А отличники сдохли первыми - 2: летние каникулы 3 (СИ)

— Хм... И правда, не растягивается... — Поставив ботинки на пол носок к носку, она почесала затылок. — А ведь сейчас, наверное, во всём мире не осталось ни одной бабушки...
— Не факт. — Шагнув на улицу я придержал для неё дверь. — В некоторых странах среди офицеров-подводников были и женщины. Может быть, они тоже были в походе и остались здоровы, как мурманские моряки. И некоторые при этом вполне могли быть чьими-то бабушками.
— Хорошо, если так... — Выйдя наружу, Кира поёжилась от прохладного утреннего воздуха. — Было бы прикольно с такими познакомиться... Боевые, наверное, бабулеты!
В предрассветных сумерках у самых ворот можно было разглядеть караул, состоящий из двух пластиковых пехотинцев с длинным оружием. Судя по всему, это были обычные тяжёлые колуны, но насаженные не на стандартное топорище, а на специально выструганные длинные черенки.
— Как будем их вырубать? — При виде стражников, девчонка напряглась и ссутулилась.
— Ты всегда такая кровожадная, когда не выспишься? Охолони, вежливостью возьмём. — Я успокаивающе похлопал её по плечу и открыто шагнул в поле зрения сторожей. — Доброе утро, уважаемые! Будет ли нам позволено ненадолго покинуть пределы сего гостеприимного замка? Как вы, возможно, знаете, мы с вашим лордом связаны словом чести. И обязались не покидать владений сэра Феникса до встречи с королём.
Сонный караул переглянулся сквозь решётчатые забрала хоккейных шлемов. Но мой куртуазный тон им явно понравился. Похоже, что и для этих пацанов всё происходящее тоже было чем-то вроде игры.
— А куда вы? — Спросил тот, что был повыше. И явно — главнее.
— Хотим посмотреть живую корову! Слышали,что мычит где-то там, на улице. — Кира неожиданно мне подыграла, состроив пацанам глазки. — У вас тут так много всего классного и необычного! Не подскажете, в какой стороне она живёт?
— Корова? — Стражников нахмурился. — Чё там смотреть-то... Вон там сначала прямо, мимо палаток. Потом налево. Рядом с синим домом хлев. Там по запаху будет понятно, мимо не пройдёте. Там ещё и козы есть... Только осторожнее за воротами. Пока не совсем рассвело, можно напороться на ночных проклятых...
— Благодарю вас, благородный сэр! — Очаровательно улыбнувшись, Кира юркнула в приоткрытые створки вперёд меня. — Хорошего вам дня!
— Ага... — Лениво протянул стражник, пожал плечами и заразительно зевнул. Облокотившись на древко, он ещё некоторое время смотрел нам вслед. Но, убедившись в том, что мы спокойно идём по указанному маршруту, закрыл за нами ворота.
— Как думаешь, они все и правда верят в это проклятье и всё такое? — Кира заговорила, как только по ту сторону ворот лязгнула задвижка. — Это ж бред!
— Дети верят в чудеса гораздо легче взрослых. Как и какие-нибудь дикари. — Оглянувшись, я убедился,что за нами больше не следят и свернул на тропинку, ведущую к туалету на отшибе. — А одичавшие дети — верят тем более. И всякие ушлые персонажи этим прекрасно пользуются, чтобы укрепить свою власть и добиться каких-то целей. Слышала про Писистрата?
— Это то место, куда мы идём? — Девчонка озорно улыбнулась.
— Ха-ха. Нет. Это всего лишь древнегреческое имя такое. Переводится как «убеждающий войско» или что-то вроде этого... Но не суть. В общем, был в древних Афинах такой правитель. Тиран. Так там называли того, кто захватил власть не по воле горожан, а силой или хитростью. Но как-то раз афиняне этого тирана-хитреца всё-таки свергли. И чтобы снова вернуться к власти, среди прочих хитростей, Писистрат фактически совершил форменное святотатство. Вместе со своим корешем, который помогал ему вернуться в город, он нарядил обычную, но статную и красивую женщину в доспехи. И заехал в её сопровождении в город на колеснице. А его подельники в это время выставили перед горожанами всё так, словно это сама богиня Афина снова поставила его во главу города. И сама туда привезла.
— И чё, хочешь сказать, что им поверили? В то, что эта бабища — настоящая богиня?
