы женщина.