Мяч круглый, поле скользкое (СИ)
— Володя, привет! Ты можешь узнать, кого там нам судьба приготовила в Кубке?
— Ты, блин, сегодня третий уже! И Жордания приходил, и Аркадьев. Вот только звонил — закончилась переигровка йошкар-олинского «Спартака» с саратовским «Соколом». 2:3 в добавленное время, победил «Сокол» — так что летите на Волгу. Обрадуй там своих, а то ходют и ходют.
— Почему «обрадуй»? Я про них и не слышал ничего. Слабая команда?
— Не больше твоего знаю. Зато название какое — «Сокол»! Как-то слышал или читал в газете, сейчас точно не вспомню, но смысл был такой, что «Сокол» — кубковый боец.
— Даже так… Ладно, спасибо, Володя. Саратов? Это ведь явно с пересадкой лететь.
— Скорее всего. Вы тут забрались в Тьмутаракань. Думаю, через Горький добираться вам придётся.
Вернулся от комментаторов, и как раз команды стали выходить. По стадиону объявили, что в «Кайрате» замены: вместо третьего номера Владимира Кислякова играет номер семнадцатый Василий Данилов, и вместо шестого Фарида Хисамутдинова — пятнадцатый Михаил Посуэло.
Вот так так! Отчудил без присмотра Валерка, выпустил пятого нападающего вместо полузащитника. Что это за «дубль-ве» новая? Хотя, какая разница… Решили пацанами играть, поберечь опытных на кубковую игру, и решили — ничего уже не исправишь. Замены только две. Вот поменяли — а хотели ведь Сегизбаева убрать после половины тайма. Идти надо, мирить Аркадьева с Гусём. Точно ведь подерутся.
Нет! Сидят чего-то, беседуют. Присел на лавку, обрадовал, мол, достался им в соперники в 1/16 саратовский «Сокол».
— Даже не очень представляю, где эта Йошкар-Ола находится, — хмыкнул Борис Андреевич. — Да и пёс с ней уже, наверное, и не узнаю теперь. Прорвёмся! «Сокол», так «Сокол».
Видно, нашёл Валерка слова для молодёжи… Хотя, какая уж молодёжь! Получается, что большая часть команды сейчас — и не молодые совсем. Ну, для неофитов кайратовского движения. С ходу придавили динамовцев к своим воротам и начали настоящий расстрел. Жаль, Степанов ещё в санатории — его бы пушечные удары в этот хор влить, и совсем кранты грузинам.
Событие двадцать пятое
Комментатор во время футбольного матча:
— Нашей команде не хватает техники! Даже маленький бульдозер в корне изменил бы положение на поле…
«Пряник» — именно такое прозвище было у впервые надевшего полосатую кайратовскую майку защитника Василия Данилова в сборной СССР и в «Зените», за который он отыграл восемь сезонов. При этом жил в маленькой комнатушке в неблагоустроенной общаге при стадионе, и его там даже несколько раз обворовали. Не деньги украли — память. Пришёл вечером с «друзьями» в клетушку свою — догнаться водочкой после пивного киоска, а утром с больной головой обнаружил: нет футболки, которой они обменялись с Гарринчей на чемпионате мира, нет той самой как бы-бронзовой медали. А кто были друзья — и не помнит. Даже в милицию заявлять не стал, чтобы не позориться.
Кашпировский в санатории напомнил Василию Савельевичу, что он — не старый спившийся инвалид с искусственным мениском, а тот самый Пряник, что был крайним защитником сборной СССР и притормаживал Пеле, Эйсебио, Гарринчу. Что он был лучшим крайком в Советском футболе — всегда по возможности подключался к атакам, бил, раздавал, взрывался. Но и о том напомнил, что второй раз обворовали в той же общаге. Точно при таких же обстоятельствах — пьянка и похмелье утром, а уже нет ни случайных друзей, ни кубков на единственной книжной полке. Даже фотографии и заграничный журнал, где Данилов на обложке стоял с Пеле — и те как корова языком. Пропил память.
