Дикарь (СИ)

— А ты послушай. Несколько месяцев назад она разорвала отношения с очень перспективным молодым учёным, с которым встречалась целый год. Все прочили ему блестящую карьеру в науке, но стоило ему сделать предложение, как бам — она его бросила!
— И что?
— Да то, что наша акула на мелкую рыбёшку не разменивается.
— И зачем тогда она с ним встречалась целый год?
Он пожал плечами:
— Не было вариантов получше.
Чушь! У Ники не было? Да я уверен, что за ней варианты толпами по Москве ходят! Но в груди знакомо заныло.
— А теперь — есть! Потому она и выходит замуж, всего через два месяца знакомства!
Быстро сработано! Но если за время помолвки найдётся вариант ещё получше… — он многозначительно выпучил глаза. — Хочешь — давай проверим. Я приударю за ней и…
— Нет! — рявкнул я, содрогаясь от собственного рыка. — Мы давно договорились, что ты больше так не делаешь!
Ещё на заре нашего сотрудничества Юра как-то предложил проверить одну девушку, которая мне нравилась, таким вот способом. Я был совсем молодым и глупым, ничего не понимал в этих интригах. В общем, согласился, а потом мне было так мерзко, как никогда, даже после недельной пьянки. Эта Наташа — такая маленькая, хрупкая… и голая в Юриных руках. А ведь я её и пальцем не тронул — берёг, как драгоценность. Думал, она искренняя и чистая. Больше я на подобные эксперименты не соглашался, но моя невинность — в моральном смысле — уже была утеряна. Я перестал беречь девушек и раз за разом разочаровывался, пока совсем не бросил затею найти хоть одну красивую и порядочную одновременно.
  
Вероника
 
Юрий солировал весь вечер: сыпал анекдотами, историями из прошлого компании — о том, как они с Тимуром начинали, и продолжали, и боролись с кризисами. Я вежливо улыбалась, даже посмеивалась где надо, но мне не давали покоя его пренебрежительные высказывания о своём партнёре и излишний интерес к моей личной жизни. Можно с уверенностью сказать, что этот человек мне не нравился. Скользкий тип.
— А почему вы выбрали сетевую схему бизнеса? — спросила я, не удержав давно наболевшее.
Юра пожал плечами:
— В нашем сегменте это самый оптимальный вариант. По прибыли и затратам на организацию. Всё уже готовое, все схемы разработаны — бери и внедряй.
— Значит, это было ваше решение? — обрадовалась я, с облегчением сваливая вину за мамину гибель на Негматова.
— Да, всё, что касается маркетинга и продаж — моя зона ответственности, — ответил он с гордостью. — И как видите, это сработало! Наша компания более, чем успешна.
— А я слышала, что низы задыхаются, — мстительно заметила я.
Моя мама достигла определённого материального успеха в компании, но её очень сильно поддерживал папа: все профессорские жёны покупали чаи и косметику у моей родительницы, некоторые подписывались под неё, а она получала за это баллы.
Юрий безразлично взмахнул рукой:
— Не могут все сотрудники есть на золоте, мы не королевский двор. И потом, благополучие каждого в его руках. Хочешь зарабатывать — работай больше, общайся больше, будь активнее и бодрее.
Да, да, я слышала все эти их зомбирующие лозунги! Интересно, он сам когда-нибудь пробовал работать в такой компании простым дистрибьютером?
— Вот вы, Вероника, — голос Негматова потёк мёдом, — могли бы очень хорошо зарабатывать в нашей системе. Ни один человек в здравом уме и трезвой памяти не смог бы вам отказать.
— Это ещё почему? — я нахмурилась и заметила, что лицо Тимура тоже недовольно скривилось.
— Это же очевидно! Потому что вы прекрасны, как ангел, и так же точно вызываете доверие.
— У Вероники есть профессия, — вступился за меня мой неандерталец, — и она прекрасно справляется со своими обязанностями. Я бы сказал, она талантливая журналистка.
— Но сетевым бизнесом можно заниматься параллельно, в свободное время. Он совершенно не мешает основному занятию!
— Вы сами сказали, что если хочешь зарабатывать, надо уделять этому много времени.
 
