Дело тел (СИ)

— Вы будете слушать и молчать, — строго произнес Шеф. Он во время ужина сидел на плече Фадана, сильно уменьшив свой привычный размер, и помалкивал, но тут оживился. — Говорить будет Фадан. Ну и я, в меру возможностей. Вам же предстоит тактично помалкивать.
— А почему помалкивать? — расстроился Аквист.
— Потому что вы — идиоты, — жестко ответил Шеф. — Еще ляпните чего-нибудь, не подумав. А это драконы.
— Ты еще скажи, что это тебе не вельшевская жопа, — хихикнул Шини, и тут же огреб от Фадана подзатыльник.
— Да, пожалуй, ты прав, Шеф, — согласился Фадан, потирая руку. — Пусть лучше молчат пока что. Больше толку будет.
* * *
На этот раз к уже знакомым команде Агорху и Керги прибавился еще один дракон, точнее, это была драконица по имени Хийтри. Конечно, по меркам разных рас красота может очень сильно разница, но тут было ясно — драконица является очень красивой представительницей своего рода.
Размером она была поменьше, чем остальные виденные командой драконы, тело ее оказалось изящным, покрытым золотисто-белой чешуей. На голове у Хийтри имелась шапочка тончайшей работы, прикрывающая уши и верхнюю часть шеи, а на меньшей паре рук Фадан с большим удивлением разглядел несколько браслетов. Но больше всего его поразили глаза драконицы — бирюзовые, с красноватым отливом в глубине.
Разумеется, Хийтри тут же поняла, что ее рассматривают, однако, кажется, ее это не смутило. Наоборот, рассмешило. Она сделала шаг вперед (до этого она стояла чуть в стороне, за спиной Керги), и, чуть усмехнувшись, спросила смущенного Фадана:
— Так видно лучше?
— Вы очень красивы, — отважился Фадан на комплимент. — Но, право, не стоило…
— Я красива? Странно это слышать от мужчины расы рауф. Хотя, возможно, интерес чисто эстетический?
Фадан усердно закивал.
— Признаться, я сравнивал. Дело в том, что у нас есть старинные гравюры, предания, сказания… о драконах… — он всё еще запинался. — Они не очень популярны сейчас. Но там драконы несколько иные.
— И какие же? — чуть наклонила голову Хийтри.
— Они больше вас, у них нет вторых рук, они летают…
— Мы тоже.
— …и извергают огонь, — закончил Фадан. — А еще они любят есть девушек. Молодых. И часто.
Хийтри звонко рассмеялась, Агорх и Керги заулыбались ей вслед.
— Связка, — неожиданно оборвала свой смех драконица. — Видимо, след очень старой связки. Значит, их мир когда-то был в одном сиуре с каким-то миром драконов, если есть такие легенды.
— В белом периоде? — уточнил Агорх.
— Разумеется, — кивнула Хийтри. — Вспомни наши сказки и легенды. Например, про маленьких белых, которыми до сих пор пугают детей.
Агорх передернул крыльями.
— Теория неплохая, но про это лучше уточнить у Контроля, — произнес он.
— У кого? — осторожно спросил Фадан. — Шеф, это именно те, про кого ты рассказывал, когда я плел Шини волосы? Которые делят миры?
— Угу, — тихо отозвался Шеф. — Те самые. Но тут их нет.
— Фадан, можно задать вам несколько вопросов? — Хийтри посерьезнела, села, обернув задние лапы хвостом. — Отвечать прошу подробно, потому что в данном случае важна каждая мелочь.
— Конечно, спрашивайте, — Фадан, кажется, обрадовался, что наконец-то разговор дошел до дела.
— Сейчас я воспроизведу вам несколько звуков. Постарайтесь узнать звук, которые будет похож на звук портала во время работы. Слушайте. Это первый…
— Слишком низко и мрачно, — шепнул Аквист. — Да?
— Низко и мрачно, — подтвердил его мнение Фадан.
— Это второй.
— Больше похоже, но тоже не такой.
— Третий.
— Еще больше похож, — обрадовался Фадан.
— И четвертый.
— А вот это он! Точно такой же, да? — Фадан повернулся к команде, все дружно закивали.
