Братство тёрна. Гончая для сыщика (СИ)

Харви вовсе не думал об этом, хотя и говорил, что будет рад детям. Особенно девочкам. Ирр слушала его, но сама просила у Девы Порочной сыновей. Девочкам слишком сложно найти свое место в мире, они постоянно от кого-то зависят.
Вот как Ирр. Столько всего сделала для расследования, но стоило подобраться к самому важному и интересному, как ее заперли в квартире. А ведь Харви говорил, что Игольник на самом деле верж, значит, она, как королева, имела над ним власть, могла выследить и поймать. Но нет, донне Сото по статусу не положены погони за преступниками, ей бы лучше занять себя перекладыванием бумаг.
От постоянного мельтешения листов и разглядывания мелких букв к обеду заболели глаза, поэтому Ирр на время отложила работу и зажмурилась. У гончей и без зрения хватало способов узнавать о происходящем вокруг. В темноте они усиливались: становились ярче запахи, а слух обострялся. Вот в соседней бухгалтерии сплетничают и снова об Ирр, точнее о том, как легко она шагает на работу после выходных. Стало быть, темпераментом Хавьер не отличается и не может удовлетворить молодую невесту.
Совсем глупые.
А вот в сестринской, расположенной с другой стороны, болтали о красноте на груди Ирр и том, что престарелый извращенец-Сото нашел себе бессловесную девушку из колоний ради исполнения всех грязных желаний. А те пятна вышли случайно, когда Ирр решила попробовать специальный крем для упругости груди, хотя Роза и отговаривала от покупки. Что там с грудью — непонятно, а вот кожа пошла красными пятнами и жутко чесалась. И погода, как назло, стояла слишком теплая, особенно не укутаешься в одежду, вот эти глазастые и заметили край раздражения.
Ещё по коридору шагала Дебора, но очень странно, припадая на ногу, и слишком быстро для плотной и степенной женщины, которая всей сущностью отрицала спешку. Ирр напряглась и неосознанно приподняла верхнюю губу, обнажая подросшие клыки, но сразу же себя одернула: донье не положено рычать, а если там действительно враг, то для смены облика хватит пары мгновений.
Дебора с трудом дохромала до двери, толкнула ее и сразу же ввалилась внутрь. Совершенно чужой, пусть и смутно знакомый запах донёсся до ноздрей Ирр и заставил ощериться по-новой.
Она запрыгнула на стол, опёрлась о него руками и угрожающе зарычала на незнакомое ей существо. Пока оно выглядело, как Дебора, но справа внешность уже плыла и менялась, отчего на гладком и ухоженном лице подруги проступила легкая щетина, а рука, которой она прикрыла дверь, покрылась волосами и увеличилась в размере. Ирр видела и причину изменений: из бедра "Деборы" торчала рукоять серебряного стилета, того самого, с костями чужих, которым пользовались для убийства вержей. Конкретно этот, судя по тому, как набухала нога и посинели губы, уже не жилец: кровь стремительно утекала из сосудов и напитывала ткани.
— Что глазеешь? — рявкнул он и окончательно превратился в мужчину. Не слишком красивого, приземистого и одутловатого, но совершенно точно — дона. — Помоги давай! К-королева.
— Армандо? — Ирр осторожно спустилась на пол и подошла к нему ближе. А в том образе он был куда как симпатичнее. — Ко мне зачем пришел?
— Ты не выдала меня при нашем знакомстве, поможешь и сейчас! Что не захотела сдавать отверженного брата своему убийце? Правильно, я тебе пригожусь. Только помоги скорее!
Тогда Ирр почувствовала порченую кровь Армандо, стоило тому прикоснуться к ее руке. Но не сказала Харви, показалось, что Вера специально наняла вержа, не хотела показываться в доме своего бывшего без пары. Или же Армандо притворялся доном, точно как Ирр притворялась доньей, не имея на это никаких прав.
Но одно дело — утаить от Хавьера, что в его доме побывал верж, другое — спасать этого вержа от смерти. И зачем? В больнице, которой руководила Клавдия, было специальное отделение для отверженных, там их лечили и не смотрели на наличие документов, к месту регистрации или хозяину возвращали только после выздоровления. Армандо наверняка знал об этом, но все равно пришел к ней.
 
