Наш дом – СССР

Дома после нашествия бандитов меня ждал разгром и хозяева квартиры. Хорошо, что я по пути заглянул в гараж и переоделся, хоть и в рыбацкую одежку, да чистую. С порога, поняв, что в доме кто-то есть, слышались шаги и разговор, я сделал удивленное лицо и попытался открыть дверь ключом. Не вышло, защелка изнутри заперта. Шум изнутри стих, а спустя несколько секунд послышался женский голос:
— Кто там?
Фигасе…
— А я у вас хотел спросить, кто это в квартире, которую я снимаю? — произнес я, и дверь тут же распахнулась.
На пороге стояла женщина, хозяйка квартиры, я видел ее пару раз, в основном с ней Катя общалась. Позади нее топтался мужичок средних лет, муж, наверное.
— Здравствуйте, Анастасия Игоревна, какими судьбами? — Вообще-то, мы настоятельно требовали, именно требовали, а не просили, предупреждать о визитах. Я это четко ей объяснил в нашу первую же встречу. Объяснил просто, что я инженер с завода, у меня могут находиться секретные документы, поэтому в квартире хозяева могут находиться только при мне или супруге. Так как квартир на сдачу полно, спрос явно ниже предложения, хозяйка не упиралась и легко согласилась, да это еще и не совсем законно. Тут ведь как, по закону, у этой семьи не может быть двух квартир, но они есть. Она меня прописывает, представляет в домоуправлении своим родственником и все, я плачу деньги, она получает, но если об этом узнают в милиции… А про завод не зря упомянул, у нее и муж работает на том же заводе, а значит, она понимает, что такое секретность.
— Это вы, Александр, мне расскажите, во что вы превратили нашу квартиру? — запинаясь, явно не зная, как себя вести в такой ситуации, спросила хозяйка.
— А что случилось-то? — спросил я еще раз и вошел сам.
Хозяйка посторонилась, а я якобы только сейчас увидел то, что стало с квартирой. Беда так-то. Эти упыри при обыске даже местами обои оторвали, а они тоже дефицит. Разгром был полным. Мебель поломана, двери сорваны с петель, на хрена их-то трогали? В полотне бабки искали, что ли? Ладно хоть полы вроде целы, а зря не вскрыли, вдруг я там заначку и сделал? Смеясь про себя, я обводил квартиру глазами и охал. Дойдя до кухни, замер. Навстречу из нее выходил милиционер в звании лейтенанта.
— Лейтенант Егорьев, ваши документы, гражданин! — мент кинул руку к виску и протянул ко мне.
— Пожалуйста, — я вынул паспорт из кармана и передал милиционеру.
— Андреев, постоялец?
— Так точно, — кивнул я.
— Гражданочка, вы подтверждаете, что это ваш постоялец?
— Да.
— Пройдемте со мной, я должен вас задержать для выяснения подробностей.
— Чего-чего? — обалдел я. — Каких это подробностей? Вы, товарищ лейтенант, сначала объясните, в чем дело, я вообще-то только приехал, спать хочу, а утром на работу рано.
— Здесь произошло ограбление, и я должен вас опросить…
— На предмет не я ли ограбил квартиру, в которой живу? — мне становилось все смешнее и смешнее. — Товарищ лейтенант, вы ничего не путаете?
— Препятствуете органам? — нахмурился милиционер.
— Ни в коем случае. Просто все это выглядит, как фарс и абсурд. Сами посудите, товарищ лейтенант. Приходите вы домой, а вас ждут и арестовывают за то, что вы пришли к себе домой.
— Это не ваша квартира, — еще один тупой ответ.
— Но я в ней живу на законных основаниях. Можете у хозяйки спросить, я сам настоял на том, чтобы все было официально. Я зарегистрирован по этому месту жительства, у вас в милиции есть все данные. Кроме того, если здесь что-то и украли, то это лично мое имущество, снимали мы квартиру с голыми стенами, здесь даже ванны не было, сами покупали, спросите у хозяйки. Так что, какие вопросы у вас могут быть ко мне? — я начинал злиться.
— Где вы находились со вчерашнего дня и до сей поры? — не унимался мент, но вроде уже не тащит в отделение.
Вот охота мне с ним сейчас тут разбираться, а? Я ведь и наехать могу, тогда он вынужден будет саму хозяйку в отделение тащить и разбираться, как она смогла меня прописать и по какому праву сдает квартиру.
