Дело тел (СИ)
— Не знаю. А что это?
— Когда вы прибыли, вас должны были проверить.
— Понятия не имею, делали или нет, — пожал плечами Фадан.
— Почему?
— Мы были без сознания.
— Долго?
Фадан и Аквист переглянулись.
— Долго… кажется, — неуверенно ответил Аквист. — Несколько часов. Потом, как в себя пришли, тоже как-то… в общем, пришли в себя не сразу, — поправился он. — На следующий день.
— Нехорошо, — тихо произнес Первый. Фадан догадался, что он, видимо, руководит группой. По крайней мере, без разрешения этого высокого мужчины с белой пушистой гривой на голове никто и рта не открывал. — Это действительно нехорошо, и сейчас уже ничего не проверишь. Нет, мы проверим, конечно, но это будет пустой формальностью. А жаль.
— Что вы имеете в виду? — нахмурился Фадан.
— Существуют особые методы надзора за населением. Прошивки, чипирование, маски крови, генные маркеры… всего не перечислишь. Они нужны, чтобы контролировать популяцию. И во многих случаях «дирижеры», подобные вашим, клеймят «стадо» каким-то образом.
— Через прививки? — с подозрением спросил Бакли, нахмурившись.
— Конечно, нет. С чего ты это взял? — удивился Первый.
— У нас есть такие… против прививок которые, — Бакли поморщился. — Якобы прививки — это метки Остроухого Злыдня. Мол, в состав прививок входит какая-то гадость, которую Злыдень добавляет, чтобы после смерти к нему попадали.
— Чушь. Через прививки никто никого не метит, — рассмеялся Первый. — Глупо и грубо. Зачем прививки, если метку можно поставить через обычную воду?
— Водопроводную? — уточнил Бакли.
— Опять нет. Любую. Речную, морскую. Можно через воздух. Метка обычно разово ставится на всю популяцию, и подновляется лишь изредка. Такая метка чаще всего способна перейти от матери к ребенку. А для прошивок или чипа даже вода не требуется.
— И это везде так? — с ужасом спросил Фадан.
— Нет, конечно, — помотал головой Первый. — Но в мирах, подобных вашему, я этот сценарий исключить не могу. Поэтому на метки мы вас все-таки проверим. И будем надеяться, что если они есть, мы сумеем этот вопрос как-то обойти.
— Понятно, — убитым голосом ответил Фадан. — Значит, мне не показалось, и мы действительно для них… как скот.
— Не расстраивайся, — попросила одна из девушек. — Давай лучше будем надеяться, что всё поправимо. Ага?
Фадан вздохнул.
— Ага, — покорно ответил он. — Будем.
— Вот и славно. Поехали дальше. Нам нужен ваш маршрут, чем подробнее, тем лучше, и ключ к кораблю, который остался там, у холма. Ключ потом вернем, не волнуйтесь.
— А своего у вас нету? — Фадану, что греха таить, было жаль расставаться с ключом.
— Своего у нас есть, но лучше подстраховаться, — сейчас отвечал номер Семь. — Корабль очень старый, ключ сложный. Если честно, я такую универсалку впервые в жизни вижу. Абсолютно иррациональная штука.
— А вот про эту иррациональную штуку что скажете? — Бонни вынула из кармана свою коробочку, и положила на ладонь.
— И что это такое? — удивилась девушка с номером Десять. — Впервые вижу. Как ты это включаешь?
— Я? — Бонни растерялась. — Никак. Я сама не знаю, что это.
— Хм. Забавно, — девушка рассматривала коробочку, но, вопреки ожиданию Бонни, в руки ее взять даже не попыталась. — Что бы это ни было, оно не активно. Похоже на устаревший навигатор, вот только это не навигатор. Как зовут твою… ммм… приятельницу, которая без тела?
— Ана, — ответила Бонни. — Ана, ты же говорила, что знаешь, для чего это. Может, скажешь?
— Не знаю точно, — ответила Ана. — Бонни, спрячь это пока что.
