"Мир Карика" компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Довольно улыбнувшись своим мыслям, я присоединился к остальным. Битва закончилась, но нам еще надо бы до вечера разобраться с ее последствиями. Убрать тело (естественно, отложив часть органов мне на алхимию), восстановить стену (и опять мне варить зелья) – и ведь вряд ли это все пройдет в тишине. Боюсь, до самой ночи мне придется слушать хвастливые истории о том, кто как проявил себя в этой схватке.
Или нет? Все же компания кандидатов в мой отряд подобралась более-менее опытная, так что (ура!) никаких занудных разговоров.
– Эй! Меня, вообще-то, кровью заливает! – хриплый голос донесся из-под земли, оттуда, где была яма с заключенным там Саней.
Парню не повезло: мертвый медведь упал головой прямо рядом с ним, и теперь кровь из горла зверя текла прямо в импровизированную тюрьму. Думаю, то еще удовольствие.
– Если пообещаешь вести себя нормально, я тебя выпущу, – ответил парню Степан, причем совсем не так, как можно было бы от него ожидать. – Мы тут вроде как заключили мирное соглашение, и я планирую его соблюдать. Того же хотел бы ждать и от своих союзников.
– Понял, – Саня не стал спорить, и старший блондинчик тут же откинул в сторону перегородившее проход бревно и протянул ему руку.
Хотя нет, сначала он бросил взгляд на Нину и убедился, что та не собирается активно этому противиться. Так мило – кажется, мой отряд после этой битвы стал немного ближе…
Следующие несколько часов ушли на уборку и строительство. Из интересного был разве что спор Кейси и Егора. Парень требовал закопать яму с кровью босса, девушка же настаивала на том, чтобы оставить ее для собственных тренировок. Дошло даже до мечей, но кровавое лезвие Кейси с первого же удара лишило Егора его оружия, и тот решил, что не намерен тратить артефакты и зелья ради дизайна форта.
Потом обнаружилась находка в желудке медведя. Кромсавший свою добычу Степан наткнулся внутри на чей-то наполовину переваренный труп и неизвестный прямоугольник размером с пачку сигарет. Кстати, эта штука была вроде бы даже из серебра, но рассмотреть ее как следует не получилось. Блондинчик моментально спрятал свою добычу, и было видно, что добровольно он ее показывать никому не будет.
Забравшись на крышу форта, я задумался, не выбить ли мне этот прямоугольник силой – да, имидж таким поступком я себе попорчу, но ведь интересно же. И тут я неожиданно словно бы услышал чей-то голос.
– Я здесь! Тут кто-нибудь есть?
Показалось? Или кто-то пытается со мной мысленно поговорить?
– Мы застряли! Нужна помощь!
И опять. Правда, сигнал слабый, словно бы я случайно услышал то, что было предназначено кому-то другому… А что если?.. Неожиданно меня осенило. Вдруг это свободный поиск, открытый канал – что-то вроде того, когда я так же пытался достучаться до Короля обмана? В тот раз Гецио меня услышал, сейчас же этот неизвестный, чей сигнал я уловил, явно оказался не так удачлив.
– Я здесь! Слышу тебя, – я не стал задавать вопросов, просто откликнулся в надежде, что отправивший сигнал человек (или кто-то еще) себя выдаст.
Увы, даже этой предосторожности оказалось недостаточно. На чью бы передачу я не наткнулся, она была сразу же прекращена, оставив меня размышлять на тему, кто бы это мог быть.
Глава 19. Слишком Высоко
День медленно тянулся к своему концу. Весь наш отряд занялся расчисткой лагеря: кто-то перетаскивал в сторону остатки мертвого медведя, кто-то занимался восстановлением стен. Лично мне, как я считаю, повезло оказаться во второй группе. А то труп босса уже начал пованивать, и это еще если не обращать внимание на личинок, что каким-то образом успели в нем завестись за считанные часы.
– Хорошо тебе, – Алекс прошел мимо меня, волоча за собой огрызок бревна, – сидишь тут спокойно, варишь свои зелья, а мы вкалываем.
– Не будь у нас зелий Василия, – не удержался от нотации наблюдающий за возведением новых стен Николай Петрович, – то мы бы ничего не успели до заката, и кому-то в итоге еще бы и всю ночь пришлось не спать.
