"Мир Карика" компиляция. Книги 1-19 (СИ)

«Я тоже сдержу свое слово…» – я пропустил подползшее ко мне существо сквозь щиты и вместе с ним, как только оно коснулось меня, почувствовал и сотни своих потомков. Тех, с кем еще недавно мы протягивали друг к другу нити разрушения. И они уже были не просто огоньками вдали, якорями для разрушительной техники. Теперь я видел лица, глаза, улыбки, кусочки истории того, что было моей семьей.
«Можно спрятаться?» – спросило существо.
«Сюда», – я приоткрыл проход в изнанку Света, заканчивая подготовку к бою.
А потом времени ни на что постороннее у меня уже просто не оставалось. Я с легкой грустью смотрел, как Бо и Петрович из личностей были вынуждены превратиться в бессловесные орудия своего хозяина, но несмотря на это чувство ни в коем случае нельзя было недооценивать их мощь.
Белый и черный рыцари мигнули в пространстве и в мгновение ока появились рядом с чужаком. И их нити разрушения даже не подумали его огибать, а просто пронзили насквозь и принялись разрушать плоть сердца этого мира. Что обидно, даже будь у меня желание, я бы не смог ничего сделать, чтобы спасти чужака. Он был слишком большим и слишком уязвимым здесь, в месте своей силы. Так порой бывает: тебя загоняют в угол, ты бьешься, как никогда в жизни, но все равно проигрываешь, так как противник сильнее. Потому что нельзя доводить ситуацию до того, когда просто нужно будет навалить побольше силы на свою чашу весов.
И ведь, что характерно, Атон собирался подобной голой мощью расправиться не только с чужаком, но и со мной. Обидно, банально, но очень действенно. Вот только у меня возможности для маневра еще были.
– И вот ты взял на себя новые миллионы смертей, – как только хозяин этого мира окончательно пропал, Атон тут же разразился новой речью. – Ты же понимаешь, Кот, что, когда ушел один паразит, на его место придет другой. Таковы законы природы. И новый в начале всегда прожорлив и жаден, пока не поймет свои границы. Это случится рано или поздно, но точно не сразу. И все те, кто умрут, пока он это осознает, будут на твоей совести.
И очередной шедевр логики. Атон же убил паразита, который просто не захотел ему служить, но именно я, который смог с ним договориться, во всем виноват. Я сам часто использую слова, чтобы добиться нужного мне результата, я знаю, какая в них скрывается сила. Вот только когда ты сам творишь такое будущее, то не всегда замечаешь цену, которую другим приходится платить. А со стороны уродство прямо-таки бросается в глаза… Неожиданно я осознал еще одно поле, где шла текущая схватка. Как Атон лишил меня части Света и Тьмы, так он заодно покусился и на мой Обман, опять же предлагая помериться голой силой и в этой плоскости.
Вот только мой Обман не такой. И моя истина не в том, чтобы кричать о ней из каждого угла. Мне сейчас нужны были не слова, не глупая драка, а поступок, который закрепил бы мое место в мире. Место, которого Атон пытался меня лишить, заставляя отступать там, где я привык считать себя лучше других. Мне нужен был символ, и пока в голову приходило только одно. Вот только разве подобное могло стать частью меня?
«Ты всегда таким был, – тихо сказала Майя, которая продолжала наблюдать за мной. – Ты хотел быть сильным, ты хотел казаться хуже, чем есть, но внутри… Ты хоть раз предал кого-то, кто доверился тебе? Ты смеялся над этой идеей, но она не оставляла тебя, разве ты не видишь?»
Я понимал, о чем она говорит. Когда-то я придумал, что владею стихией Света, а потом она на самом деле стала частью меня. Я создал пародию на паладинов, смеясь над идеей тех, кем когда-то мечтал быть Петрович и по-прежнему грезят стать тысячи молодых идеалистов в моем мире до того, как реальность их ломает. И вот сейчас именно таких союзников я стараюсь держать возле себя. Моей стихией стал Обман, который никогда меня не оставлял, но в то же время я всегда стремился использовать абсолютную силу правды.
«Ты же понял, что у каждой силы есть две стороны, – шептала Майя. – Свет и Тьма, Порядок и Хаос… Это только Хашам и его последователи решили создать что-то свое, выделить третью стихию, добавить неопределенности в баланс мира. Вот только истина-то от этого никуда не делась».