— Сплошные тайны, — хмыкнула девушка. — Впрочем, нам этот предмет не пригодится. Ладно, теперь дальше. Давайте поговорим про власть, и про те ее структуры, о которых вы хоть что-то знаете…
* * *Разговор закончился ближе к вечеру, и к концу этого разговора команда чувствовала себя, как выжатое белье, которое рачительная хозяйка хорошенько постирала, а потом повесила на веревку сушиться. Все ужасно устали, хотели есть, пить, в туалет, умыться, и полежать. А тем рауф, с которыми они беседовали, всё, казалось, было нипочем — после беседы часть из них отправилась обустраиваться, а вторая часть… пошла тренироваться. Четверо агентов, гермо, и две девушки, ученые, спросили у Агорха «где тут можно побегать?», получили разъяснения, и, весело переговариваясь, убежали в вечернюю степь навстречу закату.
— Вот как и надо, — наставительно заметил Эл, пока Аквист жадно допивал второй стакан какого-то сока. — Вот это я понимаю. А вы, двое! Растеклись, как лужи… Давай через часок тоже немножко пробежимся?
— Может, завтра? — с тоской спросил Аквист.
— Сегодня. Лентяй! Позор, да и только, — упрекнул его Эл. — Ученик, называется. Не стыдно?
— Но я устал, — начал оправдываться Аквист.
— Они тоже устали.
От тренировки Аквиста спас Первый. Он перехватил Аквиста и Эла на выходе из здания, и попросил пройти с собой в медцентр, туда, где они приходили в себя в течение суток. Через несколько минут туда же подошел Фадан в сопровождении Второго.
— Я не совсем понял, что именно вы хотите проверять, — говорил Фадан. — Метки? Еще что-то? Драконы вроде бы всё уже проверили. Или нет?
— Всё, да не всё, — отвечал Второй. — Нам необходимо кое-что уточнить. Вас двоих для этого более чем хватит. Можно для очистки совести потом проверить еще и девушку, но, как мне кажется, это будет уже излишним.
— Нас опять будут проверять? — изумился Аквист. — Что проверять-то?
— В процессе объясню. Фадан, пройдите вот сюда, пожалуйста, и постойте неподвижно, — Первый указал Фадану на круглую, вроде бы металлическую пластину, вделанную в пол. Пластина была большая, на такой и дракон запросто бы уместился, и выглядела старой и потертой.
— А что это такое? — с любопытством спросил Аквист.
— Это сканер, — рассеянно ответил Первый. Перед ним, на уровне глаз, возникло несколько световых пятен, на которых с невероятной скоростью стали появляться какие-то символы. — Точнее, биосканер. Фадан, уступите место Аквисту. Ага, спасибо… Теперь по очереди прикоснитесь руками вот к этой коробочке. Угу, хорошо.
— Первый, что там? — Второй, до этого возившийся в углу с каким-то прибором (или это был не прибор? Остроухий их разберет) повернулся к коллеге.
— Нету, — с некоторым удивлением ответил тот.
— Как — нету? — опешил Второй.
— Ну вот так. Нету. Рауф — да. Основа совпадает полностью, никаких сомнений. Ветвей — нет.
— Запрашивай.
— Уже запрашиваю, разуй глаза.
— Что происходит? — с тревогой спросил Фадан.
— Как бы это правильно сказать… — замялся Первый. — Драконы, когда вас лечили, проверили главное — вашу принадлежность к расе. Она сомнений не вызывает.
— Странно было бы, если бы вызывала, — пробормотал Аквист.
— Не странно, во вселенной чего только не бывает, — покачал головой Первый. — Но когда мы просматривали информацию по вам, то обратили внимание на один момент, который драконы почему-то пропустили.
— И что это за момент? — Фадан нахмурился.
— Вы ведь имеете представление о генетике, верно? — Второй улыбнулся, вот только улыбка вышла какая-то напряженная.
— В общих чертах, — осторожно ответил Аквист. — У нас ее мало изучают на самом деле. Говорят, что смысла нет вкладываться в область, которая практического применения иметь никогда не будет.
Первый и Второй переглянулись.
— Забавно, — протянул Первый. — Впрочем, неважно. Важно другое. В каждой галактике живет по несколько тысяч генетических ветвей каждой расы. От десяти тысяч примерно. Иногда больше, иногда меньше. И всегда можно определить по генетическому коду любого разумного, к какому кластеру, к какой области он принадлежит. То есть понять, откуда он родом.
— Так. Ясно. И что? — Фадан недоуменно посмотрел на Первого.
— В этой галактике вашей ветви нет, — осторожно ответил Первый.