Все-таки приятно иметь дело с умными людьми, которые могут не просто с обидой смотреть на окружающих, но и признавать их вклад. Увы, второе умение обычно включается только при оценке того, с чем тебе самому приходилось сталкиваться. Вот Алекс никогда не строил крепости и не занимался алхимией, поэтому его и возмутило мое бездействие. Петрович же, наоборот, в этом разбирается и может оценить меня по достоинству… И ведь что самое забавное, не будь здесь его и окажись на моем месте среднестатистический человек, не способный пойти против общества, не было бы никакой алхимии. Запретили бы тратить время на такие глупости вместо нормальной работы, и сидел бы потом наш отряд всю ночь посреди поваленных как попало бревен, поочередно дежуря и молясь, чтобы наша внимательность оказалась сильнее, чем скрытность возможных противников.
– Закидывай! – отвлекая меня от мыслей, с верхушки башни донесся голос Степана. После атаки медведя-босса было решено ее еще немного удлинить, чтобы в случае повторения нападения у нас было больше шансов заметить его издалека.
– Три… Два… Один… – Алекс, уже не обращая внимания на меня и Николая Петровича, подошел к разгонной конструкции, установил на ней свое бревно и врезал мечом.
– Есть, – старший блондинчик вместе с помогающим ему Егором подхватили воспарившую как перышко деревяшку и пристроили ее на место, завершая возведение очередного этажа.
На сколько теперь эта конструкция уже возвышается? Метров тридцать? И это еще не конец…
– Василий, – рядом со мной, словно бы пришло время отдохнуть, пристроился Петрович, – что думаешь о последних событиях?
А ведь этот пройдоха решил не просто так прикрыть меня во время наезда Алекса – зарабатывал хорошее отношение, чтобы сейчас, как бы между делом, не выпытать то, что его заинтересовало. Кстати, а что именно он хочет узнать?
– Что думаю официально или по-дружески? – я сделал вид, что принял помощь старика и ничего не подозреваю.
– А можно и то, и то? – Петрович хитро улыбнулся, напомнив мимику моего первого знакомого с таким именем. Интересно, как он там?
– Официально я, как и все считаю, что нам нужно укрепляться и так мы продержимся столько, сколько надо против любого врага. А по-дружески я считаю, что надо валить.
Широко улыбаюсь, приглашая поделиться в ответ чем-нибудь таким же откровенным.
– Это все из-за того храма?
– Какого именно? – я на мгновение упустил нить разговора. О чем это старик заговорил? И ведь даже не сымпровизируешь, подтверждая его догадки и провоцируя на продолжение. Я просто не знаю, что именно тут стоит сказать.
– Про который ты рассказывал? Где ты прочитал информацию о стихийном барьере…
Новый Петрович попытался поймать мой взгляд, я же наоборот отвел его в сторону, чтобы не дать рассмотреть мелькнувшую в глубине глаз улыбку. Многие почему-то считают, что стоит им сделать морду кирпичом, и все, никто не поймет их мысли и эмоции – так вот это огромнейшее заблуждение. Глаза – вот главное зеркало того, что мы чувствуем. Интерес или безразличие, вера или заблуждение, любовь или ненависть… Все это можно увидеть именно в них, причем без какой-либо тренировки или обучения. Как говорится, нужно просто посмотреть.
– Не только, я еще вижу слишком много необъяснимого вокруг, чтобы просто это проигнорировать, – я, наконец, ответил на самый первый вопрос Петровича.
– А расскажешь про храм? – мой собеседник увидел, что сам я не планирую ничего говорить, и был вынужден перейти к прямым вопросам.
– Дай гейс, что поддержишь меня в трех любых вопросах, вне зависимости от своего собственного мнения и данных кому бы то ни было ранее обещаний, – я ждал этого момента и тут же назвал свою цену, заодно проследив, в чью сторону невольно скосился взгляд Петровича.
Ведь во всем происходящем был еще один интересный момент – самого главного строителя не было с нами во время разведки, в докладе эту часть разговора мы не затрагивали… Вот мне и стало интересно, кто же тут затеял свою игру.