"Мир Карика" компиляция. Книги 1-19 (СИ)

А вот Медея лишь ухмыльнулась и продолжила скользить в моем направлении. Нет, она переставляла ноги, как и все люди, но при этом меня не покидало ощущение, что она просто плывет в воздухе, настолько плавно все это происходило. Конечно, ей смешны мои угрозы. Что может навредить богу, тем более такому как она? Впрочем, знай она об успешном выстреле в Семина, возможно, вела бы себя не так уверенно. Но, похоже, они с Лысым еще не общались по итогам сегодняшней ночи. Или, наоборот, общались, и поэтому–то, ясное дело, разобравшись не только в визуальной составляющей произошедшего, но и причинах, Медея прекрасно понимает, что без веры мне ничего не добиться.
Впрочем, как бы то ни было, я сделал самое главное: превратил свою угрозу из неопределенной во что–то вполне реальное. А такие как Медея, насколько я ее узнал, реальности не боятся. Вот увернуться от неизвестной опасности — это да, а просто взрыв — что он ей.
Аркобалено
А вот теперь можно использовать и свою способность обмана — пусть Медея считает, что я ставлю все на прохождение этой атаки. Бросок! Колба с серебристой жидкостью отправляется в полет, при приближении к богине ее встречает сорвавшееся с пальца Медеи невидимое лезвие, разрезающее на части хрупкое стекло. И дальше — не знаю, что было предусмотрено для защиты от ударной волны, но самые обычные капли пролетели оставшееся расстояние без особых проблем и попали прямо на кожу аватара богини.
— Плоть тени, отказ от жизни… — Медея тут же замерла и принялась перечислять ингредиенты использованного мной зелья, стараясь, видимо, понять, что же это такое.
Проявление бога прошло успешно
Слабое зелье не способно удержать силу, эффект проявления изменен на 30%
А вот и системное сообщение, что ж — теперь всем всё станет понятно и без лишней траты времени. Вот только почему эффект вышел именно таким? Нет, я помню, что у меня получилась слабая версия, но итог тридцать процентов — это больше или меньше, чем должно быть? Впрочем, сейчас важнее тот факт, что зелье в принципе сработало, и сейчас мне надо направить ярость Медеи в конструктивное русло. А то, пусть первый этап плана и приведен в действие, мятежная богиня и не думает успокаиваться.
— Дайте мне плащ, — на мгновение остановившись, она перехватила протянутый ей кусок ткани, скрыв свое тело в темных полах и под капюшоном.
Только сейчас до меня дошло, что все это время она была абсолютно голой, но никто (и я в том числе) даже и не подумал обратить на это внимание. Да уж, вот наглядный пример того, как статус прикрывает нас не хуже одежды. Но если по делу, то это не самое главное, на что я обратил внимание. Первое — Медея потребовала одежду вместо того, чтобы воспользоваться силой и призвать какой–то ее аналог (тот же плащ тьмы). А это значит, что ее возможности ограничены. Второе — она, уже почти скрыв свое лицо под капюшоном, улыбнулась. И это еще один хороший знак. Уж я‑то могу представить себе чувства человека, вернувшегося домой после того, как очень долго это казалось в принципе неосуществимым.
— Может быть, просто поговорим? Я же все вижу, и, что важнее, мне найдется, чем тебя заинтересовать, — если честно, пока не решил, что именно предлагать свей собеседнице, но, уверен, в процессе разговора это станет понятнее. Тем более она, похоже, все–таки решила обойтись без эффектных разборок. Или дело не в моих словах? Краем глаза я заметил бегущего со стороны ворот человека. А ведь он же кричит и уже давно, просто я так сосредоточился на богине, что начал игнорировать все остальное.
— Тени! — звуки ворвались ко мне в уши. — Они возвращаются!
— Госпожа, через полчаса защита, что мы ставили в прошлый раз, перестанет действовать, — протянувший до этого Медее плащ старый мужик с мутными глазами постарался сделать пару шагов и оказаться поближе к покровительнице их поселения. Михаил Астапов — судя по всему, это лидер местной общины? И ведь скользкий же тип, сразу видно, но смог и власть удержать, и жизни людей сохранить. Может быть, я начал смотреть на всех вокруг в очень уж темном свете?