— Хорошо, — одобрила Хийтри. — Теперь свет. Вопрос всем. Попробуйте восстановить в памяти момент, когда вы увидели свет. Можете закрыть глаза… отлично. Микс, без нарастания, — заключила она. — Таможне, я думаю, информации будет достаточно. Пусть Ангк и Гингк теперь считают, а мы продолжим.
— Кто что считает? — не дошло до Фадана.
 
— Нам нужно вычислить, откуда вы к нам попали и каким образом, — пояснила драконица. — Я передала эту информацию Мастерам проходов, они сейчас будут ее обрабатывать. А мы вернемся к вопросам. Фадан, какой у вас средний брачный возраст?
Фадан растерялся.
— Для кого? — спросил он.
— Для каждого пола.
— Ну… мужчины от двадцати пяти и старше, гермо от двадцати, женщины от шестнадцати.
— Сколько детей обычно в семьях?
— По-разному. У кого-то пять, у кого-то один.
— А чаще?
— Два, три.
— Отлично. Планета исповедует единую религию?
— Ну, в принципе, да, — осторожно начал Фадан. — Но могут быть различия.
— Например? — драконица, кажется, заинтересовалась.
— В какой-то области, например, был некий святой, и он особо почитаем. Поэтому и мифология, и служение, и даже имена будут привязаны к этому святому. Есть еще эти, как их… двойники? Они не признают, что Триединый является Триединым, а считают, что у него две ипостаси.
— Ясно. Сколько государств существует на планете?
Фадан растерялся.
— В принципе, одно, — ответил он. — Но сейчас мне кажется, что их может быть несколько. То есть стать несколько. Для этого достаточно…
— Немножко изменить отношение к святым, верно? — подсказала драконица. — Хорошо, не буду больше мучить. Давайте пройдемся по технике. А почему молчат остальные? Ну-ка, молодежь, кто сумеет рассказать, как устроен компьютер, и что с его помощью можно делать?
* * *
Разговор в результате затянулся далеко за полночь. Сначала все говорили робко, но потом потихонечку осмелели — только Бонни, обычно словоохотливая, в этот раз почему-то предпочла остаться в стороне, и в беседу почти не вмешивалась. Фадан долго гадал, в чем же дело, и позже для себя решил, что Бонни, кажется, приревновала их всех к более чем красивой Хийтри. Ну а в чем еще может быть причина? Обычная женская ревность, ничто иное.
Однако на деле всё оказалось не так просто.
После разговора Керги проводил всю команду в новое место, где им предстояло, по его словам, прожить несколько дней. Это был дом, стоящий в некотором отдалении от здания, в котором они лечились и приходили в себя; дом, явно спешно переоборудованный таможней под их нужды. Для каждого оказалась подготовлена отдельная комната, по меркам Равора-7 роскошная, для каждого имелось отдельное меню, с возможностью заказать еду в любое время суток, и, о чудо, для каждого появилась, наконец, готовая одежда — не то убожество, которое они сотворили сами, а подходящая по размеру, удобная и добротная.
— Бонни, чего ты дулась, не пойму? — начал Шини, как только Керги скрылся за общей дверью, и команда очутилась в коридоре перед комнатами. — Сидела, как бука какая-то.
— Она мне не нравится, — заявила Бонни.
— Чем? Почему? — опешил Бакли.
— Не нравится, и всё тут, — категорично ответила Бонни. — Что-то с ней не то.
— По-моему, ты выдумываешь, — решил заступиться за драконицу Фадан. — Она добрая и красивая. И умная.
— Вот что умная и красивая, я согласна. А вот что добрая — нет, — Бонни отвернулась. — Шапочка у нее прикольная, это да. Но сама она…
— Что — она сама? — попытался уточнить Фадан.
— Не знаю, — дернула плечиком Бонни. — Но она мне не понравилась. И я ей, кажется, тоже. Ана, а ты что скажешь?
— Пока что ничего, — ответила Ана. В визуальный режим она так и не перешла — к большому удивлению Фадана. — Пока что воздержусь. Мне нужно подумать.
— Девочки, да вы просто ревнуете, — рассмеялся Фадан.
— К кому ревнуем? — возмутилась Бонни. — К этой ацхе с крыльями? Вот еще! И не думали даже!
— Тогда чего ворчите обе?
— Надо, и ворчим, — отрезала Бонни. — Мы пошли к себе. Доброй ночи.
— Бонни, подожди, — взмолился Аквист. — Нет, правда! Ну объясни ты, что тебе так не понравилось?