Пряник завладел мячом, отскочившим от зелёной травки после удара одного из динамовцев — те решили удерживать счёт, защищаясь и выбивая подальше от ворот. Он без препятствий прошёл по своему правому флангу и подал. Была у Василия одна особенность — амбидекстрия. У него не было рабочей ноги, он использовал ту, которая удобнее в конкретном эпизоде. Сейчас напрашивалась правая, так как слева набегал защитник тбилисцев — но он перекрыл обзор и Сергея Квочкина, потому Данилов ещё чуть сблизился с набегающим защитником и послал мяч левой, прямо в ноги правому нападающему. Горбыль воспользовался подарком на все сто: красиво показал, что уходит влево, и тем самым финтом Месхи того самого Месхи, оказавшегося последней преградой к воротам, и обвёл. Кто тут лучший крайний форвард СССР шестидесятых? Да любой пацан в Алма-Ате знает назубок: Сергей Прокопыч Квочкин! Удар — и мячик выкатывается из ворот. Капитан подхватил его и понёсся к центру.
Немесио Посуэло уже почти три года играл не за приличную команду мастеров, а за «Геолог» из городка Краснокаменск Читинской области, на первенство этой самой области. Там-то, на дне рождения какой-то очередной пассии, его и нашли двое крепких мужичков. Погрузили сначала в поезд, потом в самолёт, а в конце в надёжные руки волхва Доброслава и доктора Кашпировского передали.
Пассий было у испанского мачо столько, что всех и не упомнишь. Среди его возлюбленных числились сестра Михаила Державина Татьяна и звезда кинематографа Виктория Фёдорова — та самая, что потом снимется в «Ходе белой королевы». Кроме подруг у русского испанца были среди артистов и друзья, в том числе — сам Кобзон. Последний даже спас ему жизнь во время пьяной драки у ресторана ВТО. Певец оказался там случайно, но вспомнил юность, в которой серьёзно занимался боксом, раскидал хулиганов и отвёз Посуэло со сломанным носом в Склифосовского. Ведь и запинали бы собутыльники насмерть — обычное явление среди «друзей».
Откуда Миша взялся в СССР? А оттуда же, что и многие дети-испанцы, чьи родители бежали от режима Франко. Отец Посуэло был членом компартии, в 39-м году воевал на гражданской, а мать с сестрой будущего Немесио бежали во Францию. Уже там семья воссоединилась и добралась до Одессы, после осели в Харькове.
Немесио родился уже в СССР. После его появления семья оказалась в Москве — отцу предоставили работу на автозаводе и выделили квартиру, понятно, на Автозаводской улице. Мать Посуэло умерла, когда мальчику не было ещё и восьми, а отец вечно мотался по командировкам. Так парнишка и оказался в детском доме. Часто вспоминал те годы, не сильно и жаловался на судьбу — в детдоме ему жилось неплохо, всегда сыт, одет-обут. Дом, правда, был необычный — там жили дети руководителей иностранных компартий. Только вот, бывало, иногда слышал в свой адрес нелестное «испанец-засранец». Ну, дети… Однако именно там его научили играть в футбол и назвали русским именем Миша — в честь хулигана-героя Квакина из повести «Тимур и его команда».
Затем отец забрал Мишу домой. Их квартира находилась рядом со стадионом «Торпедо» — так он и оказался в футбольной школе автозаводцев. В 17 лет его уже забрали в дубль вместе с Гусаровым и Шустиковым, сначала числился в подающих надежды, а потом, из-за постоянных гулянок и пьянок, в вечных нарушителях режима. Однажды забил самому Яшину. Из «Торпедо» перевёлся сначала в «Спартак», а потом — в «Зенит», где и пришёл конец всем его похождениям.
После того, как игрок «Спартака» Севидов сбил члена-корреспондента АН СССР Рябчикова, Посуэло в числе ещё 18 футболистов, «злостных нарушителей режима», был пожизненно дисквалифицирован — он в тот день как раз злоупотреблял вместе с Юрием. Откопали… И сам не шибко рад сперва был, но втянулся. Азарт даже появился: как это, после трёх лет прозябания в любителях взять да и снова заиграть в «вышке»!
Миша получил мяч от Долматова. Так как ворота были прикрыты, решил играть до верного — чуть отпустил круглого от себя и, когда сразу два динамовца бросились на него, открывая ворота, первым догнал его и с разворота хлёстко послал в девятку. Такие не берутся… Вратарь даже не успел среагировать — так и остался стоять в противоположном углу. 2:2.
Валерий Лобановский глянул на табло. Нет, не хотел удостовериться, что перещёлкнулась цифра, показывая небывалое — дубль со старичками-алкоголиками рубится наравне с одним из лидеров чемпионата. Хотел понять, чего же сейчас «подсказывать» команде. Добивать «гадину» в логове, или откатиться и играть на удержание.