 
— Этого будет достаточно, — Медея произносила слова с заметными паузами на конце. — Идем на стены. Кот, ты со мной! Наш разговор еще не окончен.
Меня как будто подтолкнуло в спину, бросая вперед и заставляя занять место по правую руку от скрытой в черном плаще богини. Астапов, изначально сам примеривавшийся на эту позицию, лишь в последний момент отшатнулся в сторону и что–то прошипел. Да уж, судя по всему, хорошего отношения от местных мне не видать. Вернее, относиться–то теперь как раз будут более чем внимательно, но вот ножа в спину после такого проявления расположения их покровительницы стоит ждать с гораздо большей вероятностью, чем раньше.
И пусть даже для меня переход от явной агрессии к то ли просьбе, то ли приказу оказался неожиданным, это не помешало мне среагировать и спокойным шагом, как будто так все и должно быть, двинуться вслед за богиней. Если честно, все идет немного не так, как мне виделось изначально. Да, от смертоубийства мы вроде отошли, но Медея почему–то совершенно не выглядит смущенной. Наоборот, как будто она даже и довольна. Словно придумала, как повернуть эту вроде бы рискованную для нее ситуацию в свою пользу.
В этот момент, следуя за скользнувшим вперед Астаповым, принявшимся льстиво указывать нам дорогу (а ведь пронырливый тип, не сдается), мы по узким деревянным лестницам, закрепленным на шероховатых плитах внешнего кольца домов, поднялись на стену. С учетом ее довольно приличной высоты, и это в дополнение к и так не низкой горе, вид открывался внушительный. Лесные великаны, под сводами которых мы с отрядом охотников пробирались сюда, казались невысоким кустарником. И сейчас из этих зарослей в нашу сторону двигалась огромная звериная стая. Измененные волки, лисы, медведи и всякая другая живность, а во главе — две почти человеческие фигуры. И, думаю, весь переполох сейчас именно из–за них.
На вид они были немногим выше среднего представителя нашего вида (насколько я могу судить, сравнивая с уже виденным вблизи измененным волком). Руки, ноги, одежда — все как положено. Но вот на уровне головы начинались отличия: тот, что был поменьше, щеголял мордой барсука, а у второго на плечах расположилась голова рыбы–молот. Если бы мне кто описал их словами, было бы совсем не страшно. Но вот сейчас, когда я вижу их своими глазами, чувствую давящую ауру, как будто даже слышу стоны умирающих под их ногами цветов — страшно. Очень страшно! Хочется упасть на землю и молить о пощаде.
Вот только я понимаю, что это не мое желание, а просто наведенный эффект, и это знание помогает мне держаться. Я даже успеваю отвести взгляд в сторону на счет девять, чтобы активированная на Медее ментальная защита не перекинулась на кого–то из новых гостей. Да, эти ребята опасны, но, скажу честно, Хозяйку ночи я боюсь несколько больше. И тут, будто подтверждая мои опасения, Медея подняла руки вверх. В тот же миг, несмотря на то что до утра и так было далеко, и казалось, что уже темнее некуда, ночь словно усилила свое влияние. Тьма сначала собралась вокруг рук своей хозяйки, а потом плавно растеклась по крепости, чем–то похожая на укладывающуюся в ожидании добычи хищную кобру.
Вот только тени, казалось, и не заметили ничего из этого, продолжая все так же двигаться к крепости. Хотя нет, они, похоже, просто хотели подойти поближе, чтобы их могли услышать не только на стенах, но и внутри форта.
— Ваши покровители не всегда будут с вами! — и как такая маленькая фигурка может так громогласно говорить? А еще эти глаза, что, кажется, проникают тебе прямо в душу! Вот только неужели речь тени рассчитана только на то, чтобы внести смущение в мысли защитников крепости? Кстати, а почему она говорит именно о покровителях, будто их много?
— А если они будут упрямиться, то мы и их сметем! — тень продолжила фразу, на этот раз перейдя к прямым угрозам. Что ж, с учетом запугивания их план становится более понятным. Но все–таки почему она говорит во множественном числе? Или?