— Отвез семью в деревню, мы там дачу снимаем, документы тоже есть, но в деревне, здесь они без надобности. Потом рыбачил и вернулся в город, так как нужно с утра на завод.
 
— Кто может подтвердить, что вы работаете на заводе? Хозяйка, вон, мне все уши прожужжала о том, что вы подозрительный тип и безработный.
— Увы, ночью я не стану будить по телефону свое начальство. А вам, хозяюшка, будет привет от Павла Федоровича.
Имя Дерунова заводчане знают хорошо.
Услыхав мои слова, та даже взбледнула и начала что-то мычать, а в разговор вдруг вступил молчавший все это время супруг хозяйки.
— Вы неправильно поняли нас, товарищ милиционер, мы говорили, что не знаем, где и кем трудится товарищ Андреев.
— Врать нехорошо, вас в детстве не учили говорить правду? — взглянул я прищуренными глазами на мужа хозяйки, и тот заткнулся. — Катерина, моя супруга, специально сообщала вам о местах нашей работы, чтобы не было вопросов, вы что, решили, что мы врем? Вы нас во вранье обвиняете?
Хозяева сдулись окончательно, стояли заткнувшись и не поднимая глаз, а вот мент, наконец, принял верное решение.
— Так, гражданин Андреев, если что-то пропало из квартиры, нужно сделать опись…
— Послушайте, товарищ лейтенант, что могло пропасть у инженера? Кусок миллиметровой бумаги? Карандаши? Я устал и хочу принять душ, а потом залезть в кровать. Мне рано вставать и нужно выспаться. У вас еще есть вопросы?
Мент, постояв, нерешительно пошамкал губами, но все же протянул мне паспорт и объяснил, что, если я все же обнаружу пропажу, необходимо обратиться в отделение. Я уверил его, что так и поступлю, и вопросительно посмотрел на хозяев квартиры.
— Что? — сдалась под моим взглядом хозяйка. Губы у нее тряслись, не так она представляла разборки со мной.
— Можете прийти завтра, и мы расторгнем договор, деньги вам уплачены вперед, поэтому претензий ко мне быть не может. По факту поломки дверей… Что ж, думаю, хулиганов найти будет непросто, поэтому я компенсирую ремонт. Вас устраивает такой результат?
— Ой, Саша, что вы, живите и дальше, мы ж не против, мы просто хотели разобраться… — запричитала хозяйка, конечно, ищи теперь новых жильцов, хрен найдет, а то еще и вляпается с ними в историю.
— К сожалению, вы нарушили наш договор, вынужден отказаться от вашего предложения. Всего хорошего, завтра, как освобожусь, я вам позвоню и передам ключи. Всего хорошего!
Мент ушел еще во время моего монолога, а эти два коммерсанта-неудачника за ним следом. Я же, не став даже заморачиваться с уборкой, пошел в ванную. Здесь вроде ничего не ломали, поэтому ополоснув ванну, набрал воды и погрузился в раздумья. Чуть не вырубился прямо в воде, еще захлебнуться не хватало.
Проснулся рано, предстояло много беготни, надо торопиться. Первым делом пошел на завод. Встретился с Павлом Федоровичем и попросил помочь с машиной, вещи перевезти в гараж. Мне выделили грузовичок ГАЗ, на нем, вместе с водителем, мы за раз перевезли нехитрый скарб, что успели нажить за короткое время. Водитель помог с погрузкой и разгрузкой без слов, за что получил трешку и был доволен. Управились быстро, и после обеда я вновь был в отделе на заводе. Вот-вот соберут первый лодочный мотор и предстоят серьезные испытания, я был доволен. Работа позволяла забыть вчерашние события, а то с ума можно сойти, я ж не душегуб, а тут такая резня.
Дерунов дернул меня к себе в кабинет и принялся мотать душу насчет двойного коллектора в камере сгорания Д-30. Как и ранее, отвечал просто, вижу, мол, как оно надо, да и баста. Директор заявил, что это гениальное решение для нынешнего дня в авиастроении, такого не делает никто и мы будем первыми. Скромно покивал, пожелав удачи директору и заводу. Вообще, конечно, я сомневался, что СССР будет первым с этим решением, но решат как-нибудь, ведь как-то же признали в моей истории Д-30 лучшим двигателем на авиасалоне, значит, у других были явно хуже.