— Вот к этому я и веду. Хотя даже многие античные авторы никак не могли поверить в то, что мудрые и лишённые суеверий афиняне повелись на такую нелепую разводку. Но, тем не менее, факт остаётся фактом. После этого представления во второй раз его прогнали из города только через несколько лет.
 
— Вот ведь ловкач! Писистрат, значит... Подходящее имечко-то!
— Это я всё к тому,что эта история — далеко не единственный пример того, как отдельные беспринципные ребята пользуются массовыми заблуждениями и суевериями, чтобы добиться своих целей. Думаю, что здесь, — я указал рукой на ряды палаток, внутри которых ночевали местные крестьяне, — мы имеем дело с чем-то подобным. Этот самый король и его «совет» наверняка ни черта не верят в собственные бредни про жорское проклятие и тому подобное. Но многие из этих подневольных ребят и пластиковых «рыцарей» — вполне могут быть искренне в этом убеждены. И поэтому будут делать всё, чтобы не стать жертвой проклятия.
— А как же мятежники?
— Ну так и Писистрата же в итоге выгнали, не смотря на якобы волю псевдо-Афины. Значит, нашлись горожане, которые поняли, что их обманывают. Вот и тут, похоже, такая же история повторяется.
— Значит надо однозначно выбирать их сторону. Правильно этот твой Макиавелли говорит. Они хотя бы честные.
— Это мы ещё посмотрим... Восстание мог организовать и кто-то из этих «рыцарей». Решил, что быть чьим-то вассалом ему больше не нравится. И пора самому занять главный престол. Мало ли... Может обделили кого наделом или добычей. Погоди-ка... — Я остановил Киру и указал на тент, натянутый вокруг выгребной ямы. — Видишь отсюда, кто это там у входа тусит?
Девчонка присмотрелась зоркими глазами:
— Стражники вроде... Типа тех, которые на воротах стояли. Это чё... Нам с ними нужно встретиться?
— Не думаю... Может просто нужду справляли. Давай-ка пока просто понаблюдаем... Вон оттуда. — Я указал на декоративный кустарник, окружающий газон особняка.
— Уже вон восход. — Кира указала на рыжий край горизонта. — Как раз самое время вроде... Подстава, походу... Или ту девчонку раскрыли. Которая нам еду принесла....
Сине-жёлтые стражники у туалета о чём-то вполголоса переговаривались, внимательно осматривая ближайшие палатки, которые стояли от сортира на приличном расстоянии. Но вскоре их внимание привлекло какое-то движение на дороге, проходившей между натянутыми убежищами пеонов.
— Видишь, кто там? — Я указал в ту сторону
Сощурившись, Кира попыталась разглядеть тёмную фигуру сквозь кустарник:
— Вроде пацан какой-то... В маске! — Чуть не перешла на крик девчонка, но вовремя зажала рот сама себе. И продолжила уже горячим шёпотом сквозь пальцы. — Один из тех, что вчера на нас напали! Который светлый такой!
— Вот он, похоже, и есть наш связной...
Вскоре и я разглядел бредущего по тропинке блондинистого парня в грязной одежде и всё в той же ватно-марлевой маске. Мерно шагая по декоративной насыпи, он понуро тащил за собой какую-то бадью, поскрипывавшую маленькими колёсиками. А на плече нёс длинный большой черпак.
— Фу, бля... Говночерпий прётся... — Один из стражников высказался в полный голос и повернулся к напарнику. — Может... Может пойдём обход что ли пока сделаем, а? Он же щас там всё разворошит... Тут на километр не подойдёшь... Потом пропахнем и весь день сами будем как он...
Тот из двух караульных, что явно был старшим, с сомнением склонил голову на бок, продолжая разглядывать приближавшегося к ним золотаря:
— Блин... В натуре... — Оглянувшись на туалет, он согласно покачал головой. — Ладно, пошли пока.
Сойдя с тропинки, стража обошла юного ассенизатора на почтительном расстоянии и пропала из вида за палатками.
Парень в маске не обратил на них никакого внимания — лишь продолжил тащить бадью к своей цели. И оглянулся лишь тогда, когда оказался рядом с туалетом.
Открыв крышку, он поморщился и крикнул в сторону входа.
— Эй, там кто-нибудь есть? Уборка!
Но ему никто не ответил.