— Где тебя ранили? — Ирр все же нащупала рукоять кинжала, выдернула ее и отбросила обжигающее серебро в сторону. После же прижала рану Армандо, взяла висевшее рядом полотенце для рук и потуже перевязала бедро.
— Твой женишок оказался не так прост, как о нем думали. Он почуял неладное во время визита Веры и приставил людей следить за ней и мной. Те ходили долго, несколько недель, пока не поймали меня и моего господина на встрече с Мастером над ветвью. Завязалась потасовка и господин погиб. Я пытался спасти и тоже подставился под удар, так что без помощи королевы мне конец.
— Тебе конец без помощи врача.
И с ней, скорее всего, тоже: Армандо бледнел с каждой минутой все сильнее, его глаза запали, а синева расползлась до самого носа. Возможно, если его прямо сейчас положат на операционный стол и успеют ампутировать ногу, то небольшой шанс появится, но… Ирр почти видела Армандо бредущим по Алым садам Девы Порочной.
— Королева может не только сменить проклятие, но и одарить повторно, — прохрипел он. — Выдай мне способность к заживлению ран, как у гончих или кошек. Давай!
Даже если бы хотела, Ирр не знала, как это можно сделать: когда держала Армандо, видела только весы с белым и темным песком на чашах. И белого было больше, немногим, но больше.
— Мой господин погиб, — продолжал Армандо. — А мим не может без господина, такое вот проклятие. Но мне надоело, что в Братстве любой Мастер шипов или ветви может управлять мной, хочу сам выбирать того, кому подчиняться. И сейчас хочу служить своей королеве.
Трясущейся рукой он схватил пальцы Ирр и поднес к своему лицу, чтобы поцеловать. В этот раз вышло намного искреннее, чем в прошлый, а после этого Армандо начал медленно сползать по двери.
— Соглашайся, — одними губами прошептал он.
Если бы в эту минуту по коридору прошелся кто-то из охранников, Мия, Дженни или любой из врачей, Ирр бы выскочила к ним и попросила помочь Армандо или, скорее, помочь ей. Но никого не было, а решение надо было принимать как можно скорее, иначе бедолага точно умрет.
— Весы, на них нужно насыпать зелёный песок, — подсказал он.
Откуда знает? Но если в Братстве есть один из стражей, тот, чье тело деревенеет и выпускает ос, то была и своя королева. И, надо думать, кончила она плохо.
Вопросы так и роились в голове, мешая думать. Армандо не самый лучший человек, это точно, но и не самый пропащий. Без помощи он умрет, а ждать ее неоткуда.
Ирр покрепче сжала его руку и представила те самые весы. Но зелёного песка там не было, как и чего-то другого.
За магию нужно платить — старый закон, который оставили ещё ушши, посчитав людей и вержей слишком неразумными, чтобы управлять подобной силой. Взять себе еще одно проклятие ради малознакомого мужчины Ирр бы не решилась, а вот пожертвовать каплей крови вполне могла.
Она раскрыла булавку, уколола себе палец, занесла его над головой Армандо и представила, что капает на весы.
Тягучая бордовая капля оторвалась от ее кожи и полетела вниз, рассыпаясь зелёным песком. Крупицы падали на светлую чашу и тут же исчезали, а Ирр почувствовала, как слабеет, будто отдала целый галлон крови, а вместе с ней — и пару лет жизни.
— Свинья, — с трудом проговорила она.
И Армандо тут же раздался в плечах, обзавелся щетиной, и копытами вместо ног, уши у него оттопырились, а нос стал походить на настоящий пятачок. Ирр застыла от ужаса: что же она за существо такое, если одной каплей крови может изуродовать любого? Не хотела же, просто высказала свое отношение к чересчур наглому вержу.
 
Зато раненая нога Армандо начала уменьшаться в размере, а сам он оживал с каждой секундой. Скоро отошёл настолько, что усадил Ирр на стул, бесцеремонно влез в ее сумку и вытащил оттуда крохотное зеркало, чтобы поглядеть на себя.
— Сойдёт, хотя я не отказался бы от чего-то посимпатичнее. Теперь девиц придется в "маске" цеплять. У меня, конечно, к этому талант, но иногда хочется, чтобы меня любили в естественном виде.