 
Истина… Тогда… Нет, мне не нравится эта идея. Уверен, можно добиться своего и не принимая таких важных решений. Я сделал шаг вперед, готовясь встретить приближающихся ко мне рыцарей, но тут меня остановил Охотник.
– Предок… – его рука зависла в воздухе у меня прямо перед носом. – Думаю, с подобной мелочью должен сражаться кто-то попроще.
– Я согласна, – Зашам встала рядом с Крисом, и они без моей помощи выпустили сотни нитей разрушения, связывая себя с моими потомками. Я видел, что тюрьмы, в которых те были прикованы к этому миру, разрушались, и пламя Света и Тьмы с каждым мгновением сияло все ярче.
Даже ярче, чем у созданной Атоном парочки, хотя в них было вложено куда больше мощи.
«Я слишком долго был связан с твоими потомками и твоей стихией, – неожиданно заговорил подаренный мне кусочек паразита. – Это помогало мне защищаться от твоих нитей раньше, а сейчас я могу, наоборот, их усилить».
Я кивнул. Теперь понятно: это не Бо с Петровичем были так сильны, это просто мы с хозяином этого мира оказались связаны. И эта связь защищала нас друг от друга. Пока я не понимал этого, ситуация позволяла Атону использовать эту нашу силу, чтобы обмануть и заставить принять ее за слабость. Красивая и изящная ложь, которая, разрушившись, превратилась в свою противоположность. И она была еще красивее.
Охотник с ящерицей тем временем схватились с Бо и Петровичем. У моих союзников было больше нитей разрушения, которые они использовали как щупальца, чтобы добраться до врагов. У слуг Атона связь все же оказалась более насыщенной и четкой: они превратили ее в мечи и пока уверенно отбивались от любых атак. Впрочем, инициатива все равно была на нашей стороне.
– Что ж, раз боя не избежать, обозначу сразу свою позицию, – я уверенно двинулся вперед, зная, что Крис с Зашам прикроют меня от любых атак. – Этот мир – мой. Он – под моей защитой. Так что убирайтесь прочь, пока я не выкинул вас отсюда!
Мне нужен был символ, образ, который мог бы дать мне силы, и я нашел его. То, что мне нравилось и что могло сравниться с силой творца миров, подминающего их под себя, собирающего обратно под свою руку все, что когда-то создал. Идея защиты, справедливости и свободы. Те, кто будут со мной, не станут подчиняться придуманным демиургом правилам и великим стихиям. Мы сами будем решать, чего хотим и как будем жить. Будем выбирать любые способы охоты на силу и создавать новые, просто потому что можем.
– Все миры принадлежат мне! – Атон покачал головой, а потом его тело стало покрываться молниями. Что ж, кажется, я довел старика, и он решил начать процесс экспроприации силы у Карика, отлучая того от титула ученика и наследника. Впрочем, учитывая, что цепи на нем так и не появились, похоже, мой враг уже был готов к этому.
Поток молний, окутавший старого демиурга, собрался в кучу побольше, а потом резко ударил в мою сторону. Впрочем, я ожидал этого и подготовил сразу несколько способов сдержать атаку истинного демиурга. Щит Обмана – просто на всякий случай, вдруг вражда стихий еще действует. Покров Тьмы – спасибо татуировкам, на основе которых я подобрал траекторию для его активации. Разрушение Света – Майя и Кейси не стали сливаться с Крисом и Зашам, чтобы в нужный момент помочь именно мне.
– Этого недостаточно! – удар Атона снес все, что я подготовил. – Знаешь, в чем твоя проблема, человек? Именно в этом! Ты был рожден смертным, вся твоя жизнь – это не только поиск силы, но и поиск своей сути. И ты на этом пути бесконечно далек от того, чтобы догнать меня.
– Кажется, мне все же придется делать этот выбор… – после того, как меня протащило по земле, я поднялся на одно колено, показывая, что готов к продолжению.
Покров Обмана
Я призвал свою самую обычную стихию. Не великую. Не истинную. Я не использовал Шаги духов, чтобы добавить себе чужой мощи. Просто я и просто Обман. И именно это простое решение заставило Атона остановиться.