Феникс (СИ)
- Кто - она? - тупо спросил интеллектуал.
- Женщина из 328-й каюты! - заорал Георгий, брызгая слюной в лицо подлому предателю из пятой колонны.
Тот с достоинством мученика утерся и безапелляционно заявил:
- Это совершенно исключено.
- В третьем классе? В общем вагоне... тьфу... помещении или что там у вас!?
- Да нет же, нет!
- Георгий, может, она опаздывает? - высказал догадку Владлен. - Вы же знаете женщин...
- Смеетесь, - состроил гримасу человек в форме. - Они здесь толклись с семи утра, как только дали сигнал...
- А противиться сигналу можно? - еще раз с надеждой спросил Георгий.
- Теоретически - да, практически - нет.
- Что значит - теоретически?
- По закону больших чисел может случиться все, что угодно. Молекулы воздуха возьмут да и соберутся в одной половине комнаты, и вы задохнетесь, находясь в другой, безвоздушной половине... Закона, который бы запрещал подобное явление, нет. Теоретически такое чудо может произойти, а в жизни не произойдет никогда. В нашем случае вероятность аномалии на несколько порядков выше, но все равно на практике равняется ноль целых ноль-ноль-ноль... короче, один шанс на миллион.
- Что это за шанс? - Георгий впился рукой в плечо допрашиваемому. - В чем он может выражаться?
- Ну-у, возможен сбой программы в связи с какими-либо непредсказуемыми аномалиями самого организма реципиента - человека, принимающего сигнал. Но именно это и считается маловероятным.
- А волю вы уже ни во что не ставите?
- Воля, воля... - пробормотал представитель пятой колонны с таким видом, словно пытался вспомнить, что означает это слово. - Воле Высшего Разума никто не может противиться.
- Ну и дерьмо же ты! - сквозь стиснутые зубы произнес Владлен. - У меня руки так и чешутся врезать тебе по сопатке.
- Да в чем проблема-то! - заорал презренный наймит, взбешенный хамским отношением к своей персоне - Не хотите лететь, никто вас здесь не держит, можете идти на все четыре стороны! Вам была нужна девушка? Так вы убедились, что ее здесь нет. Радуйтесь. Насколько я смог понять ваши намерения, вы разыскиваете ее, чтобы снять с корабля... из патриотических соображений... Да ладно, ладно... не пихайтесь... Вопрос, кажется, решен, так что же вам еще надобно?
- А может быть, она в медотсеке? - высказал последнюю догадку Георгий, подпадая под давление все более нарастающей неопределенности. - При посадке были жертвы?
- Ну, вряд ли это можно назвать жертвами, коего кого помяли... слегка. Но заявляю со всей ответственностью - ничего серьезного ни с кем не случилось. А что касается медотсека как такового, то его на судне нет. Имеются аптечки. Для полета этого вполне достаточно.
- Для полета куда? - сказал Георгий, сузив глаза, и играя желваками. - На тот свет?
- Да перестаньте вы повторять досужие вымыслы невежественной толпы. Людей перемещают для заселения новых площадей, согласно Генеральному Плану, не нами с вами составленного. - И человек в униформе благоговейно воздел очи горе.
- Ты еще Господа Бога помяни, - вставил шпильку Владлен.
- Послушайте, - Георгий сжал руку человека в униформе. - Людей клеймят как скот, грузят на баржи и отправляют неизвестно куда, это что - политика Высшего Разума?!
- Когда оперируют миллиардами лет и миллиардами душ, какой-то процент физических потерь неизбежен. Так что же говорить о потерях морального плана, о попрании чьей-то индивидуальной воли. К тому же Высший Разум всегда действует через посредников: это могут быть высшие иерархи космоса, либо существа рангом пониже, и даже люди могут быть посредниками. И у каждого посредника свои представления о морали и гуманности. Отсюда погрешности. Если у вас есть претензии, то предъявите их ответственным исполнителям акции, а я - всего лишь ничтожный винтик в этой машине.
- И где же находятся эти ответственные исполнители?
- На первом уровне судна. Здесь - обратный отсчет. Первый уровень на самом верху. Там оборудовано нечто вроде рубки. Их двое, впрочем, я не уверен... Они наше непосредственное начальство в этом рейсе. Только хочу предупредить, чтобы вы были с ними повежливее. Они не любят критики в свой адрес и могут сделать с вами все, что угодно. Им неведомы человеческие понятия добра и зла. Они выше этого. Для них важно сохранение вида, а не индивида.
- Кто они такие? - спросил Георгий, насупившись.
- Джентри.
- Мне это слово ничего не говорит.
- Мне, к сожалению, тоже. Мой вам совет: не надо ничего выяснять. Идите домой и приготовьтесь к самому худшему.
- Что вы имеете в виду? - сказал Георгий угрожающе.
- Женщина, которую вы ищите, наверняка мертва. Не надо хватать меня за ворот... Раз она не явилась по сигналу, стало быть, с ней случилось нечто экстраординарное, и она не может двигаться. Вариант: возможно, попала под машину...
- Пойдемте отсюда, Георгий, - сказал тихим голосом Владлен, - может, не так уж страшен черт, как малюет его этот ублюдок.
Они отпустили пленника и направились к лифтам. Внизу было до странности тихо. Очевидно, уже улеглась посадочная суматоха, и пассажиры заняли свои места, согласно купленным билетам. Коридоры были пусты и полутемны, горели только дежурные светильники. Наши спасатели шли, ориентируясь на указатели со стрелками. "На выход" - гласили они яркими желтыми буквами, написанными на русском языке.