— Если это основной источник дохода. А можно заниматься продажами левой пяткой — и они всё равно будут приносить доход. Я лично знаю человека, который начинал именно так: работал продавцом в магазине "Охота и рыбалка", а потом, попробовав нашу продукцию и вдохновившись, понемногу стал предлагать её покупателям. И постепенно прибыль от "Сиберикс" превысила его зарплату. Тогда уже он открыл офис и полностью посвятил себя работе в нашей компании.
Меня тошнило от этих историй успеха, которых я в своё время наслушалась от мамы. Тогда они не раздражали меня, просто вызывали скуку и недоверие — поняв это, мама перестала их рассказывать. Но сейчас во мне медленно закипало бешенство.
— Что ж, в таком случае мне и подавно стоит поберечься от вашей магической продукции, — сказала я, сдерживая сарказм, — а то ещё отберёт место в моей жизни у моего любимого дела.
Тимур улыбнулся одним уголком губ, а я поднялась со стула:
— Прошу извинить, я очень устала и хочу лечь пораньше.
— Помилуйте, Вероника, девятый час! — взмолился Юрий. — Давайте перейдём в гостиную и выпьем немного вина. Там и отдохнёте, а напиток богов поможет вам уснуть ещё быстрее. Странно, но это предложение пришлось мне по вкусу. Нет, я не хотела пить алкоголь в компании с Юрием, а вот немного расслабить натянутые нервы — весьма. Тимур ведь будет рядом, он защитит меня от этого хищника. На удивление, неандерталец тоже взялся за бокал. Его отец оставил нас ещё час назад, и мы остались втроём. Юрий налил нам всем по 150 мл красного сухого вина, мы осторожно чокнулись и сделали по глотку. Негматов опять завёл разговор на отвлечённую тему — к счастью, о сетевом бизнесе больше не заикался. Видимо, понял, что мне это неприятно. За полчаса я осушила свой бокал и вдруг ощутила острую потребность поговорить с Тимуром наедине. Мы так и не виделись с ним тет-а-тет с тех пор, как приехал этот… хлыщ, и мне хотелось обсудить нашу тактику в отношении него, раз уж он не уехал обратно в Москву.
До чего странно! Ещё пару дней назад я бы наверняка предпочла лощёные светские манеры Негматова дикарским замашкам Тимура, но сейчас скорее я бы последнего назвала ангелом, а первого — демоном. Просто мой ангел ещё слишком ребёнок в душе, хоть и выглядит, как снежный человек, и руководит успешной компанией…
Я начала придумывать всякие дурацкие шпионские способы, чтобы сообщить Тимуру о своём намерении побеседовать с ним наедине: записка в руку, или в карман, или в комнату под дверь, — но в итоге просто встала и, попрощавшись, пошла к лестнице слегка нетвёрдым шагом, а у самой арки обернулась:
— Тимур, мы ведь не составили план на завтра…
Он сразу подскочил, направился ко мне, мы завернули за угол.
— Давайте, может, выйдем во двор, на свежий воздух, — предложила я.
— Я с вами! — донеслось из гостиной.
— Ты завтра утром уезжаешь, тебя наши планы не касаются! — крикнул ему в ответ Тимур, схватил с вешалки в прихожей пару курток и вывел меня наружу.
Было прохладно, но мои плечи сразу укрыло что-то большое и тёплое, нежно пахнущее хвоей и кожей. Я невольно прижалась носом к вороту, с наслаждением втянула аромат. Тимур заворожённо следил за мной.
— Что ты делаешь? — прошептал он еле слышно.
— Мне нравится запах, — призналась я. — Пойдём.
Мы обогнули дом и пересекли лужайку заднего двора. Чуть в отдалении стояла беседка, почти полностью погружённая во мрак: от света фонарей, прикреплённых у чёрного входа, её защищали высокие деревья с густой листвой. Мы сели близко-близко — так, что почти ощущали дыхание друг друга. Было и ещё кое-что: я чувствовала, как от Тимура веет теплом, надёжностью, заботой.
— Почему он не уехал? — спросила я шёпотом, склонившись к самому ухумужчины, боясь, что Негматов нас подслушивает.
— Устал с дороги, — ответил Тимур со вздохом. — Я разрешил ему отдохнуть до завтра.